Упоение боем. Павел Иванович Мищенко. Глава шестнадцатая

Из цикла туркестанские генерал-губернаторы

Отставка Мищенко не принимается, и некоторое время он состоит по Забайкальскому казачьему войску, а в декабре 1910 года переходит в распоряжение Командующего войсками Кавказского военного округа генерала Воронцова-Дашкова. Николай II, очевидно, разобравшись в причинах отставки Мищенко, в марте 1911 года производит Павла Ивановича в генералы от артиллерии, назначает наказным атаманом казачьего Войска Донского и награждает орденом Белого орла – мечи к нему Павел Иванович получит в начавшейся вскоре войне.

Должность была, по сути, административной, и Мищенко явно тяготится ею, испрашивая, как величайшую милость, перевод в войска. И осенью 1912 года получает новое назначение — становится командующим 2-м Кавказским армейским корпусом. Во главе, этого подразделения он и встречает Первую мировую войну.

В самом начале боевых действий корпус генерала Мищенко перебрасывается на Северо-Западный фронт. Здесь в Августовских лесах, в самом пекле сражений Мищенко вновь в своей стихии. В своём капитальном труде “История русской армии”, Антон Керсновский пишет: “На долю II Кавказского корпуса генералов Мищенко и Бека Мехмандорова выпали самые трудные бои германского фронта – Сувалки, Сохачев, Бзура, Прасныш, Любачев на Сане, Холм, Влодава, Вильна. И во всех этих сражениях, как и вообще за всю войну, II Кавказский корпус не оставил неприятелю ни одного трофея, не потерял ни одного орудия. Явление, неслыханное ни в одной армии, ни союзной, ни неприятельской. С первых же своих боев в Августовских лесах кавказские гренадеры получили от восточнопрусских гренадер прозвание желтых дьяволов. Контратака эриванцев выручила тогда всю нашу 10-ю армию. Не отставала от гренадер и молодая 51-я пехотная дивизия”.

Ход боёв первоначально благоприятно складывался для 2-го Кавказского корпуса – русские войска нанесли лобовой удар по германской армии в районе Сопоцкин-Копциово-Сувалки и заняли город Августов. В дневнике, найденном на теле убитого немецкого офицера, можно прочитать: «В этих проклятых лесах русские показали свои волчьи зубы. Мы думали сначала, что это японцы, потом оказалось, что это были кавказские черкесы». Немец ошибался, это были не черкесы, а доблестные бойцы генерала Мищенко, которых противник, — как уже отмечалось, — называл «желтыми дьяволами» из-за цвета погон кавказцев. В первых же боях русские захватили около трех тысяч пленных и двадцать орудий. На какое-то время фронт стабилизировался. Немцы использовали передышку для перегруппировки и накапливания сил. И во второй половине ноября нанесли ответный удар страшной силы.

Вот, что пишет об этом Керсновский: «Германская 9-я армия прорвала фронт, но свой успех развить не смогла. Её удар пришелся по лучшему из наших корпусов — 2-му Кавказскому генерала Мищенко. Макензен (командующий немецким корпусом, В. Ф.) наскочил на „желтых дьяволов“. Старые полки кавказских гренадер и молодые 51-й дивизии отбили десятки атак свежих померанских и вюртембергских дивизий. 2-й Кавказский корпус истек кровью, его дивизии были сведены каждая в батальон, но ни пленных, ни единого орудия врагу не досталось. Побоище 21-29 ноября было самым ожесточенным из всех бывших до сих пор. После него кавказская гренадерская дивизия была сведена в пять рот, 51-я — в четыре роты. И эти сводные роты продолжали драться!»

После фактической гибели своего корпуса Павел Иванович, в ярости, прибыл в Ставку прямо с передовой, и дал волю своим чувствам, высказав всё, что думает о бездарном командовании. Этого ему не простили и последовало отрешение Мищенко от командования корпусом «за открытое осуждение действий верховного командования» и, — одновременно, — награждение орденом Св. Александра Невского с мечами.

Однако, отставка оказалась временной: уже в марте 1915 года Мищенко назначается командиром вновь формируемого 31-го армейского корпуса. Во главе этого соединения Павел Иванович провоевал два года. Его корпус принимал участие в знаменитом Брусиловском прорыве, разгромив несколько вражеских дивизий под Пинском. Это было одно из самых успешных наступлений русской армии, о котором Керсновский написал, что “армии Юго-Западного фронта подарили России победу, какой в Мировую войну мы еще не одерживали”.

Февральскую революцию Павел Иванович встретил холодно и наотрез отказал Временному правительству, которое предложило, — имевшему небывалую популярность среди фронтовых офицеров и солдат-окопников, — генералу принять командование одной из армий Юго-Западного фронта. Мищенко отказался наотрез, заявив, что «генерал-адъютанту государя неуместно служить прохиндеям, как бы они себя ни называли». Подав рапорт об отставке «по состоянию здоровья», Мищенко уезжает в родной город Темир-Хан-Шуру, почетным гражданином которого он стал еще в 1910 году. Павел Иванович оказался хорошим садовником и страстным пчеловодом. На земле своей усадьбы он разбил сад построил небольшую электростанцию.

Ещё более нетерпимо Мищенко отнёсся к октябрьскому перевороту, однако бороться с большевиками не стал. На предложения старых боевых товарищей участвовать в Гражданской войне отказался. Вот, что вспоминает один из борцов с большевиками в Дагестане подполковник Б. М. Кузнецов: “Обиднее всего было неодобрительное отношение генерала Мищенко, жившего в Шуре на своей даче, к нашей акции (он и полковник Ржевуцкий женаты на родных сестрах). Генерал Мищенко до последнего момента верил в преданность русского солдата и его уважение к офицеру, за что и погиб. – и далее, —  Проходя мимо дома-дачи генерала Мищенко (1/2 версты от Шуры), отряд остановился, и полковник Ржевуцкий (его родственник) пошел попрощаться с генералом. Еще раз он стал уговаривать генерала идти с нами в горы и переждать там события. Выйдя к нам в своей излюбленной тужурке серо-синего цвета, какую носил Государь Император, генерал Мищенко в свою очередь стал нас уговаривать не уходить и упрекать за союз с горцами, говоря: “Что плохого могут сделать мне русские солдаты? От кого вы бежите, от русского солдата?”

А вскоре наступила развязка. Снова дадим слово Кузнецову: “Через несколько дней после нашего ухода восстановившаяся в Шуре большевистская власть решила обратить внимание на мирно живущего генерала Мищенко. Один из комиссаров, если память мне не изменяет Каргальский, в сопровождении отряда красноармейцев из Астрахани, явился на дачу генерала и вышедшей к нему супруге заявил, что хочет видеть товарища генерала. Генерал Мищенко вышел, как всегда, в офицерской тужурке с погонами и Георгиевским крестом на шее. Первая фраза комиссара была: «Вот что, товарищ, сперва снимите эти побрякушки, а потом будем разговаривать». Красноармейцы вели себя дерзко, вызывающе и пытались сорвать с него погоны. Генерал Мищенко пристально их рассматривал, а затем, не говоря ни слова, повернулся, вошел к себе в дом, поднялся к себе в комнату и застрелился”.

Так трагически завершилась славная, героическая жизнь Павла Ивановича Мищенко, воина и русского патриота, до конца исполнившего данную лишь один раз присягу на служение своей Родине.

В.ФЕТИСОВ

На заставке: Генерал-адъютант П. И. Мищенко. Фотопортрет из альманаха “Летопись войны, 1914-1918 гг.”

Источники

1. Свечин М. А. Записки старого генерала о былом. — Ницца: 1964;
2. Сопротивление большевизму. 1917-1918 гг. / С. В. Волков. — М.: Центрполиграф, 2001.
3. Из записок Н. В. Исакова. Кавказские воспоминания. (Период войны с горцами 1846 и 1848 годов) // Русская старина, № 3. 1917
4. Список генералам по старшинству, СПб., Типография Генерального штаба, 1902 г.
5. Д. Янчевецкий, “У стен недвижного Китая: Дневник корреспондента «Нового края» на театре воен. действий в Китае в 1900 г.” СПб. – Порт-Пртур, 1903 г.
6. Кушаков К. П. Южно-маньчжурские беспорядки в 1900 г. // Военно-исторический журнал, № 12. 1993
7. Апушкин В. А. Мищенко. Из воспоминаний о русско-японской войне. СПб, 1908 г.
8. Н. Э. Гейнце. В действующей армии: Письма военного корреспондента. — Санкт-Петербург, 1904.
9. Шишов А. В. Россия и Япония. История военных конфликтов. М.: Вече, 2001.
10. Левицкий Н. А. Русско-японская война 1904-1905 гг. М; Воениздат, 1936 г.
11. Полковник Свешниов. Набег на Инкоу. СПб, 1905 г.
12. “Летопись русско-японской войны”, №42, 1905 г.
13. Шишкова М. Е. Организация управления Туркестаном в начале ХХ века. Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. М; 2015.
14. Бороздин С. С. Политика российских властей в отношении мусульманского населения Туркестана и Бухары (1867 — 1914). Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. Екатеринбург; 2012
15. Керсновский А. История русской армии. М; Голос, 1992
16. Б.М. Кузнецов. 1918 год в Дагестане. Нью-Йорк. 1960.