Известный эксперт Юлий Юсупов в своей статье «Как налоги убивают конкурентоспособность» дает крайне негативную оценку налогам, обозначив их уникальными и нигде в мире не существующими. В своей статье «Зачем так «кошмарить» налоговую систему Узбекистан. Или почему я не согласен с господином Юсуповым» я описываю налоги, чтобы показать, как на практике налоги отличаются от тех, которых описал эксперт. Основная и последняя — четвертая часть моей статьи не успела выйти, как вышла статья Юсупова «Баттл на тему налоговой системы: Камалов vs Юсупов» (http://kommersant.uz/ekspert/battle-kamalov-vs-yusupov).
Я не защищаю и не критикую наши налоги. Также, я не отрицаю проблем связанных с налогами и высокую налоговую нагрузку в нашей стране (Причины высокой налоговой нагрузки привожу в своей статье «Почему в Узбекистане высокая налоговая нагрузка» (http://ca-news.org/news:1420451)).
Я давно не решался дать оценку статье эксперта, так как не имею достаточного опыта в публикации статей и не обладаю громкими научными званиями. Более того, я не любитель кому то давать оценку. Однако необоснованная и неграмотная критика эксперта практически везде сопровождалась с явно выраженным издевательским и не пренебрежительным отношением к налоговым проблемам и всему, что с ним связано (нонсенс, абсурд, парадокс и т.д.). Будучи знакомым с налогами и научной методологией изнутри, я не смог остаться равнодушным и решил ответить.
Четвертая часть моей статьи, которую я решил изложить здесь, признаюсь, далась мне очень нелегко. Самой главной проблемой было то, как преподнести деликатно мои претензии. Я старался выбрать объектом критики саму статью, а не профессиональные качества эксперта, чтобы максимально исключить личностный фактор. Я несколько раз давал «добро» редакции на публикацию моей статьи, а потом отменял, чтобы максимально сгладить острые края. Однако каждый раз, стараясь быть максимально по-узбекски деликатным («когозга ураб гапириш»), мои претензии получались невнятными. И чтобы максимально быть понятным, я был вынужден убрать в сторону деликатность и называть вещи своими именами.
Научная методология и проблемы налогов мне известны изнутри. Будучи предпринимателем, я имею достаточный опыт, связанный с конфискацией имущества, штрафами, судебными и прочими разборками, различными проверками и т.д. В свое время, обучаясь в Великобритании, я зарабатывал тем, что писал диссертации студентам, которые получали высокие оценки за «свои» труды от британских профессоров.
Моя принципиальная позиция в том, что нужно грамотно подходить к изучению проблем, чтобы делать объективную оценку. Любая проблема заслуживает критики. Но она также заслуживает быть изученной настолько грамотно, чтобы ее результаты имели практическую ценность для решения этих проблем. Чтобы так «кошмарить» проблему, ее нужно не просто знать, а знать очень хорошо. Драматизацией, голословными оценками, криками «караул», демонизацией налоговой системы и идеализацией западных теории решить проблему, как показывает опыт многих стран, не получится. Так можно только усугубить ситуацию, создавая новые проблемы, негативные стереотипы и напряжение. Наши проблемы могут быть даже хуже, чем это описывает эксперт. Но суть в том, что их нужно грамотно доказать.
Я считаю, что эксперт не грамотно подошел к исследованию предмета и делает выводы, которые не заслуживают доверия и не имеют практической ценности. Качество исследования не соответствует даже средним стандартам исследования. И чтобы доказать свое утверждение, я привожу 9 аргументов – претензии к статье эксперта. Повторюсь, я не защищаю налоги, налоги – повод и средство, посредством которых я даю оценку работе эксперта.
Как я подошел к определению проблемы.
Я извлекаю ошибки оппонента исходя из формулы: Ошибки в исследовании эксперта = западные подходы к исследованию – подходы к исследованию эксперта. Поэтому, ссылки на западные нормы здесь приводятся часто.
Любой, будь то духовный наставник, звезда эстрады или известный ученый, кто защищает налоги, имеет сто процентный шанс оказаться неправым. Потому что всем людям свойственно считать правильным то, что им нравится. А платить налоги не нравятся никому. Даже богатым людям. Поэтому, любой, кто защищает налоги– всегда не прав. Любой, кто критикует и бьет налоги – прав. Это субъективная сторона вопроса. Но существует и объективная сторона вопроса. Именно эту сторону я и рассматриваю.
Аргумент №1. Эксперт не привел ни одного факта, чтобы доказать свои выводы.
На западе говорят, что правильное определение причины равносильно решению проблемы наполовину. Эксперт утверждает «что предприятие увеличило число занятых с 50 до 51 или со 100 до 101 и — ба-бах, налоги возросли в 3—5 раз.» Я тщательно искал подтверждения этому– просил проверить бухгалтеров и знакомых, сделал свои расчеты. Мы не нашли предприятие, у которого случился этот «ба-бах». Возможно, мы искали не там и неправильно, и может мы применили неправильную методику расчета. Поэтому я привел свои расчеты, чтобы показать — такое невозможно даже теоретически.
В ответ оппонент обвиняет меня в подтасовке цифр — не включил налоги на землю, имущество, НДС (?.) и т.д. В 1 части своей статьи, приводятся налоговые правила, при котором общеустановленный режим позволяет снижать налогооблагаемую базу. Например, при налоге на имущество можно уменьшить базу на сумму амортизации.
И здесь я не вижу смысла что-то в этом направлении дальше доказывать и оправдывать себя. Однако оппонент должен предоставить фактические данные, чтобы доказать — его слово это не пустословие, а факт. Налоги – это не абстрактное явление, их можно реально пощупать, измерить и проверить. Возможно, эксперт использует собственную уникальную методику расчета налогов, но тогда эта методика должна быть признана соответствующим органом. И раз делает такие громкие заявления, это означает, что эксперт увидел, измерил, проверил и предоставил эти цифры нам. Именно так поступают все грамотные исследователи. В условных примерах, теоретически, можно нарисовать любые налоги и кошмарить, что он и делает.
Аргумент № 2. У эксперта нет грамотной методологии.
Что такое методология? Западное научное сообщество твердит: не бывает правильных ответов, бывают правильные подходы. Методология – основной инструмент науки. Это то, как мы собираем информацию, куда смотрим, как смотрим на вещи. У каждого человека есть своя методология – это взгляды на вещи, основанные на его кругозоре и мировоззрении. И на бытовом уровне все используют методологию. Например, чтобы дать оценку человеку обычно применяют следующую формулу: мнение = (хорошее мнение + плохое мнение) / количество мнений. Человека нужно оценивать в разной роли – как друга, налоговика, спортсмена и т.д. Человек может быть прекрасным футболистом, но ужасным трактористом.
Предвзятость и пристрастия мешают объективно оценить проблему. Поэтому, очень важно применять правильные подходы, которые позволят минимизировать ошибки, но не устранят их полностью. При исследовании проблемы самой главной задачей является грамотное определение методологии. Любой уважающий себя эксперт в первую очередь разрабатывает грамотную методологию. По крайней мере, именно так делают на западе.
У эксперта этой методологии нет. Он словно врач, который обладая прекрасными знаниями для лечения ногтей, выписывает рецепт для лечения всего вашего организма. И, внимание – он выписывает рецепт без тщательного предварительного обследования.
Чтобы правильно определить длину столба, методология четко определяет понятие ее «длины», то есть точки, расстояние между которыми называется «длина». Неправильное определение этих параметров приведет к тому, что разные люди, измеряя длину столба одной и той же линейкой, будут получать разные результаты. И наоборот, измеряя разными линейками одинаковые расстояния, получатся разные результаты. Важно пользоваться правильной линейкой и правильно определять параметры «длины». «Линейка», в данном случае, будучи инструментом методологии и нематериальным, как и любой измерительный прибор (счетчик газа и т.д.) проходит проверку и сертификацию в научном сообществе.
Эксперт утверждает, что «Нигде в мире такого нет», «Все налоговые системы, кроме нашей..», «уникальность отечественной налоговой системы» и т.д. Что это означает? Чтобы раскидываться подобными высказываниями, нужно изучить налоговую систему всех других стран. Что это за «линейка», которой эксперт измерил все налоги мира, чтобы утверждать подобное? Какой «линейкой» пользовался эксперт, когда давал оценку о «двойном и тройном налогообложении» в нашей стране? Насколько грамотно он подходит к определению влияния налогов на разделения труда? Каковы параметры «общественного разделения труда»?
Далее допустим, что вам нужно объективно оценить форму консервной банки. Смотря на консервную банку сверху, человек видит предмет круглой формы. Если смотреть с боку, то – прямоугольной формы. Соответственно, если люди смотрят на одну банку с разных сторон, они увидят разные формы и будут спорить между собой. Один будет утверждать, что предмет круглой формы, а другой – прямоугольной. Они смотрят на один и тот же предмет и видят разные формы. И оба они правы! Поэтому, чтобы люди пришли к единому мнению, они должны сблизить позиции. Однако, даже находясь на одной позиции и смотря на один и тот же предмет можно увидеть разные вещи. Это зависит от мировоззрения, кругозора и восприятия личности. Это субъективный фактор. Чтобы иметь объективное представление о форме банки, методология позволяет посмотреть на банку с разных позиций. Именно такой подход используют в развитых странах для оценки любых объектов и процессов. С какой позиции смотрит на налоги эксперт, когда дает оценку им? Если везде налоги — это инструмент для реализации политики страны, то почему он дает оценку нашим налогам исключительно с позиции теории Адама Смита? Почему оппонент не смотрит на налоги с позиции государственной политики страны?
Аргумент № 3. Эксперт не отличает часть от целого.
Если на малой части белой скатерти окажется черное пятно, это не значит, что вся скатерть черная. Даже сделав много добра и случайно навредив, ваш сосед рискует стать плохим, так как людям свойственно видеть и запоминать только плохие вещи. Ограниченные знания и кругозор, комплексы и подозрения, негативные чувства и пристрастия накручивают сознание, воспринимая муху как слона. Только грамотное исследование и трезвый ум позволят изучить скатерть и иметь объективное представление о нем. Поэтому важен грамотный сбор данных, анализ, синтез и комплексный подход.
Как и любая система, налоговая система состоит из компонентов – налогов, его элементов, институтов, законов, материально-технической базы и участников системы. Какая часть системы является сегодня самой проблемной? Это участники системы и их взаимоотношения. Именно несоответствие этих взаимоотношений к налоговым правилам приводит к коррупции в системе. Насколько налоги и их ставки тормозят развитие экономики? Здесь эксперт видит (или хочет видеть) только тех, кто пострадал из-за налогов (часть), которые, как он пишет, издают «стон по поводу низких порогов отнесения к малому бизнесу». Для объективности эксперту стоит посмотреть и на тех, кто добивается успехов и подобных стонов не издают, пользуясь теми же налогами.
Даже при высокой налоговой нагрузке, предприниматели добиваются успехов. Они внедряют современные системы учета и нанимают высококвалифицированных кадров. Те, кто не вкладывают в развитие, испытывают проблемы с налогами. Важно понять, почему используя одни и те же налоги, предприниматели добиваются разных результатов. Только так можно выявить объективные причины.
Налоги нужно оценивать не только с позиции плательщика, но и с позиции всего общества, в целом. Если власти решили проводить социально ориентированную политику, то утверждать, что налоги высокие – правильно. Однако утверждать, что это ошибка – не всегда правильно. Цели и возможности определяют такие понятия как необходимость и неизбежность. Любой выбор порождает издержки, которые ошибкой не являются.
Правильная методология позволяет максимально минимизировать ошибки, хотя не устранит их полностью. Поэтому, для объективного определения причин нужно подходить к проблеме грамотно и комплексно — видеть не только часть, но и целое. Нужно делать правильную выборку той части, которая максимально правильно отражает целое. Какова была выборка эксперта, что позволила узнать про все налоги мира настолько достоверно, чтобы называть наши уникальными? Методология эксперта неграмотна и, поэтому, его выводы касательно налогов и их влияния на конкурентоспособность экономики не заслуживают никакого доверия.
Аргумент № 4. Исследования эксперта не соответствуют западным стандартам прикладного исследования.
Знание теорий одно, но изучение самого объекта, к которому предназначено применения конкретной теории — другое. Подходы оппонента похожи на врача, который применяет передовую методику лечения гайморита на пациенте, которого предварительно не обследовал.
В развитых странах, эксперты определяют предмет исследования, разрабатывают грамотную методологию, и, в тесном контакте с объектом изучения, собирают первичную информацию, проводят наблюдения и анализ. И только основываясь на результатах, делают выводы, дают оценку и рекомендации. Ценность исследования зависит от возможности практического применения результатов исследования для решения локальных проблем. Эксперты могут поставить под сомнения свои выводы, результаты исследования и менять методологию, чтобы посмотреть на тот же предмет с другой позиции.
Насколько ответственно подошел эксперт к изучению налоговой и финансовой политики нашей страны, чтобы дать ей объективную оценку? Судя по поверхностным и голословным высказываниям, эксперт такую работу не проводил.
Эксперт пишет что «уникальность отечественной налоговой системы заключается в том, что она начисто игнорирует достижение теории и практики налогообложения». И он прав в том, что наши налоги не соответствуют западным стандартам налогообложения. Но, признает ли эксперт, что его подходы совершенно не соответствуют к грамотным стандартам прикладного исследования?. Любое исследование должно основываться на грамотной методологии, иначе его результаты ничем не отличаются от бытового домысла и предрассудка.
Аргумент № 5. Эксперт свято верит Лэфферу, не изучив эффекта применения его теории в других странах.
Теория Лэффера объясняет взаимосвязь налоговых ставок и их поступлений в бюджет. Экономика не является точной наукой, где причинно-следственная связь абсолютна. Экономика это поведение и отношение миллионов людей, которые, исходя из уровня своих доходов, обладают разными возможностями и взглядами, знаниями и способностями. На экономику влияют доходы населения, которые определяют уровень внутреннего спроса, инвестиций, мотивации людей, а значит и производительность общества. Так же на экономику влияет то, как общество воспринимает информацию. Рейтинги, отчеты, доклады, индикаторы, решения властей, учетные ставки, биржевые индексы – оказывают разное влияние на решения и поведение людей в разных странах.
В развитых странах реакция и привычки людей на подобные индикаторы сформировались и их изменения приводят к более предсказуемым последствиям. Например, повышение учетной ставки и биржевого индекса может увеличить инвестиции в депозиты и акции. А в слабых странах, такие меры не обязательно приводят к подобным действиям. Насколько эффективна теория Лэффера в наших условиях? Многие экономические теории сформировались и разрабатывались на базе развитых рынков. Эти теории показывают, как обстоят дела в условиях развитых экономик. Теория Лэффера тоже родилась в условиях развитой экономики.
Теперь представьте, что эта теория была разработана самим же Лэффером с применением той же методологии, но только в условиях Узбекистана. Можно ли выявить эту же закономерность в Узбекистане, и получила бы эта теория признания мирового научного сообщества? Прислушался бы Рейган, как и ранее, Лэфферу, чья теория родилась не в Америке, а в Узбекистане?
Хотя теория Лэффера дает свой эффект в некоторых странах, она, как и вся теория, ограничена и относительна, так как она верна в рамках определенных границ и условий. На практике события не всегда развиваются именно по сценарию, которые обозначил Лэффер. Изучить и познать теорию сегодня не проблема. Важно изучить то, как она работает на практике. Именно это очень актуально. Развитые страны для оценки эффекта от применения теорий разрабатывают различные модели, тратят огромные деньги, внедряют информационные технологии. Изучают целесообразность применения теорий с учетом рисков и возможностей, слабых и сильных сторон (SWOT). Например, офис Конгресса США по бюджету провел исследование, применяя различные расчетные модели. Их результат показал, что «снижение налогов от существовавшего на тот момент уровня не приведет к повышению налоговых сборов».
Аргумент № 6. Эксперт не отличает форму от содержания.
Процессы создают некие формы, которых можно заметить на уровне здравого смысла. Не все эти формы и закономерности поддаются научному измерению. Важно признавать объективную реальность и его закономерности. Развитые страны изучают эти закономерности и проводят свою политику в соответствии им. Они не плывут против течения, игнорируя объективную реальность и его закономерности. Поэтому они богатые. Мы даже не изучаем свои реалии.
Доход на душу населения (содержание) формирует качество (форму) общества — уровень образования и медицины, культуры и правовой системы и т.д. Рациональное распределение ресурсов сделало общества развитыми, что позволило им стать свободными и открытыми, что является формой. И это распределение обеспечивается по-разному – где то, в основном, рынком, а где то — государством. Займы, гранты и кредиты развитых стран – это форма. Это потенциал, который создается капиталом (содержание) в стремлении к росту за счет увеличения потребления слабыми странами товаров западного капитала. Мы видим американскую улыбку, но не видим его содержания — уровень быта, культуры общества, где эта улыбка формировалась. Не будь этого содержания, не было бы этой улыбки. Мы видим проявление западного гуманизма, но не видим его содержания – негуманные методы распределения ресурсов путем военных интервенций, эмбарго и санкции. Мы хотим гуманизма, прав и свобод, но, не видим условия, при которых они могут родиться, вырасти и существовать. Мы восхищаемся правами и свободой развитых стран, но не видим, что права и свободы, как и ресурсы, ограничены. Глобализация – это форма, содержанием которой является беспрепятственное удовлетворение интересов капитала. Мы хотим права, но не хотим исполнять собственных обязательств. Мы видим теорию (форма), а ее практическую действительность (содержание) – нет. Примерно так.
Эксперт абсолютно не отличает форму от содержания, когда пишет про налоги. Читая его статью, создается впечатление, что Бог создал налоги исключительно для исполнения заветов Адама Смита. Во всем мире, за финансовыми цифрами и элементами налогов (форма) кроется суть финансовой политики (содержание) – направление ресурсов для достижения приоритетных задач страны. И эффективное разделение труда хоть и является важным, но не является приоритетным. Есть мнение, что добиваясь снижения цен базового ресурса путем адресного инвестирования, многие страны, даже при самых высоких налогах, способны поддерживать конкурентоспособность своего товара на мировом рынке. Глобализация позволяет сильным странам приобретать дешевое сырье и переложить налоговую нагрузку на другие страны. Роль налогов в обеспечении конкурентоспособности важная, но не определяющая.
Анализируя наши налоги, эксперт приводит в пример Японию и США, где налогообложение отличается от нашего отсутствием НДС и налога на выручку, которую эксперт призывает отменить. Но почему налог на выручку и НДС отсутствуют в этих странах? Может этим странам выгодно отменить эти налоги и брать долги, выпуская облигации? Может, поэтому эти страны являются мировыми лидерами – должниками…?. Как стимулятор экспорта, НДС, возможно, не актуален странам, которые являются мировыми лидерами не только по объему экономики, но и по уровню экспорта. Так же, НДС не актуален как инструмент распределения ресурсов, так как различные финансовые рейтинги и биржевые индексы этих стран способны распределять ресурсы намного эффективней, чем НДС. Все это только мои предположения.
Но главный вопрос совершенно в другом: как может эксперт предлагать отменить налог на выручку, не изучив обстоятельств, которые предопределили целесообразность и возможность его отмены в Японии и США?. Неужели они отменили эти налоги только, чтобы отдать дань уважения Адаму Смиту — стимулировать общественное разделения труда? Изучая опыт развитых стран нам крайне важно понимать и принимать их содержание, а не форму.
Аргумент № 7. Эксперт игнорирует практику, но идеализирует теорию Адама Смита.
Экономическая наука старается измерить и объяснить взаимосвязь явлений в виде теорий, которая крайне важна. Теория – это форма, то есть представление о реальности (содержание). Но, теория это не реальность, потому что ее изучает, анализирует и пишет человек. Более того, теория не может быть точным отражением практической действительности, так как последняя меняется постоянно. Теория сама по себе не меняет реальность и не приводит ее к успеху. Теория помогает развивать научную методологию, посредством, которого человек старается познать действительность более объективно и принимать решения. Теория это инструмент, которую, как и пистолет можно использовать для достижения разных целей. Важно знать конкретные цели преследует человек при применении теории. Экономическая теория, разработанная сотни лет назад, не способна объективно отражать поведение современного мира.
Несмотря на это, эксперт идеализирует теорию «свободного рынка», которую западное научное сообщество обзывает как «идеализированная абстракция». Свободного рынка на практике не существует вообще. Важно понять, что эта теория не причина или следствие экономического развития. Эта теория — инструмент политической борьбы оппозиции против действующей власти, которая применила жестокий протекционизм – Навигационный акт.
Сторонники свободного рынка представляют жизнь как строгий автоматизированный процесс, где причинно-следственная связь абсолютна и поведение многомиллионного народа с разными мозгами и сердцами строго подчиняется неким алгоритмам, которые прописаны в книгах по экономической теории. Некоторые считают, что если внедрить теорию свободного рынка, то развитие, как принц на белом коне, само догонит и достанет, доделает и не отстанет. Разве такое случилось со странами Африки и латинской Америки, которые поверили в теорию свободного рынка?
Эксперт прав, что при свободной торговле наша страна будет активно участвовать в международном разделении труда. Но, какой труд нам достанется при данном уровне нашей экономики и конкуренции на мировом рынке? Важно понять, что нужно стать развитым, чтобы позволить себе быть свободными! Современная свобода это роскошь и следствие экономического развития. Эксперт не отличает эти базовые понятия. Сегодня даже самые развитые страны расторгают торговые и другие соглашения, если они не отвечают их собственным интересам (выход Британии из ЕС, США из Соглашения).
История показывает, что при свободной торговле слабым странам, в основном, достался труд поставщика дешевого сырья и потребителя товаров развитых рынков. А сильным странам, которые обладают значительным превосходством в экономике и технологиях – труд переработчика сырья, создателя высокой добавленной стоимости, поставщика готовой продукции и технологий. Если для сильных стран свободные интеграционные процессы — это возможность расширить свое экономическое влияния, то для слабых однозначно нет. Чтобы расширить влияние, слабые страны, в первую очередь, должны этим влиянием обладать. Экономическое развитие и влияние не падают как снег на голову. В стремлении обладать влиянием, слабые страны стараются соответствовать заветам Адама Смита. Что равносильно стремлению стать успешным программистом, стараясь соответствовать критериям легендарного тракториста.
Многие развитые страны добились успеха, потому что всегда стремились поставить на мировой рынок товары и услуги, которые пользовались высоким спросом. Для этого, они добивались свободного доступа к рынкам стран, которые могли поставить им сырье. И обеспечивали сводный доступ своей готовой продукции к рынкам других стран. Государства инвестировали в базовое сырье, чтобы снизить их цены и стать конкурентоспособными. Эта сильная и грамотная политика позволяла создавать высокую добавленную стоимость в развитых странах. Условия торговли диктовали сильные страны, которые проводили политику протекционизма, колониализма и ограничения прав слабых стран (апартеид и др.).
Безусловно, есть страны, которые оказавшись на пути мощных финансовых, товарно-сырьевых и других потоках (особенно в период сильного роста мировой экономики в 50-90 е годы) стали индустриально развитыми, благодаря открытой экономике и, безусловно, грамотных реформ. Но, суть распределения ресурсов и сегодня совершенно не изменилась. Сильные страны экспортируют принципы свободной торговли, но сами применяют санкции, эмбарго, военные интервенции и т.д. к другим слабым странам. Это и есть принуждение других стран и протекционизм собственных интересов. Колонизацию сменила глобализация, которая обеспечивает доступ сильных стран к ресурсам слабых относительно непринужденно, приводя к увлечению разрыва между сильными и слабыми странами. Эксперт эту реальность не признает.
Капитал смог объединить банковский и промышленный ресурсы. Подчинение информационного и политического ресурсов интересам капитала, кажется вполне закономерным и неизбежным. Сегодня немало людей, чьи состояния превосходят ВВП отдельно взятых стран. А значит именно политики, с дубинками в руках в виде военных альянсов, а не невидимая рука Смита, распределяли и будут распределять ресурсы в интересах капитала. Там где меньше капитала, там и меньше интереса и возможностей распределять ресурсы в свою пользу.
Аргумент № 8. Методика Эксперта, которая определяет влияние налогов на эффективное разделение труда (ЭРТ) не вызывает доверия.
Насколько правильно эксперт подходит к изучению влияния ЕНП (налог на выручку) на эффективное разделение труда (ЭРТ)? Эксперт применил следующую методику: он определил сумму налога на выручку отдельно для всех предприятий, кооперирующих в последовательном порядке и для одного предприятия, внутри которого могли бы происходить все процессы переработки. Чем выше разница в этих налогах, тем больше налог дестимулирует ЭРТ, решил эксперт. И если, по словам эксперта, другие развитые страны не имеют налога на выручку, то, как эти страны, определяют влияние налогов на ЭРТ? Насколько эта методика заслуживает доверия и какая еще стране ее применяет?
Оппонент пишет: «По-вашему, разрыв налоговой нагрузки в 2,5 раза — это ерунда?». Мой ответ: я не знаю. Считаю, что перед тем как делать вывод, нужно сравнить этот показатель с другими странами, которые добились ЭРТ. Расчет разницы в налоговой нагрузке в моей статье был сделан, чтобы показать, как на практике налоги отличаются от тех, которые описывает мой эксперт.
Также, нужно дать четкое определение понятию «эффективное разделение труда» и определить его параметры и критерии. Потом, надо определить страны, которые обладают параметрами, которые присущи для ЭРТ. Третье, нужно изучить налоги и налоговую нагрузку этих стран. Если среди этих стран имеются те, которые обладают налоговыми нагрузками выше, чем у нас, то важно понять, как при высоких налогах они добились эффективного разделения труда. Например, согласно источникам, в развитых странах как Япония, США, Франция, Италия, Испания, Австралия, Венгрия, Швеция, Германия, Австрия налоговая нагрузка выше, чем в нашей стране. Если такие высокие налоги позволили этим странам добиться ЭРТ, то почему именно наши налоги убивают общественного разделения труда?
Аргумент № 9. Эксперт раскидывается неуместными громкими заявлениями.
Обратите внимание, какие заявления делает мой оппонент:
«Все налоговые системы, кроме нашей», «В нашей стране, к сожалению, сложилась уникальная модель налогообложения, которая на корню убивает…», «Нигде в мире такого нет», «уникальность отечественной налоговой системы заключается в том, что она начисто игнорирует данное достижение теории и практики налогообложения», «налог – убийца общественного разделения труда», «За что в данном случае наказали предприятия?», «абсурдно», «Парадокс», «Зачем такая система нужна?», «что это за налоговая система, при которой большинство предприятий просто физически не могут существовать», «в общеустановленной они просто не выживут», «за это наша налоговая система их наказывает», «что предприятие увеличило число занятых …. налоги возросли в 3—5 раз.», «Налоговая система Узбекистана создает парадоксальную ситуацию», «Это абсолютный нонсенс».
Что это? Откуда такая абсолютная уверенность? Разве можно встретить такую оценку в статьях других авторитетных экспертов? Какой уважающий себя эксперт позволит себе такую крайнюю оценку, которая претендует на абсолютную правду? Ведь, чтобы делать такие заявления нужно как минимум все налоги мира изучить, проанализировать и оценить. Это невозможно сделать ни технически, ни материально, ни методологически. Нужно обладать достоверными данными, чтобы оценить насколько предмет по своим критериям соответствует таким оценкам как абсурд, парадокс и нонсенс.
Важными качествам грамотного исследователя считаются способность ставить под сомнение свои убеждения, проверять и перепроверять данные, измерять их несколько раз, подбирать адекватные слова. Насколько эти высказывания эксперта правда? Я не встречал такие крайние и громкие высказывания, даже по отношению к нашим самым громким проблемам. Возможно, они есть, но я их не встречал.
Делать подобного рода заявление ничего не стоит. Но, раз предмет заслуживает такой громкой пощечины, она также заслуживает быть тщательно и объективно изученной. Имея полное право делать такие высказывания, нужно иметь и моральное обязательство и ответственность, и самое главное знания и порядочность, чтобы беспристрастно изучить и оценить предмет. Безусловно, такой подход моего оппонента интригует и придает красок к статье, побуждая у читателя интерес и кайф от битья недруга. И если целью моего оппонента было именно это, то я его понимаю и прошу у него прощения.
Аваз КАМАЛОВ
Заключение следует
