Часть 1
Часть 2
Часть 3
Часть 4
Коррупция
В стране коррупция достала ВСЕХ, без исключения. Именно поэтому Президент инициировал новые меры по активному противодействию этому позорному явлению. На «Портале обсуждения нормативно-правовых актов» размещены проекты Указа Президента «О бескомпромиссной борьбе с коррупцией» и Постановление Президента «О дополнительных мерах по эффективной организации деятельности по борьбе с коррупцией».
В проекты документов включены важные инструменты, которые должны позволить неравнодушным гражданам участвовать в искоренении этого постыдного явления.
Одной из сфер, наиболее погрязших в коррупции в нашей стране, остается система образования. Причем, широко расцветшее мздоимство в системе образования активно используют вербовщики в международные террористические или религиозно-экстремистские организации.
Аргументы вербовщиков молодым гражданам Узбекистана убийственно просты и логичны: «…вы здесь в чужих странах вынуждены «пахать» мардикерами за копейки. Почему? Кто учитывал ваше стремление к знаниям в школе или институте? Никто… потому, что у ваших родителей нет денег на взятки, которые вымогают даже у талантливых учеников. Если вы не хотите мириться с этими кяфирами, отправляйтесь в земли Шама (Сирию), там начинается борьба за жизнь по законам Шариата. Только в Халифате нет коррупции…»
Совершенно естественно, что государство пытается защитить свою молодежь от несправедливости, которая становится обыденной из-за повышенного уровня коррупции. Поэтому новые инициативы Президента сопровождают такие важные составляющие, например, как открытый электронный реестр лиц, признанных виновными в совершении коррупционных преступлений, которым будет запрещено в том числе:
➖ занимать руководящие должности в организациях с государственной долей свыше 50 процентов и в государственных образовательных учреждениях.
Более того Глава государства делает все возможное, чтобы исправлять ошибки чинуш, ответственных за образовательные проекты. Доказательством этому являются инициативы Ш.М.Мирзиёева по поддержке искусства, высказанные им 30 июня на Форуме молодежи и студентов Узбекистана.
В предыдущей части я рассказал историю Асадбека Аюбджонова, самого молодого и самого известного дирижёра в мире, ученика Успенки. Администрация школы, как, впрочем, и Министерства культуры не нашли для него скромной суммы на авиаперелет в Россию для участия в престижном фестивале. Зато иностранная компания взяла спонсорское шефство над гордостью узбекского дирижерского искусства на постоянной основе.
Особенно приятно было читать о том, что Шавкат Мирзиёев отметил Асадбека Аюбджонова высокой правительственной наградой.
После публикации четвертой части журналистского расследования страница «РССМШИ им. Успенского» в ФБ буквально залили публикациями о победах учеников Успенки в различных конкурсах. Но эти посты полностью подтверждают серьезные проблемы в академическом образовании. Многочисленными дипломами победителей отмечены макомисты, народники и иногда вокалисты, которых и направляют на конкурсы. И это конечно здорово.
Давайте не будем забывать, что Успенка создавалась для академистов.
Судебное разбирательство в Мирзо-Улугбекском районе столицы уголовного дела, возбужденного прокуратурой в отношении директора РСМШ им.В.Успенского Джамаловой Д., бывшего главного бухгалтера Тугушевой Р., бывшего кассира Гуцаловой Л, инспектора отдела кадров Туйчиевой А.
Приговор Судьей был объявлен 9 июня и должен был вступить в законную силу 29 июня. Однако ответчики по делу подали апелляционную жалобу, которая отложила вступление приговора в законную силу ещё на какое-то время.
Редакция соблюдает политес до окончательного вступления Приговора в силу, хотя в интернете гуляет текст этого документа в отношении всех фигурантов уголовного дела, думаю многие читатели уже знакомы с решением Судьи первой инстанции.
Обычно судебное разбирательство или судебное расследование в уголовном производстве достаточно скучная штука, если, конечно, преступление не было резонансным.
В данном случае весь судебный процесс представлял собой занятное и увлекательное зрелище (да простят меня за такое словосочетание).
Судебное расследование было продлено после истечения двухмесячного срока еще на 60 дней и завершилось ровно через 4 месяца после своего начала.
Представлю читателям некоторые наиболее интересные моменты из зала суда, на которые невозможно было не обратить внимание.
Проведенные ремонтные работы во всех зданиях, в которых расположены суды города Ташкента, новая мебель, кондиционеры, установленные компьютеры и Судьи в мантиях внушают гораздо большее уважение ко всему происходящему в стенах третьей ветви власти Узбекистана.
Висящие в фойе всех судов с лета 2017 года «Обращение судей Республики Узбекистан к народу Узбекистана» чем-то напоминает клятву Гиппократа, которую дают врачи во всем мире, начинающие свою медицинскую практику.
Большинство посетителей судов, имея несколько минут или часов свободного времени обязательно упираются в последнее предложение Обращения, находящегося на уровне глаз:
«…Критический анализ, жесткая дисциплина и персональная ответственность станут для нас повседневной нормой, основными критериями нашей деятельности.
Обещаем честно и добросовестно исполнять возложенные на нас ответственные обязанности, осуществлять правосудие, подчиняясь только закону, быть всегда верными нашей клятве, данной народу и Президенту!»
Ну, о судьях я расскажу немного позже, а теперь глава об адвокатах.
Адвокаты
Мое появление в зале было встречено жестко заданным вопросом одного из адвокатов (как потом оказалось – основным защитником Д.Джамаловой):
— «Вы кто?»
— «Я журналист и буду писать про всю эту историю с Успенкой»
— «Кто вам рассказал про суд? Кто вас нанял?»
С этого диалога началось мое знакомство с пятью адвокатами, чьи подзащитные оказались на скамье подсудимых.
Так случилось в жизни, что мною наработан определенный опыт общения с заключенными, которые имеют собственное отношение к адвокатской братии.
Адвокаты – это обязательный атрибут судебного процесса. Но вот, ЧТО и КАК МНОГО зависит от квалификации адвокатов в судопроизводстве?
Абсолютное большинство заключенных, с которыми имел возможность общаться, вообще крайне редко говорили об адвокатах. По всеобщему мнению, к представителям этой профессии судьи относятся, ну как минимум, с пренебрежением, при вынесении приговора мало обращают внимание на «железные» аргументы, тщательно или не всегда тщательно, представляемые адвокатами в судопроизводстве.
Зэки презрительно называют адвокатов «бегунками». Понятно какой смысл в это слово вкладывают, особенно разочарованные работой адвокатов «первоходки». Тщательное изучение УК в камерах, многочисленные или не очень многочисленные, переговоры с защитниками вселяют в них надежды, которые рушатся сразу после приговора. Адвокаты всем своим внешним видом, предыдущей работой в правоохранительных органах или судах, уверенно внушают родным или близким обвиняемых о своей значимости, возможности доказать невиновность своих подзащитных или переквалифицировать статьи в более легкие из-за некачественно проведенных следственных мероприятий. Но ничего этого не случалось. Суды шли с обвинительным уклоном, оправдательные приговоры были крайне редки.
Но вот с 2016 в судебной системе произошли крутые изменения и судьи начали не только возвращать следователям некачественно подготовленные уголовные дела, но и выносить оправдательные приговоры.
Неожиданно роль адвокатов, защищающих своих клиентов в судах различных инстанций, возросла. Эта роль не достигла пока таких высот, как в западных странах или даже в России, но важен тренд.
Ревниво заданные вопросы о «заказчике» лишь подтвердили, что публичность в этом, кстати, открытом судебном разбирательстве, ой как не понравилась, и адвокатам и подсудимым. В этом мне приходилось убеждаться еще не раз.
Из диалога с Дильдорой Джамаловой:
— Кто вас нанял? Правозащитники? – справедливый вопрос
— Совсем нет.
— У меня много журналистов и блогеров уже на старте, они тоже готовы освещать суд. Это заказное дело.
— Мне кажется самое время СМИ подключиться к судебному расследованию и разоблачить «заказчиков» всей этой истории.
Но никаких журналистов или блогеров на судебном разбирательстве так и не появилось.
Адвокатов всего было пятеро. Двое из них защищали директора, остальные трое – инспектора отдела кадров, бывшего главного бухгалтера, бывшего кассира.
Двое адвокатов Д.Джамаловой меня приятно удивили. Они боролись за свою подзащитную, как тигр и тигрица. Мне сложно сказать – насколько они боролись профессионально, но очень эффектно. Порой их эмоции и напор на государственного обвинителя настолько зашкаливали, что Судья периодически осаждал, в большей степени, адвокатессу. Возглас Судьи: «Прекратите балаган!» повторялся многократно на тех заседаниях, когда адвокатесса «схлестывалась» с государственным обвинителем.
Вернусь к публичности. Был свидетелем одной крайне неприятной сцены. На одно из слушаний пришли представители профкома, которые готовы были представить Судье свое видение проблем, возникших в Успенке. Но они явно были не желанны, по крайней мере, как свидетели того, как судят их директора. Поэтому (в перерыве) в зал заседания был доставлен документ, который гласил об усилении карантинных мер в связи увеличением заболевших Covid-19. Адвокат Д.Джамаловой, ссылаясь на этот документ, настояла на изгнании представителей профкома и других участников открытого процесса из зала суда: «Мы здесь все из-за них заболеем Ковидом…».
При этом сами пять адвокатов сидели на одной скамейке за двумя письменными столами, тесно прижавшись друг к другу. Смешно однако…
В общем, тигр и тигрица направили все свои усилия на то, чтобы доказать, что свидетельские показания, полученные в ходе предварительного следствия в прокуратуре, сначала Мирзо-Улегбекского района, а потом и Ташкента, были:
- сфабрикованы следователем и протоколы допросов не были прочитаны свидетелями и подписаны ими «вслепую»;
- получены под давлением.
Именно поэтому, каждый свидетель (напомню, что в уголовном деле значилось 50! «мертвых душ», вместо которых якобы работали другие люди), был тщательно допрошен обоими адвокатами. Также обстоятельно адвокаты Д.Джамаловой допрашивали экспертов, которые также в качестве свидетелей были привлечены к судебному расследованию.
Было ясно, что стратегия защиты, выбранная командой ДДжамаловой, основывалась на том, что: директор полностью доверилась своим заместителям, бухгалтерии – вслепую подписывала документы, по которым проводились незаконные начисления незаработанной платы.
Из беседы с мамой двух учеников Успенки, преданной Д.Джамаловой: «…проблема Дильдоры Абдувахабовны в том, что она очень доверчивый человек. Дильдора Абдувахабовна любит всех, кто её окружает, а это не всегда ей помогает, даже мешает…»
Как помнит читатель из третьей части, держателем и распорядителем школьного «общага» была бывший кассир Гуцалова Л.Н. По продвигаемой для Судьи версии адвокатов Д.Джамаловой, преступная цепочка, начинавшая свой путь с заместителя директора (принимавшего «мертвых душ» на работу), расчетного бухгалтера (начислявшего «мертвым душам» незаработанную плату), инспектора отдела кадров (готовящей табеля с «мертвыми душами»), главного бухгалтера (покрывающей всю преступную схему) заканчивалась на кассире (которая и распоряжалась незаконными деньгами).
Причем бывший кассир – Л.Гуцалова во время судебных разбирательств напоминала зомби. Может быть этому и не стоило удивляться. Почти каждый перерыв адвокат Д.Джамаловой беседовала с кассиром. У меня от этих странных бесед–монологов скопилась целая фотогалерея.
Ничего оригинального в такой версии не было, как, впрочем, и правды. Все было на поверхности, и адвокаты трех остальных участников процесса могли бы доказать, что их клиентов стараются оговорить — на раз и два! Но… адвокаты Р.Тугушевой, Л.Гуцаловой и А.Туйчиевой на протяжении всех четырех процессов не задали внимание! НИ ЕДИНОГО вопроса участникам процесса, которые могли бы выявить истину. НИ ЕДИНОГО, НИ РАЗУ. Ни разу не задали вопросов и своим подзащитным. Поверьте, картина была крайне неприятная.
Так в перерыве пришлось пообщаться с этими тремя адвокатами – милейшие люди, с огромным опытом следственной работы, судебной практики, юридической защиты. Если бы не общение в перерывах, я бы вообще не слышал, как звучат их голоса. Нет, один из адвокатов на постоянный вопрос Судьи:
— «У адвокатов еще вопросы?»
Также постоянно отвечал: «Нет Ваша честь» — и ВСЁ.
С адвокатом Д.Джамаловой вообще не совсем понятная история. Мне довелось участвовать еще и в гражданских судебных тяжбах, в которые оказалась втянута администрация Успенки. Так вот, эта же адвокат и представляла интересы самой школы им.В.Успенского в гражданском судопроизводстве. Причем, эта адвокат выступала, как представитель образовательного учреждения. По крайне мере, она говорила: «… мы решили, мы подготовили приказ, мы выплатили…». Создалось впечатление, что услуги адвоката были оплачены из бюджета самой школы, а не лично из сбережений Д.Джамаловой.
В этом случае сложилась парадоксальная ситуация. Министерство финансов выплачивает школе им.В.Успенского на её деятельность определенные суммы. Из этих средств Д.Джамалова выплачивает гонорар адвокату, который её защищает. Причем защищает, как ответчика в уголовном суде, где истец Министерство Финансов. Конгиниально, как сказал бы великий комбинатор.
Как к таким историям относится Счетная Палата, контролирующая расходование бюджетных средств страны? Попробуем об этом узнать…
Виктор МИХАЙЛОВ
Продолжение следует