Недавно на канале «Доверие», слушала я передачу «Вспомнить все». Речь шла о прическе «бабетта», названной по имени героини фильма «Бабетта идет на войну». Фильм вышел в 1959 году. Актриса Юлия Рутберг, рассуждая по этому поводу, ничтоже сумняшеся заявила, что «бабетта» пришла на смену косичкам, косам, кренделькам из кос, которые носили в СССР, поскольку другие прически не приветствовались.
Вот так. Не приветствовались. Все ходили с косами.
Рутберг ( я специально посмотрела) родилась в 1965 году. То-есть, до сознательного возраста ей оставалось лет десять, как минимум. Интересно, откуда столь глубокие познания? И что за гнусная манера, появившаяся в последнее время, хаять советскую власть и описывать жизнь при СССР, как в казарме: сказано всем носить косички — носят косички…
У меня тут явное преимущество: я родилась в сорок пятом. Не претендуя на лавры эксперта по прическам, должна сказать, что многое помню.
И, да, возможно, в деревнях девушки носили косы. Подчеркиваю — девушки. И да, в среднеазиатских кишлаках девушки абсолютно точно носили косички (много) или косы. А замужние женщины в тех же деревнях забирали волосы в узел на затылке. Мало того. Прикрывали косынкой. Как и замужние среднеазиатские женщины. Косынка, лихо завязанная концами сзади.
А вот в городе… ни у одной женщины из тех, кто меня окружал, не было никаких кос. Косички были у школьниц. У подавляющего большинства. Правда, моя подруга Вика ходила со стрижкой и челкой во весь лоб и я не помню репрессий по этому поводу. Косички носили даже десятиклассницы. Что-то, вроде полагающейся прически. И то, до середины пятидесятых.
До войны, во время и некоторое время после советские модницы носили прическу в виде валиков по обе стороны пробора или одного валика надо лбом, остальные волосы свободно распускались по плечам. На смену такой прическе пришел перманент или шестимесячная завивка, покорившая практически все женское население СССР. Носили такую завивку почти все. Волосы, расчесанные на прямой пробор и уложенные узлом — типичная прическа учителей, врачей, райкомовско-обкомовско-официальных дам. Такая прическа идет далеко не всем. Вот Элине Быстрицкой и Людмиле Чурсиной — очень. Помните фильм «Неоконченная история»? Там парикмахер делает героине потрясающе красивую прическу «Карла Доннер», по имени знаменитой певицы и актрисы, героини фильма «Большой вальс». А она ее размачивает, и мне каждый раз ужасно обидно. Ей так шло!
Во всех картинах пятидесятых мы видим актрис с перекисной шестимесячной. Почему перекисной? Да потому что волосы осветляли перекисью водорода, красили красным стрептоцидом ( когда его запретили, он исчез из аптек), хной и басмой. Почему-то очень многие женщины становились блондинками.
Завивку делали не только в парикмахерской, но и домашними способами. Бигуди тогда я не видела. , они не продавались. Волосы завивали либо плойкой, которую сначала нагревали на плитке (потом появились электрические), либо на папильотки — бумагу сворачивали в несколько слоев, навивали на нее влажные волосы и завязывали узелком. Это обычно делали на ночь. Чем это удобно — спать на папильотках легче, чем на бигуди.
При этом я хочу сказать, что никто и никогда не преследовал и не осуждал женщин с прическами вместо косичек.
Потом началась «противостиляжная» компания. Мужчины-стиляги носили коки в виде львиной гривы, женщины — хвосты. Вот хвосты осуждались в рамках той же самой кампании. Но уже через несколько лет, в конце пятидесятых, мои одноклассницы спокойно носили хвостики в школу и на уроках, сама я постриглась (косу потом поменяла на собрание сочинений Брехта у продавца книжного пассажа, потому что тогда косы как раз вошли в моду), и опять же хоть бы кто слово сказал.
Правильнее добавить, что с появлением «Бабетты» сменилась мода. Женщины укладывали волосы в затейливый узел, называвшийся в СССР «вшивым домиком». В моду также вошли начесы, то-есть тупирование. Я сама носила. Некоторые девицы превращали головы в огромные шары. В «бабетты» подкладывали чулки, тряпочки, консервные банки, чтобы держали форму. И да, потом в моду снова вошли косы. Приплетные. Косы укладывали короной на голове или делали так называемые «халы».
На смену косам пришли шиньоны. Нечестные продавцы кос и шиньонов иногда делали то и другое на каком-то некачественном клее, и стоило попытаться вымыть изделие, оно просто слипалось в неопрятный ком. Так случилось с моей однокурсницей. Она должна была идти на очень важную для нее встречу и одолжила косу у другой очень состоятельной однокурсницы. Коса стоила бешеных денег — двадцать пять рублей. Вернувшись домой, она, как человек порядочный, решила косу «постирать». Ну и получила то, что получила. Бедняжке пришлось покупать новую косу.
Тогда на столбах стали появляться объявления о покупке волос, тогда же и я очень выгодно поменяла свою косу, поскольку по врожденной лени не могла представить, что вожусь с прической, а Брехта я любила гораздо больше, чем моду.
Парики — это уже семидесятые. Я жила в Москве, и если честно, не помню, чтобы кто-то из моих коллег носил парик. Но в принципе, носили. Это сейчас купить легко, а тогда — не очень.
Но так или иначе, никаких команд и указаний относительно ношения кос не поступало. Да и стиляжная кампания закончилась. Когда я пыталась смотреть фильм «Стиляги», меня распирало от возмущения. Герой приходит в магазин, а там — одни серые и черные костюмы. Можно подумать, не наши мальчики носили яркие ковбойки и рубашки фасона «кормящий папа» — это квадратный вырез и две пуговки по обеим сторонам. Не носили красных или черных рубашек, вошедших одно время в моду. Можно подумать, я не носила стоявшего торчком кринолина, а поверх — цветастый фестивальный ситец…. Это в Ташкенте. Наверное, в Москве было еще круче.
Могу только повторить мое любимое изречение: Чем моложе блогер, тем хуже ему жилось при Сталине….
Татьяна ПЕРЦЕВА
Эту важную составляющую выставки в частности отметил в своем приветствии первый заместитель министра сельского хозяйства Республики Узбекистан Шухрат Тешаев: «Agro World Uzbekistan стала платформой для тесного взаимодействия между поставщиками самых современных технологий и решений и сельскохозяйственными производителями всех форм собственности, и уже на протяжении 14 лет выставка демонстрирует достижения отрасли, потенциал отечественных производителей и интерес к развитию отрасли со стороны зарубежных компаний». 
«Мы будем поставлять стельную голштинскую породу коров. То есть за цену одной коровы, фермеры получают сразу две. Корова голштинской породы дает ежедневно до 33 литров молока, это в год 10 тысяч литров, то есть окупают свою стоимость за год. Продуктивность в 6 раз выше, так как местные породы коров дают в день 5 литров молока. Они поставляются в Узбекистан уже 10 лет и хорошо адаптируются к местным климатическим условиям. В отличие от прежних поставок в этот раз будут организованы обучающие курсы для фермеров и ветеринарное обслуживание для коров, для того чтобы сохранять их продуктивность».
«Участвуем на выставке в 4 раз. Наша компания является производителем кормовых ферментных препаратов и препаратов для растениеводства, которые повышают урожайность. В этом году мы заключили несколько крупных контрактов с производителями садов и овощей. Так же в этом году получили лицензию на торговлю кормовыми добавками и начнем активную деятельность по реализации продукции для животноводства. У нас в планах долгосрочное сотрудничество, хотим открыть совместное с Узбекистаном производство, чтобы снизить себестоимость продукции» — представитель белоруской компании Ferment Сергей Баран.
