Сегодня прекратил своё действие договор СНВ-3, мир остался без контроля над ядерным оружием. Китайская газета SCMP считает, конец договора СНВ-3 развяжет ядерную гонку между США, Россией и Китаем.
Конец договора СНВ-3 раскрутит опасную спираль и развяжет трехстороннюю ядерную гонку, в которую неизбежно будет втянут и Китай, пишет SCMP. Эта гонка будет нести в себе мощный дестабилизирующий заряд, особенно если пойдет без каких-либо проверок и ограничений.
Китайский МИД во вторник сделал заявление с настоятельным призывом к США дать «позитивный ответ» на российское предложение о сохранении лимитов на развернутые ядерные боезаряды. В четверг истекает ключевое соглашение Вашингтона и Москвы по ограничению ядерных арсеналов.
Вместе с тем Пекин в очередной раз отверг возможность собственного участия в трехсторонних переговорах по ядерному разоружению, куда его настойчиво приглашает президент Дональд Трамп. В качестве причины отказа китайская сторона вновь указала на колоссальное неравенство в размерах арсеналов.
Мир вот-вот столкнется с беспрецедентной за многие десятилетия ситуацией: между двумя ядерными сверхдержавами, контролирующими 90% мирового арсенала, не будет действующего договора об ограничении развертывания такого оружия. Прекращение действия Договора СНВ-3 станет тяжелейшим ударом по системе контроля над вооружениями, создававшейся США и Россией на протяжении более полувека. Эксперты бьют тревогу: конец договора способен запустить опасную спираль и развязать трехстороннюю ядерную гонку, в которую неизбежно будет втянут и Китай.
Во вторник официальный представитель МИД КНР Линь Цзянь (Lin Jian) заявил: «Китай принял к сведению конструктивные предложения России по будущему договора СНВ-3 и надеется на позитивный ответ со стороны США — это необходимо для подлинного обеспечения глобальной стратегической стабильности. Что касается трехсторонних переговоров по ядерным вооружениям между Китаем, США и Россией, то позиция Пекина однозначна: ядерные арсеналы Китая и США несопоставимы по масштабу, и привлекать Китай к переговорам о разоружении на нынешнем этапе несправедливо и неразумно».
Договор СНВ-3, подписанный в 2010 году, устанавливает для США и России потолок в 1550 развернутых стратегических ядерных боеголовок. Также он ограничивает число стратегических носителей (развернутых и неразвернутых) 800 единицами, а количество развернутых межконтинентальных баллистических ракет (МБР), ракет подводных лодок (БРПЛ) и тяжелых бомбардировщиков — 700 единицами.
Важной особенностью договора является его развитый механизм проверок и открытости. За период с 2010-го по 2023 год, когда инспекции были заморожены, стороны провели 328 проверок на местах, обменялись 25 449 уведомлениями, а также провели десятки двусторонних консультаций и обменов данными.
Еще в прошлом месяце Трамп дал сигнал, что допустит истечения срока договора. Формального ответа на сентябрьское предложение Путина о неформальном годичном продлении ограничений от него так и не последовало. «Истечет — значит истечет, — сказал он в интервью The New York Times. — Мы просто заключим более выгодную сделку».
В свою очередь, российский переговорщик по контролю над вооружениями, замминистра иностранных дел Сергей Рябков, заявил, что Москва готова жить в мире, где такие ограничения отсутствуют. «Все, что нужно, мы сделали раньше, своевременно, заблаговременно, у них было много времени, для того чтобы все это осмыслить. Отсутствие ответа – это тоже ответ», — передает его слова агентство ТАСС.
В тот же день Рябков, находясь с визитом в Пекине, провел встречу с помощником министра иностранных дел КНР Лю Бином (Liu Bin). По данным китайского МИД, стороны подтвердили стремление поддерживать авторитет и действенность международных режимов контроля над вооружениями и заявили о намерении вносить вклад в глобальную стратегическую стабильность.
Согласно своим положениям, договор СНВ-3 продлению не подлежит. В 2021 году его уже однажды продлили на 5 лет по договоренности между Путиным и тогдашним президентом США Джо Байденом.
Как полагает Чжао Тун (Zhao Tong), старший сотрудник Фонда Карнеги*, истечение срока действия договора СНВ-3 представляется почти неизбежным, если только США не предпримут резкого поворота в последнюю секунду.
Эксперт объясняет это тем, что Вашингтон в настоящее время ощущает острую необходимость сохранить за собой возможность наращивания арсенала развернутых боеголовок. Главным стимулом для этого являются опасения, вызванные китайской ядерной программой. Россия же, по контрасту, отходит на второй план в американских оценках угроз, отчасти из-за ограниченных ресурсов Москвы для масштабного расширения своего арсенала.
Согласно июньскому докладу SIPRI, Китай уже сейчас имеет на вооружении не менее 600 ядерных боезарядов. При этом его арсенал «растет самыми быстрыми темпами в мире» — с 2023 года он увеличивается примерно на 100 единиц ежегодно. Намерение Китая и дальше наращивать и модернизировать ядерный потенциал для сокращения отставания от США и России нашло отражение в проекте 15-го пятилетнего плана (2026-2030 гг.), где закреплена задача укрепления «стратегического сдерживания». Окончательные детали станут известны после утверждения плана в марте.
Цифры SIPRI рисуют следующую картину: в арсенале США — порядка 3700 ядерных боеголовок (1770 на боевом дежурстве, 1930 в резерве), у России — примерно 4309 (1718 развернуты, 2591 на хранении).
Чжао Тун прогнозирует, что после краха СНВ-3 Вашингтон без особых препятствий сможет наращивать число боеголовок на своих ракетах. Москва же, как полагает эксперт, сконцентрируется на создании нетрадиционных систем доставки — таких как крылатые ракеты и торпеды с ядерными двигателями. Эти вооружения несут уникальные угрозы, в том числе для окружающей среды. По мнению Чжао, именно китайская непрозрачность в ядерной сфере заставляет США принимать контрмеры, которые Пекин сам затем рассматривает как эскалацию угроз.
В свою очередь, Малькольм Дэвис (Malcolm Davis) из Австралийского института стратегической политики предупреждает, что новая фаза российско-американского ядерного соперничества может спровоцировать Китай на ускоренное и масштабное наращивание своих сил, что запустит ответную реакцию Москвы и Вашингтона. Как он заявил во вторник в публикации на сайте ASPI, трехсторонняя гонка будет нести в себе мощный дестабилизирующий заряд, особенно если пойдет без каких-либо договорных проверок и ограничений.
Отставной старший полковник НОАК Чжоу Бо (Zhou Bo) назвал вероятное истечение договора «прискорбным». «В конечном счете, если соглашение будет похоронено — да еще в эпоху глобальных потрясений, — это неминуемо усугубит неопределенность, тревожность и нестабильность в мире, — подчеркнул эксперт. — Сомневаться в этом не приходится».
Система контроля над стратегическими вооружениями США и России эволюционировала от договоров ОСВ 1970-х к первым договорам СНВ 1990-х, и договор СНВ-3 служил ее заключительной, краеугольной опорой.
Однако большинство других режимов контроля над вооружениями времен холодной войны за последние 30 лет развалились. Договор по ПРО 1972 года был аннулирован после выхода США в 2002-м. Договор о РСМД распался после американского демарша 2019 года и последовавшего ухода России в прошлом году. «Вместо движения к снижению угроз мы становимся свидетелями роста рисков ядерного распространения», — заключил Чжоу.
По мнению Чжоу Бо, угрозу стратегической стабильности представляет и анонсированная Трампом система ПРО «Золотой купол» (заявленная цель — перехват баллистических, гиперзвуковых и крылатых ракет), и его намерение возобновить ядерные испытания, замороженные США с 1992 года. «Влияния на Китай здесь нет, — подчеркнул Чжоу. — Мы никогда не были частью этого двустороннего договора. Китай будет последовательно реализовывать собственную политику в области развития ядерных сил».
