Народный артист Узбекистана, солист и художественный руководитель ансамбля «Ялла», композитор, актёр Фаррух Закиров стал лауреатом международной премии «Звезды Содружества» (Россия). Почётная награда была вручена артисту в Министерстве культуры Узбекистана в ходе торжественной церемонии Межгосударственных премий «Звезды Содружества» и «Содружество дебютов», которая прошла 27 ноября 2020 года в формате он-лайн — конференции.

В этом году лауреатами стали представители 9 стран: Азербайджана, Армении, Республики Беларусь, Казахстана, Кыргызстана, Молдовы, России, Таджикистана и Узбекистана. Участников церемонии приветствовали Председатель Правления МФГС, Чрезвычайный и Полномочный посол Азербайджанской Республики в России Полад Бюльбюль оглы, Сопредседатель правления Фонда, специальный представитель Президента России по международному культурному сотрудничеству Михаил Швыдкой, Исполнительный директор МФГС Анатолий Иксанов. «Одновременное вручение премий выдающимся мастерам и начинающим специалистам – очень символично», — отметил в приветственном слове Михаил Швыдкой. – «Это подчеркивает главную цель обеих наград: взаимодействие культур и преемственность поколений». Напомним, обе премии учреждены Межгосударственным фондом гуманитарного сотрудничества и Советом по гуманитарному сотрудничеству СНГ.
«Звезды Содружества» — главная награда Содружества независимых государств за высочайшие достижения в гуманитарной сфере.

Знаменательное событие в жизни любимого всеми артиста совпало с юбилеем самой группы — в этом году «Ялла» отмечает своё 50-летие. Золотая дата! Не каждый музыкальный коллектив может похвастаться не только таким сценическим долголетием, но и такой неугасающей народной любовью к своим песням. «Учкудук», «Шахрисабз», «Сияй, Ташкент!», «Чайхана» — эти и ещё множество других светлых, добрых, душевных песен вот уже не один десяток лет греют душу поклонникам группы «Ялла» самых разных возрастов и поколений. Благодаря чарующим и захватывающим с первых аккордов восточным мотивам их песен, в странах мира узнали о географии и культуре Узбекистана. Выходя «в народ», они сразу становились хитами и отголосками многочисленного эха неслись по просторам страны и далеко за её пределы от США – до Израиля, Конго, Вьетнама, Индии и других государств. В чём же феномен и секрет вечной молодости легендарной «Яллы»? Что за жизнь течёт, увы, пока без «Чайханы», когда жизнь искусства вынужденно замерла из-за пандемии коронавируса? Об этом и о многом другом мы побеседовали с Фаррухом Закировым незадолго до церемонии.

— Уважаемый Фаррух Каримович, ещё раз поздравляем Вас с очередной наградой, которой Вы, безусловно,  достойны по праву плодотворной и многолетней сценической и творческой деятельности. Кроме того, Вы являетесь Народным артистом Шести Республик – Узбекистана, Каракалпакстана, Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана и Ингушетии! Каково это, быть практически Послом музыкальной культуры разных стран?

— Да, конечно, приятно, когда твой труд отмечен в международном масштабе, к слову, в прошлом году я стал лауреатом премии Общероссийской программы «Национальное величие» в номинации «Честь и достоинство» и был награждён орденом Святителя Николая, архиепископа Мирликийского, Чудотворца за «Веру и добрые дела», которую от Русской Православной Церкви мне вручил глава Среднеазиатского митрополичьего округа Митрополит Викентий. Конечно, это – уникальный случай – быть народным артистом шести Республик. Это очень почётно и радостно, но все эти регалии и награды я, прежде всего, воспринимаю не как личные, а как дань уважения к моему народу, богатейшему культурному наследию Узбекистана, нашей благословенной и бесконечно любимой Родины, которую по милости Всевышнего мы будем воспевать до последнего биения сердца, радостно осознавая, что все последующие поколения будут также искренне делать это до скончания веков.

— У Вас, наверное, и не могло быть по-другому, ведь Вы – представитель большой музыкальной династии Закировых – блистательных музыкантов, оставивших яркий след в истории искусства Узбекистана. Как говорится, уровень и планка высокого мастерства семьи обязывали соответствовать?

— Конечно, истоки моих творческих достижений, прежде всего, в семье, в которой мы выросли. Она стала моей школой, я бы даже сказал Академией жизни и мастерства, где главными ориентирами для нас были папа – Карим Закиров – Народный артист Узбекской ССР и мама певица, исполнительница народных песен – Шахиста Саидова. После наших родителей достойным продолжателем семейных традиций стал мой старший брат, один из основоположников современного эстрадного искусства Узбекистана Батыр Закиров. Покойный Батыр ака был уникальным человеком, наделённым множеством различных талантов, каждый из которых Батыр ака успел раскрыть за свой, увы, недолгий жизненный путь.
В нашей семье всегда царила особая атмосфера. Например, в шутку или всерьёз мы устраивали худсовет, председателем которого была мама. Мастер фольклорного жанра, очень требовательная, с хорошим вкусом мама оценивала наше творчество. Её предложения и советы о том, какая песня будет своевременной и уместной, во многом повлияли на репертуар ВИА «Ялла» в его становлении. Я до сих пор ловлю себя порой на мысли: «А как бы сейчас оценила или подвергла критике ту или иную песню мама?»

В то же время хорошей школой для нас стали и те советы, которые давал нам папа, его уроки мастерства, которые, увы, не везде преподают, а именно – ответственность артиста перед сценой. «Сцена, — говорил он, — это святое! Это – то место, где артист обязан быть на высоте, нести высокую культуру, начиная с одежды и имиджа. И, говоря о том жанре, в котором я состоялся, как артист, хочу отметить, что вопреки бытующему мнению об эстрадной музыке, я всегда считал, что это – не лёгкий, а наоборот, один из самых сложных жанров, хотя бы потому, что у него очень большая аудитория. Потому очень важно и ответственно то – что ты несёшь своим творчеством в эту аудиторию. Мы не раз говорили об этом с Батыром и папой.

— 50 лет «Ялла» на сцене! Как Вы считаете, в чём секрет долголетия вашего коллектива и сыграло ли в этом символическую роль само название?

— Как раз совсем недавно друзья пошутили: «Может, в Книгу рекордов Гиннеса пора уже?» Шутки-шутками, а и вправду наш случай уникален: в том смысле, что трудовая деятельность творческой единицы – группы «Ялла» в рамках Министерства культуры ни разу не прерывалась в течение пятидесяти лет! (улыбается) Действительно, полвека – очень серьезный срок для такого жанра. Это – целая эпоха, огромный этап жизни. К сожалению, на сегодняшний день из первоначального состава остался я один. И тут хотелось бы уточнить, я – не основатель ансамбля, как пишут порой в прессе, а был в числе той команды замечательных и талантливых музыкантов, которые стояли у истоков создания «Яллы», наряду с композитором и музыкантом Евгением Ширяевым и ныне покойным руководителем учебного театра ТТХИ Германом Рожковым. Это было на стыке конца 1960-х и начала 1970-х годов.

Создание нашего коллектива, в популярном на тот момент формате вокально-инструментального ансамбля, как я понимаю сейчас, было обусловлено веянием времени: как естественное продолжение лучших традиций жанра эстрадной музыки и песни, начало которому в нашей стране с конца 1950-х годов положил первый профессиональный эстрадный оркестр Узбекистана. Впоследствии его художественным руководителем стал Батыр Закиров, чьи выступления немало способствовали популяризации этого музыкального жанра. Нам повезло, что с самого начала в ВИА «Ялла» мы определились в направлении, целях и задачах своей деятельности – сделать узбекскую песню доступной каждому зрителю, независимо от территории и национальности. Поэтому в основу репертуара легли песни и музыка, максимально приближенные к народному фольклору с использованием народных инструментов. И нам это удалось.

Я думаю, название тоже сыграло свою символическую роль. В самом начале нашей творческой деятельности, когда мы готовились выступать на телевизионном шоу «Алло, мы ищем таланты!», однажды на репетицию пришёл кинорежиссер, актёр и преподаватель покойный ныне Анатолий Кабулов, который нам во многом помогал. Мы готовились представить песню «Киз бола» композитора Энмарка Салихова и напевали вступление к ней: «Я-ла-ло-ла-ла…» И, я никогда не забуду, как он крикнул из зала: «Стоп! Я придумал название – «Ялла»!». Потрясающе простое, запоминающееся и звучное название, которое точно определило направление, которое мы избрали – танцевальная песня. Это потом я узнал о более глубоких исторических корнях названия «ялла»: так назывался особый жанр «танцевальной песни» в узбекском народном фольклоре, родившийся из радостного обращения к Всевышнему.

— Немного о личном. Как Вы – человек мира музыки, ваши музыканты, которые привыкли дарить эмоции зрителям и слушателям, переживаете сегодняшнюю непростую ситуацию, связанную с пандемией и пришествием в связи с ней в нашу жизнь новой реальности существования в условиях карантина? В чём сегодня Вы находите внутреннюю опору, чтобы не падать духом?

— Конечно, это – очень большая беда для всего мира, но я думаю, мне хочется надеяться, что мы в наш век высоких технологий, всё-таки, победим её. Я и сам недавно переболел, слава Богу, не так тяжело. Может, это была обычная простуда, не знаю. Но всегда, в первую очередь, переживаешь за своих родных, близких, друзей, чтобы эта напасть обошла их. Настало время, когда, мне кажется, нам всем надо лишний раз призадуматься о своей жизни, обратиться к молитве, уделить внимание своим близким и родственникам…

Конечно, вы не представляете, как я соскучился по сцене! Как для любого артиста – это такая зараза, в самом хорошем смысле, когда ты знаешь запах сцены. Ведь он знаком мне с малых лет, когда мы детьми ходили в театр на работу к родителям, поэтому общение со зрителем – для меня особый мир, это дает потрясающую энергию. Сколько было таких прозаических случаев, когда поначалу выходишь на сцену с температурой 39 градусов, а выступаешь перед зрителем – и она пропадает! Это непередаваемая сила атмосферы, в которой идёт невероятный обмен энергетикой, когда ты своими песнями даришь улыбку и радость зрителям и получаешь обратно их отклик.

Конечно, грустно, что всего этого на данный момент нет в жизни, но надо набраться терпения и победить сначала эту общую беду, а после, мы надеемся, что обязательно встретимся со своим зрителем. Мы же готовили по случаю юбилея мировое турне – это, так сказать, творческий отчёт, прежде всего, перед своей страной. А потом планировали представить юбилейную программу по другим государствам, где нас принимали, а это – почти все континенты мира.

Мы так ждали начала репетиций, как новых песен, так и тех, что уже есть в репертуаре группы, которые мало исполнялись, и хотелось бы их преподнести поклонникам в новой аранжировке. Ведь есть такая тенденция, что во время каждой программы обязательно из зала слышны реплики: «А давайте Учкудук!» (смеётся). Всё это, конечно, мы постоянно обсуждаем с друзьями и коллегами по телефону. С другой стороны, есть время более тщательно обдумать много новых идей и творческих проектов. И, это, наверное, хорошая возможность артистам призадуматься лишний раз о своей индивидуальности, о том, что именно на сегодняшний момент может по-настоящему тронуть душу слушателей, о своем сценическом имидже в конце концов, он тоже немаловажен для артиста, я считаю.

— Фаррух Каримович, в начале 2000- х Вы возглавляли Министерство культуры. Несколько лет назад Вас единогласно избрали председателем Клуба народных артистов Узбекистана. Какие из намеченных задач удалось уже решить?

— Да, какое-то время я работал замминистра, а потом короткое время министром, но мне не хочется вспоминать этот период. Когда меня назначили на эту должность, мне казалось, что я могу принести очень много пользы так, как знаю эту сферу и её проблемы изнутри, с которыми сталкиваются музыкальные коллективы, театры, библиотеки и т.д. Но я был в ужасе, когда понял, что это никому не нужно. Рабочий день обычно начинался с указов, с того, какое распоряжение сверху придёт в этот день и т.д. и задачи уже решались, исходя из этого. В общем, был некий момент разочарования.

Сейчас же, я считаю, произошли большие изменения и прорыв в сфере культуры, сделано очень много для артистов. Так, например, наконец-то решён очень важный вопрос об авторских правах в рамках созданной по Указу Президента Палаты по защите авторских прав работников искусства, творческих деятелей и исполнителей. Кроме того, мы все являемся свидетелями, какое внимание сегодня уделяется возрождению традиционным песенным жанрам – маком и бахши. И, конечно, есть ещё очень большой фронт задач, которые предстоит решить, а эта работа во многом зависит от каждого из артистов.

Если же говорить о Клубе народных артистов Узбекистана, который был создан по предложению Президента нашей страны, хотелось бы отметить, что он, наверное, единственный на пространстве СНГ. И надо отдать должное, большую поддержку в организационном плане в создании клуба оказал нынешний министр культуры Озодбек Назарбеков. Что же касается меня, то в статусе председателя этого клуба, в решении главных вопросов, стоящих перед нами, мы кое в чем успели, состоялось несколько встреч, но особо гордиться или похвалиться пока нечем, мы еще не успели «разогреться», как следует.

Надеюсь, что, когда мы войдем в обычную колею, нам удастся более продуктивно поработать: очень много интересных проектов, вопросов и задач ждут своего рассмотрения и, надеюсь, реализации. Ведь основная деятельность клуба строится на общении с артистами, обмене профессиональным опытом с творческой молодежью, но, к сожалению, пока нынешняя ситуация не позволяет реализовать это в полной мере.

— Вернёмся к «Ялле». У ансамбля за плечами огромная многолетняя гастрольная деятельность. Какие выступления Вы бы могли назвать судьбоносными? Были ли какие-то свои традиции у вашего коллектива?

— Вопрос непростой, конечно. Но, если говорить о традициях то, прежде всего, мы всегда старались выступать по максимуму, что бы ни случилось. Ещё одна из гастрольных традиций ансамбля – обязательно в ходе концерта мы старались исполнить песню на языке той страны, где выступали. И надо было видеть, с каким теплом это всегда встречали зрители! Конечно, это были очень интересные поездки. Для меня, например, особо значимы были выступления в Индии, поскольку её музыка и искусство занимает особое место в духовной жизни узбекского народа в ходе сложившихся дружественных и культурных связей между нашими странами.

Вспомнить хотя бы, как в 1953 году Джавархарлал Неру вместе с Индирой Ганди приезжал в Ташкент, и на концерте по этому случаю сестра моя Луиза пела на хинди. Он тогда сам вышел на сцену и наградил её. А на следующий год уже в Индию поехала серьёзная делегация деятелей из Узбекистана, в составе которой был наш папа. И для нас, в свою очередь, было великое счастье выступать на гастролях в Индии, где мы встретились с кумирами кино – Раджем Капур, Латой Мангешкар и многими другими известными артистами. Кстати, песня «Последняя поэма», написанная Алексеем Рыбниковым на стихи Рабиндраната Тагора, положила начало целому циклу песен в нашем репертуаре, написанных на стихи великих поэтов Востока – Алишера Навои и Омара Хайяма…

Вспоминается также очень знаменательная поездка во Вьетнам. Мы выступали на стадионе и, вдруг посреди концерта начался тропический ливень, а мы, естественно, выступали вживую. Представьте себе, вся наша аппаратура подключена к электричеству и все понимают, что артист, стоящий перед микрофоном с электрогитарой, не дай Бог, соприкоснись с микрофоном, его просто убьёт током. Естественно, в этот момент из соображений безопасности организаторы останавливают концерт. Собрали нас, в том числе и с представителями правительства, чтобы посоветоваться, как поступим дальше – продолжать или прервать концерт.

Ну а мы что? Молодые, как говорится, рвёмся в бой и после недолгих переговоров решили, приняв меры предосторожности, всё-таки, продолжить выступление. И вот объявляют со сцены: «Концерт группы «Ялла» продолжается!» Я не могу передать даже, что творилось на стадионе, с таким восторгом и аплодисментами зрители восприняли это! Ещё большей приятной неожиданностью для нас стало то, что на следующий день всех нас наградили правительственной наградой Вьетнама – Орденом за отвагу и мужество. Это было незабываемо!

— Песни «Яллы» до сих пор слушаются до мурашков, откликаясь в сердце огромной любовью к родной стране и её самобытности. Можем ли мы надеяться услышать новые песни «Яллы» о городах и традициях Узбекистана, когда у вас, наконец, появится возможность дать настоящий юбилейный концерт?

— Конечно, о городах нашей страны можно петь вечно! Для меня всегда дорого было, особенно после гастролей, а это – почти десять месяцев в году, вернуться домой, вдохнуть воздуха родной земли. Вот самолёт приземлился, подкатывают трап, открывают двери, ты выходишь и невольно вырывается: «Ох, Тошкентим онам!» («онам» — в переводе «мама») Так родилась песня, которая мне очень дорога на стихи нашего друга, ныне покойного поэта Тураба Тулы. А потом родился целый цикл о городах Узбекистана, каждый из них прекрасен по-своему: Самарканд, Бухара, Шахрисабз…

Сейчас, например, я очень жду новой аранжировки одной лирической песни тоже на стихи Туроба Тулы – про Андижан, которую мы очень редко исполняли. Помню, как встретились мы с ним в коридорах телецентра и он мне: «Ой, Фаррух, я тебе такое стихотворение написал! И начал мелодично так декламировать: «Андижонга борай дедим, борилмадим…». («Хотел поехать в Андижан, но не поехал…» — перевод авт.) И так в ней всё гармонично сложилось – ритмика и мелодика слов узбекского языка, музыкальные интонации, что, когда мы исполняли эту песню на гастролях в европейских городах, зрители после концерта не раз признавались: «Про Андижан такая красивая песня! А можете рассказать, как переводятся её слова? О чём она?».

И это всегда так радовало и трогало меня! Помнится, что даже мой брат Батыр, услышав её в первый раз, удивился: «Надо же! Это в кого же ты там так влюбился, чтобы написать такую песню?» Потому что там есть такие строчки: «В тени чинар Андижана, у тихого ручья тебя я повстречал…» (перевод авт.) …Конечно, в юбилейном цикле песен будут и новые, которые ещё не звучали.  Вспомнил, кстати, ещё одну песню, практически судьбоносную для меня — «Гайра, гайра». Она тоже лирическая на узбекском языке, и я не помню случая, чтобы её не отмечали зрители, подходя к нам после концертов, причём не у нас, а в зарубежных городах. Эта песня, можно сказать, ко мне жену вторую привела. Помнится, когда мы с ней только познакомились, Аня мне и говорит: «Вы знаете, у вас песня одна красивая есть. Так она мне нравится!…» Я про себя подумал: «Сейчас, не дай Бог, скажет мне про Учкудук!», а она вдруг напевает: «Гайра, гайра…» Я прямо оторопел и говорю: «Всё, Аня, завтра женимся!» (смеётся). Сразила меня наповал в буквальном смысле.

— Не зря говорят, что за каждым великим мужчиной всегда стоит мудрая женщина. В чём Ваш секрет семейного долголетия?

— Конечно, в этом смысле мне очень повезло, мы с Аней уже долгие годы вместе. Анна – моё вдохновение, моя Муза во всех смыслах этого слова, Моя Любовь и Моя Радость. Вряд ли я бы добился таких творческих успехов, если бы рядом не было Ани. Когда меня спрашивают, чем занимается моя супруга, я всегда отвечаю у неё самая сложная профессия – быть женой артиста и она с ней блестяще справляется!

— «В нашей семье царила необыкновенная атмосфера, — вспоминаете Вы в одном из интервью. — Мы были дружными и сплоченными. «Дети, когда мы уйдем, сохраните это», — умоляла наша мама…» Как Вы считаете, удалось Вам выполнить этот родительский наказ и передать эти традиции своим детям и внукам?

— Наверное, это самый сложный вопрос. У каждого поколения есть свои сложности в соответствии с требованием времени и какие-то свои неписаные законы. Действительно, в нашей музыкальной семье, в которой мы выросли, когда собирались дома в старом городе, это было такое великое счастье. Сейчас, конечно, кое-что мы утратили, ушли какие-то общие для нас традиции. Может, в силу занятости каждого из нас. И потом сейчас непростая задача собрать всех родственников, племянников не только в силу занятости, но и расстояний.

Что далеко ходить – моя племянница (Наргиз Закирова) давно уехала в другую далёкую страну и у неё там давно уже своя жизнь, семья, свой взгляд на музыку, вокальное искусство, сцену и т.д. Естественно, мы не можем видеться так часто, как это было раньше в родительском доме. Поэтому я не мог бы перед родителями сказать прямо: «Да, я выполнил ваш наказ». Если же говорить о моей семье, то, слава Богу, я – счастливый человек. Мой старший сын работает в Москве. С супругой они подарили мне трёх внучек. Это такое счастье! Конечно, пока они маленькие, но я был бы счастлив, если бы они, став взрослыми, переняли от нас то, что когда-то привили нам наши родители.

— А хотелось бы, чтобы кто-то из ваших внучек продолжили главную традицию вашей семьи и стал выступать на сцене?

— Конечно (улыбается). Помню, папа наш не раз повторял: «Боже мой! Ну хоть кто-нибудь в этой семье выберет себе нормальную профессию?!» И мы сейчас понимаем, насколько он был прав, наверное. Ведь эстрада, сцена – на самом деле непростая дорога жизни. Если быть артистом, то хотя бы ярким, но не посредственным! И, если кто-то из моих внучек изъявит такое желание связать свою жизнь с музыкой я, конечно, благословлю их на этом пути, но при условии, что у них будет к этому особое дарование, талант и вокальные данные и стремление. Только так и никак по-другому.          

— В честь брата Батыра несколько лет назад Вы организовали вокальный конкурс в поддержку молодых талантов. Как Вы считаете, удалось ли в полной мере воплотить задуманное, чтобы и брат Ваш мог бы одобрить, как когда-то за песню «Мажнунтол»?

— Старший брат Батыр Закиров во всей моей осознанной творческой деятельности и жизни был  моей главной творческой совестью и алтарём. Создавая что-то, я всегда спрашивал себя: «А как бы на это посмотрел или оценил это Батыр?» Многое из того, что состоялось в рамках первого конкурса, хотелось бы в последующем сделать по-другому, начиная с организационных моментов. Очень жаль, что идея его организации и проведения не встретила поддержки со стороны Министерства культуры. Было бы странно при этом мне пытаться убеждать руководство в том, что Батыр Закиров – это не просто имя, это – явление в музыкальной культуре и истории Узбекистана! Получилось, что первый конкурс – это своеобразный эксперимент. Имя Батыра Закирова достойно другого, намного более высокого духовного уровня и более высокой планки творческого состязания. Поэтому у нас есть мысль с моим братом Равшаном и, дай Бог, осуществить эту идею – провести международный конкурс среди талантливых молодых вокалистов, чтобы поколение нынешнее не забыло и помнило, кто такой Батыр Закиров. И пусть это будет традицией.

— Фаррух Каримович, есть то, о чём Вы, может быть, сожалеете, что ещё не реализовали в своей творческой судьбе?

— Вы, знаете, если бы пришлось начать всё заново, я был бы прожил свою жизнь также. Конечно, есть что-то, что еще хотелось бы воплотить, но где-то не позволяют обстоятельства, где-то просто времени не хватает… Но мне повезло в самом главном – большую часть задуманного всё же удалось осуществить. Надеюсь, что по Милости Всевышнего петь и творить буду до последнего вздоха!!!

Римма Сабирджанова

Фото — Эрнеста Куртвелиева и из семейного архива