Самый ценный ресурс для обычного человека сегодня — это доза вакцины от covid-19. Для Китая, который на данный момент выпустил две вакцины (Sinopharm и Sinovac) и в ближайшее время планирует выпустить еще одну (CanSino Biologics), поставка вакцин другим странам является ключевым компонентом его усилий по изменению нарратива пандемии. Китайские официальные лица хотят, чтобы их страна запомнилась своей дипломатией Шелкового пути в области здравоохранения и успешной разработкой вакцин, а не ролью Китая в возникновении и распространении пандемии. В июньской Белой книге по covid-19 в 2020 году китайское правительство изложило свою цель по развитию «глобальной системы общественного здравоохранения, которая принесет пользу всему человечеству», — цель, построенная по образцу концепции Сообщества единой судьбы человечества, давно поддерживаемой Си Цзиньпином в качестве стремления Китая к всеобъемлющему глобальному управлению.
У России аналогичная повестка дня для вакцинной дипломатии. Называя свою вакцину «Спутником V» — вспоминая запуск спутника в октябре 1957 года, который изменил глобальное восприятие советской военной и космической мощи, — кремлевские чиновники хотят, чтобы «Спутник V» усилил мягкую силу России за границей и повысил авторитет российской науки. «Спутник V» продвигается как первая в мире вакцина от covid-19, выпущенная для общественности, однако пришлось срезать углы в интересах скорости. Российские власти одобрили вакцину для внутреннего распространения 11 августа 2020 года до завершения испытаний фазы III, которые обычно проверяют эффективность и безопасность вакцины в больших группах выборок.
2 февраля 2021 года авторитетный медицинский журнал The Lancet опубликовал промежуточные результаты этих испытаний, показывающие, что эффективность вакцины «Спутник V» составляет 91,6% спустя 21 день, а побочные эффекты отсутствуют. Несмотря на это очевидное подтверждение, опасения по поводу недостаточного тестирования снизили спрос. Правительство России утверждает, не публикуя никаких национальных данных, что 1,5 миллиона человек получили вакцину «Спутник V», но региональные данные по России предлагают гораздо меньшее число — 300 тысяч на середину января 2021 года. Согласно опросу от 23 декабря 2020 года, проведенному московским «Левада-центром» (включен Минюстом в список НКО, выполняющих функции иноагента, прим. ред.), только 38% респондентов (хотя 48% из них старше 55 лет) заявили, что готовы к вакцинации, а остальные сомневаются в основном из-за опасений по поводу неполного тестирования вакцины и ее побочных эффектов.
Китай и Россия являются стратегическими партнерами и сотрудничают в производстве вакцин. Россия проводит испытания вакцины CanSino, а Китай начнет выпуск российского «Спутника V» в конце февраля после того, что посол России в Китае Андрей Денисов назвал «очень трудными» переговорами по ряду сложных вопросов, предположительно имея в виду вопросы интеллектуального авторского права, которые долгое время мешали китайско-российским военным связям. Если решение будет принято, сотрудничество в области вакцин поддержит текущие усилия России и Китая на высоком уровне по развитию их технологического сотрудничества в 2021 году.
Конкуренция вакцин
Очевидная китайско-российская гармония опровергает конкуренцию за рынки вакцин в традиционных регионах российского влияния в Центральной Азии и Монголии. Если вы посмотрите на распространение российских и китайских вакцин, несмотря на китайскую дипломатию Шелкового пути в области здравоохранения и усилия по расширению китайской мягкой силы в Евразии, именно «Спутник V» был воспринят в регионе с большим энтузиазмом, а индийские вакцины заняли второе место в гонке. Казахстан и Монголия одобрили российскую вакцину, как и Туркменистан (несмотря на заявления об отсутствии случаев covid-19 в стране). Официальные лица Монголии отвергли предложение Китая о поставках его вакцин, но приняли предложение Индии о поставках доз AstraZeneca местного производства, вакцины, разработанной совместно с Оксфордским университетом. Казахстан, который является первой страной, производящей «Спутник V» на месте, также заинтересован в доступе к индийским вакцинам.
Только Узбекистан, который долгое время стремился сохранить свободу маневра между Россией и Китаем, одобрил и «Спутник V», и испытания двух китайских вакцин (Sinopharm и Anhui Zhifei Longcom Biopharmaceutical). Несмотря на некоторую критику в социальных сетях по поводу участия в китайских испытаниях в качестве «подопытного кролика», Узбекистан видит в этом возможность производить вакцину локально. Он также ведет переговоры с российской компанией «Вектор» о разработке вакцины «ЭпиВакКорона».
Таджикистан, Узбекистан и Кыргызстан имеют право на участие в международной инициативе COVAX от ВОЗ, которая должна предоставить равный доступ к вакцинам для развивающихся стран. В то время как Китай планирует внести в эту инициативу 10 миллионов доз, Кыргызстан рассчитывает получить доступ к британской вакцине Oxford-AstraZeneca и, возможно, к некоторым другим европейским и американским вакцинам через COVAX. Таджикистан также планирует получить вакцину Oxford-AstraZeneca через COVAX, хотя в то же время он обсуждает поставки «Спутника V» из России, как и Кыргызстан. Поскольку исследование Economist Intelligence Unit предсказало, что COVAX вряд ли сможет помочь вакцинировать много развивающихся стран, включая большинство государств Центральной Азии, до конца 2023 года, это делает альтернативы более привлекательными в этих странах.
Скорейшее завершение пандемии зависит от глобального доступа к вакцинам. Несмотря на обещания ВОЗ помочь более бедным странам, внедрение вакцин было далеко не гладким и высветило связанные с этим геополитические ожидания разных стран. Пока основное внимание уделяется конкуренции великих держав, вакцинный национализм — это больше, чем просто гонка за то, чтобы прививать мир, между США и Европой с одной стороны и Китаем и Россией с другой. Китайские и российские вакцины находятся в прямой конкуренции друг с другом, особенно за пределами постсоветского пространства и на Балканах. Белоруссия приветствовала «Спутник V», но неудивительно, что Украина в то же время выбрала Sinovac. Другие страны, такие как Грузия, надеются на западные вакцины, в то время как более бедные страны, например, Молдова, возлагают свои ожидания на COVAX. Задержки с поставкой вакцин из ЕС на Балканы привели к китайско-российской конкуренции за эту долю на рынке.
Элизабет Вишник
