Членство в Шанхайской организации сотрудничества может принести Ташкенту как минимум несколько финансово масштабных проектов уже в следующем году.
У Шанхайской организации сотрудничества, можно сказать, сложилась традиция — каждый раз на ежегодном саммите удивлять общественность статистикой. Саммит, состоявшийся на прошлой неделе в Астане, исключением не стал. На нем сообщили: экономики государств показывают позитивные темпы роста (от 4 до 9%), а доля ШОС в глобальном ВВП достигла 30%.
После этих цифр ни у кого язык не повернется назвать банальностью слова, которые сопровождают каждый саммит ШОС — организацию все чаще называют новым центром силы. О влиянии ШОС на геополитику говорят и сами президенты стран-участниц.
Так, глава Казахстана Касым-Жомарт Токаев заявил, что ШОС стала «важным механизмом системы международных отношений», российский лидер Владимир Путин отметил, что «ширится круг государств, выступающих за справедливое мироустройство». А Шавкат Мирзиёев вообще подчеркнул, что организация — это центр притяжения для стран, «стремящихся выстраивать широкое сотрудничество без политических и идеологических предубеждений».
Кризис как возможность
Здесь надо отметить, что с момента основания в 2001 году Шанхайская организация прошла огромную трансформацию — из диалоговой платформы, на которой обсуждались в основном вопросы безопасности, в многоуровневую структуру, влияющую на все процессы, необходимые для устойчивого развития.
«Опыт многостороннего взаимодействия нарабатывался, а одновременно на фоне кризиса других многосторонних институтов, в первую очередь, ООН (про ОБСЕ вообще уже можно не вспоминать), в мире рос и продолжает расти запрос на новые площадки, которые регулируют те или иные трансграничные региональные и субрегиональные процессы», — считает доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Института международных исследований МГИМО МИД РФ Александр Князев.
По мнению эксперта, сейчас трудно сказать, что будет с ООН.
«Падение ее авторитета, не говоря уже о реальной функциональности, которая скоро может приблизиться к нулю, заставляют продумывать на этот счет весьма пессимистические сценарии. Пессимистические для ООН, пока никак не демонстрирующей способности перестать быть манипулируемым объектом, а порой и инструментом политики США и их союзников. Не исключаю, что уже в среднесрочной перспективе ШОС может трансформироваться в некую субрегиональную структуру, взявшую на себя многие из вопросов и функций, находящихся в ведении ООН, но никак не решаемых и не реализуемых», — говорит Князев.
![](https://nuz.uz/wp-content/uploads/2024/07/2-2.jpg)
Сама ШОС стремится развивать с ООН партнерские отношения. На саммит в Астане был приглашен Антониу Гутерриш, который отметил важную роль организации на международной арене. Не обошелся Гутерриш и без дежурных слов о необходимости мира на Ближнем Востоке и Украине.
Куда более вовлеченным в вопросы мира на его фоне выглядел Эмомали Рахмон, выступивший с рабочими идеями по сектору Газа — он призвал открыть гуманитарные коридоры, чтобы помочь людям. Еще один продуктивный шаг со стороны Таджикистана — создание Антинаркотического центра ШОС в Душанбе, что логично: терроризм и наркотрафик неразрывно связаны друг с другом, а Таджикистан граничит с Афганистаном, который в этих процессах погряз.
Продиктовано историей
Узбекистан тем временем по праву пожинал плоды Самаркандского саммита двухлетней давности — именно там Беларусь решила вступить в ШОС, и вот в Астане республика стала полноправным членом организации.
![](https://nuz.uz/wp-content/uploads/2024/07/3-2-1024x533.jpg)
![](https://nuz.uz/wp-content/uploads/2024/07/3-2-1024x533.jpg)
Александр Лукашенко, известный хлесткими фразами на официальных выступлениях, о ШОС сказал следующее — она не направлена против кого-то. В декларациях ШОС и правда можно встретить лишь формулировки вроде «нацеленности на повышение благосостояния населения» всех стран организации. Население это, к слову, большое — скоро достигнет 3,5 млрд человек. Ведь теперь ШОС объединяет 10 стран.
Все эти страны (Беларусь, Индия, Иран, Казахстан, Китай, Кыргызстан, Пакистан, Россия, Таджикистан — для удобства перечислим в алфавитном порядке) представляют значимый источник выгоды для Узбекистана. Львиная доля узбекистанской торговли приходится на них: в прошлом году торговля РУз со странами ШОС превысила 31 млрд долларов. А это половина всей внешней торговли республики (62,5 млрд долларов).
Членство в ШОС развитие торговых процессов только упрощает — и Ташкент, как территория, сыгравшая большую роль в расцвете Великого шелкового пути, это осознает. Россия и Китай возглавляют список экономических партнеров Узбекистана, Казахстан, Кыргызстан и Таджикистан — в первой десятке этого рейтинга. Иран и Пакистан важны с точки зрения логистики. С Беларусью и Индией сотрудничество тоже идет по нарастающей. Что важно: все эти страны также заинтересованы в расчетах в нацвалютах, что только на пользу отечественной экономике (меньше привязки к одной валюте — меньше зависимости).
В общем, кругом одна выгода. А если вспомнить про 14 стран-партнеров ШОС по диалогу? Многие из них тоже стратегически Узбекистану необходимы: с Азербайджаном и Арменией нас объединяет СНГ, с Турцией, Египтом, Катаром, ОАЭ, Кувейтом, Саудовской Аравией и Бахрейном мы выстраиваем связи не первый год, ну а Камбоджа, Мальдивы, Шри-Ланка, Мьянма и Непал интересны в плане туристического сотрудничества.
![](https://nuz.uz/wp-content/uploads/2024/07/4-1-1024x576.jpg)
![](https://nuz.uz/wp-content/uploads/2024/07/4-1-1024x576.jpg)
Важны даже страны-наблюдатели: Монголия и Афганистан. Глава Монголии буквально недавно продуктивно посетил Ташкент, а что касается Афганистана, именно Узбекистан в свое время предложил помочь стране, построив Трансафганскую железную дорогу, и таким образом заодно развить международную логистику.
Все в экономику
Но вернемся к торговле. На саммите в Астане президент Узбекистана предложил странам ШОС начать проводить международную промышленную выставку. Проектное название пока — «Экспо ШОС». Учитывая, что промышленное производство в странах организации выросло на 4,5%, перспективы у выставки есть. А если ее организуют, то дебют явно отдадут Ташкенту или Самарканду на правах инициатора. Плюс опыт проведения промышленных экспозиций у Узбекистана есть — российский «Иннопром» стал естественной частью экономической жизни столицы.
«Узбекистан понимает, что ему выгодно сотрудничать с государствами ШОС по всем параметрам: в сфере торговли, туризма и безопасности, поскольку мы граничим с Афганистаном. Без евразийских стран Ташкенту будет трудно развивать и торговлю, и внешнеполитическую повестку, потому что они дают возможности для привлечения инвестиций», — объясняет независимый эксперт, кандидат исторических наук Бахтиер Алимджанов.
Так, например, Узбекистан к 2030 году планирует удвоить ВВП, а без развития энергетики это невозможно, подчеркивает Алимджанов. Тем временем именно со страной ШОС — Россией, — РУз подписал соглашение о строительстве малой АЭС, а сотрудничество с Кыргызстаном и Таджикистаном в области ГЭС позволит решить проблему водного баланса в регионе. Все это, кстати, соотносится с целями проекта стратегии энергосотрудничества стран ШОС до 2030 года, где говорится о взаимодействии государств для диверсификации сектора энергетики.
Полезна ШОС и в плане климатической повестки, полагает Бахтиер Алимджанов. «У российских и китайских ученых есть наработки в сфере экологии, а Узбекистану нужны инвестиции в развитие ирригации и переработки мусора».
Ну а главное: все эти проекты обещают быть долгоиграющими — вопросы сотрудничества в экономике, энергетике, сельском хозяйстве и технологиях уже прописаны в проекте решения по разработке стратегии развития ШОС. А этот документ должен действовать до 2035 года.
Кто написал это? Разве Узбекистан уже построил трансафганскую железную дорогу? Не надо печатать небылицы. Если собираются строить, что откуда деньги?
«Построив» — это причастие прошедшего времени от глагола «построить», обозначающее процесс или результат создания, возведения, устройства чего-либо (например, здания, сооружения, структуры).