Новости Узбекистана

Лучше проинформировать, чем объяснять, лучше объяснить, чем оправдываться.

Ўзбекча Ўзбекча

Светлый сайт   

→ Несколько вопросов к проекту Закона «О Центральном банке Республики Узбекистан»

Несколько вопросов к проекту Закона «О Центральном банке Республики Узбекистан»

На сайте https://regulation.gov.uz/ru/documents/2576 опубликован проект Закона Республики Узбекистан «О Центральном банке Республики Узбекистан» в новой редакции.

Несколько вопросов к проекту Закона «О Центральном банке Республики Узбекистан»


Принципиально важно и правильно то, что в проекте закона четко разделяются цели, задачи и функции Центрального Банка Республики Узбекистан. Кроме того, предусматривается введение ответственности Центрального Банка Республики Узбекистан за стабильности цен; и за политику «по предотвращению, выявлению и управлению конфликтами интересов и меры по предупреждению коррупции».

Более детально расписаны некоторые моменты осуществление повседневной деятельности Центрального Банка Республики Узбекистан, что ранее было тайной за семью печатями.

Однако, казалось бы один из самых животрепещущих и основополагающих законов, регулирующих нашу жизнь во всех ее проявлениях, начиная от уровня цен, инфляции и кончая макроэкономической стабилизацией на перспективу 10-25-50 лет. Опубликован Проект 6 июня и планируется завершить его обсуждение уже через 5 дней – 21 июня 2018 года. К чему такая спешка?

Почему такой серьезный документ не обсуждается активно всеми теми, кто является экономическим экспертом или считает себя таковым? По состоянию на 16:00 часов 16 июня всего 2 комментария и 2 свои редакции.

Между тем, в части определения статуса Центрального банка и, особенно, в регулировании его деятельности у нас полный правовой коллапс, закрепленный, как ни странно звучит, Конституцией.

Как и действующий Закон о Центральном банке, также как и новая редакция гласит: «Правовой статус, задачи, функции, полномочия, принципы организации и деятельности Центрального банка определяются Конституцией Республики Узбекистан…».

Однако, Конституция Республики Узбекистан всего в трех статьях упоминает Центральный Банк. В статье 80 об исключительной компетенции Сената Олий Мажлиса Республики Узбекистан «назначать и освобождать от должности Председателя правления Центрального Банка Республики Узбекистан», в Статье 93 о полномочиях Президента Республики Узбекистан (13) «представлять Сенату Олий Мажлиса Республики Узбекистан кандидатуры председателя правления Центрального Банка Республики Узбекистан», и, наконец, в ст. 124, где утверждается, что «банковскую систему Республики Узбекистан возглавляет Центральный Банк Республики Узбекистан».
Хотя в самом законе о Центральный Банке Республики Узбекистан предусмотрено напрямую, что Центральный Банк Республики Узбекистан подотчетен Сенату Олий Мажлиса Республики Узбекистан, в самой Конституции этой нормы нет.

В Законе используется такая аморфная формулировка: «Центральный банк подотчетен Сенату Олий Мажлиса Республики Узбекистан. Сенат Олий Мажлиса… рассматривает годовой отчет, а также заключение аудитора» (ст.5). Кем назначается этот аудитор, на основе каких критериев он выбирается, какие задачи перед ним (аудитором) ставится, кто изучает и представляет заключение в Сенат Олий Мажлиса по итогам рассмотрения отчета аудитора? Об этом вы нигде не найдете законодательного акта.

Нам представляется маловероятным, что за несколько часов заседания, без предварительного анализа и изучения вопроса в подкомитетах с участием независимых экспертов и в том числе, специалистов Министерства экономики, Министерства финансов, разобраться в эффективности деятельности Центрального Банка Республики Узбекистан, о правомерности выводов аудитора, возможно.
Мы говорим о балансе сил и противопоставлении интересов. Только так, на основе балансе сил и интересов, в обществе можно добиться плавного движения вперед, без существенного ущерба интересам разных представителей народа.

Почему по всем органам государственной власти мы имеем более-менее представление о том, кому и в каком порядке они подчиняются, какие отчеты представляют, кто является так сказать их оппонентом в осуществлении надзора за деятельностью, а вот по Центральный Банку – ничего, кроме порядка назначения руководителя. К чему привела такая самостоятельность, мы уже видели на протяжении 25 лет нашей истории.

У меня невольно аналогии с Федеральным Резервом Соединенных Штатов Америки: «Federal reserve, the Central bank of the United States provides the nation with a safe, flexible, and stable monetary and financial system» (перевод: Федеральный Резерв, центральный банк Соединённых Штатов обеспечивает/представляет народ/у надежную, гибкую и стабильную монетарную, финансовую систему». И все! Нигде вы не найдете как, каким образом… Только то, как избираются члены его Правления и Председатель.

Мы до сих пор не знаем, почему за скачкообразное понижение курса узбекского сума, рост цен и темпов инфляции мы не призываем к ответственности председателя Центрального Банка Республики Узбекистан, членов его правления, хотя по существующему закону они за это должны нести прямую ответственность? Потому что все мы знаем, на практике Центральный Банк такие глобальные решения не в состоянии был принимать самостоятельно до недавнего прошлого.

Не думайте, что я сейчас призываю к ответственности. Здесь речь идет о принципиально гипотетической ответственности Центрального Банка Республики Узбекистан за функции, выполнение которых ему прописано Законом.

Чтобы было понятнее, давайте обратимся к Годовому Отчету Центрального Банка Республики Узбекистан Республики Узбекистан за 2017 год, опубликованному на официальном сайте Банка. Отмечу, что само опубликование этого отчета для меня очень большая радость, особенно, его содержание, поскольку, действительно впервые Центральный Банк так подробно делится с нами аналитическими данными, показателями индикаторов макроэкономи¬ческих показателей страны. Огромная благодарность Председателю Правления Центрального Банка Республики Узбекис-тан – Нормуродову Мамаризо Бердимуродовичу.

Действительно, в течение 2017 года Центральным банком и Правительством страны была осуществлена масштабная работа по подготовке к и осуществлению либерализации валютной политики:

• были усилены требования к ликвидности и уровню капитализации банков;
• был внедрен механизм определения обменного курса национальной валюты на основе спроса и предложения на иностранную валюту в экономике;
• была повышена ставка рефинансирования Центрального банка с 9 до 14 процентов;
• начата работа по постепенному переходу к режиму инфляционного таргети-рования в среднесрочной перспективе.

В результате предпринятых Центральным банком в 2017 году мер «обеспечено резкое снижение внебанковского оборота наличности и достигнуты положитель¬ные результаты в части удовлетворения потребностей населения и хозяйствующих субъектов в наличных денежных средствах».

Полагаю, что все мы видим и ценим тот положительный эффект, который имели все эти предпринятые меры.

Однако, по прошествии 10 месяцев, мы видим некоторые тревожные симптомы, что требует некоторой корректировки политики Центрального Банка Республики Узбекистан Республики Узбекистан.

Что, в частности, тревожит:

Первое: коммерческие банки из-за возникшего дефицита сумовых средств, не в состоянии кредитовать народное хозяйство даже в прежних объемах. Так, капитал коммерческих банков в течение 2017 года вырос в 2,3 раза, и на 1 января 2018 года составил 20,7 трлн. сумов, прирост составил 11,7 трлн.сумов (здесь и далее мы используем исключительно данные Годового отчета и его и цитируем). Однако, обязательства коммерческих банков выросли на 50 трлн.сумов (стали больше) только за счет девальвации национальной валюты, поскольку в нацвалюте номинально стоимость депозитов вырос при тех же условиях обслуживания.

Второе, даже имеющиеся скудные ресурсы государственных банков используются крайне неэффективно. Так, направленные правительством на увеличение уставных капиталов банков с участием государствен¬ной доли средства в размере 670 млн. долл. США (а это почти 5,3 трлн.сумов по сегодняшнему курсу), были направлены на кредитование домохозяйств, без тщательного изучения их кредитоспособности и платежеспособ¬ности, солидности и реалистичности и бизнес планов. По оценкам экспертов, почти 2 трлн.сумов из этих средств уже никогда не вернутся в банки и останутся как плохие кредиты на балансе (с последующим созданием резервов и списанием).

Третье: основным кредитором коммерческих банков остается все еще государство, а не клиенты банков. «В совокупном объеме обязательств коммерческих банков доля внутренних обязательств составляет 82 процента, из них 31,7 процента – средства Фонда реконструкции и развития Узбекистана, и 18 процентов – средства зарубежных банков и кредитные линии международных финансовых институтов.»

Четвертое: Клиенты коммерческих банков, получившие кредиты в иностранной валюте теперь должны уплачивать обратно этот кредит с приростом на 64%. Именно это значение (или 52,8 трлн. сумов) равно доле (влиянию) девальвации национальной валюты в общей сумме прироста совокупных активов банков. Насколько новые условия возврата кредитов устраивает этих клиентов можно легко догадаться. Скорее всего, весь это прирост активов обернется этим банкам невозвратом кредитов, с последующим созданием резервов и ухудшением качества баланса. Не зря, только за 1 год общий объем резервов под все виды кредитов к кбх вырос в 4 раза!

Пятое: Средневзвешенная доходность активов коммерческих банков, не растет пропорционально росту темпов расходов и чистая маржа существенно снижается, поскольку при росте расходов по обслуживанию обязательств, доходы по активам остаются практически на том уровне. Сегодня самым доходоприносящим активом банков являются кредиты физическим лицам (23-24% годовых) и юридическим лицам (20-21% годовых). Однако, эти значения при высоких ставках заимствования средств в сумах, не являются достаточными с одной стороны, и непривлека-тельными заемщикам - с другой.

Шестое: с июня месяца ЦБУ требует формирование резервов в той валюте, в которой пассивы образованы. Это ещё больше усугубляет ситуацию с сумовой ликвидностью, поскольку раньше можно было доллары/сум депозит делать для резервных требований, т.е. малодоходные доллары держать в ЦБ, чтобы не отвлекать высокодоходные сумы. Сумовых средств и так дефицит. И это все в ситуации, когда 14,5% банки платят за заём средств у ЦБУ сумов на 3 месяца. А теперь ещё и цена резерва к этому добавится.

Таким образом:

a) в данное время обязательства коммерческих банков в иностранной и местной валютах составляют примерный паритет в абсолютных значениях. Однако банки будут вынуждены акцентировать внимание на обязательствах в иностранной валюте, пытаясь реструктурировать пассивы в местной валюте более активнее, пытаясь оттянуть сроки погашения, снизить ставки;
b) затраты на обслуживание обязательства в иностранной валюте практически в 3 раза возросли в сумовом выражении, хотя условия обслуживания остались те же. Из общего роста объемов депозитов в иностранной валюте 80,5 процента (15,1 трлн. сумов) обусловлены снижением обменного курса национальной валюты, а оставшиеся 3,7 трлн. сумов являются реальным приростом депозитов в иностранной валюте (прирост на 15 процентов с 3,1 до 3,6 млрд. долл. США).
c) появилась опасная иллюзия, что занимать в иностранной валюте выгоднее из-за разницы в цене заимствования примерно в 2 раза, что делает возможным переток сумовых средств в валютные. Банки уже пытаются стимулировать своих клиентов брать кредиты в иностранной валюте, что само по себе опасно в условиях отсутствия точных прогнозов стабильности обменного курса.

Все это показывает тот очевидный факт, что в стремлении обуздать инфляцию (по итогам первого квартала рост ИПЦ составил 20%) Центральный Банк вынужден принимать все меры для сокращения денежной массы, однако обратная сторона этого – снижение ликвидности банков и стагнация экономики, снижение инвестиционной активности хозяйствующих субъектов, падение платежеспособного спроса.

Где выход? Для нас, очевидно, что как бы не старался Центральный Банк снижать обменный курс, это не приведет к снижению цен и росту спроса. Поскольку накопленные затраты от увеличения сроков реализации продукции сводят на нет эффект от понижения курса доллар, положительной курсовой разницы. Более правильным и действенным было решение о постепенном снижении ставки рефинансирования. Из двух зол в данном случае, меньшее, - именно это.

Какова связь между всем этим анализом и проектом Закона о Центральном Банке? Прямая. Поскольку Центральный Банк Республики Узбекистан стал жертвой собственной автономности в принятии тяжелых решений макроэкономической политики. В нашем государстве есть 3 института, которые должны совместно вырабатывать маскроэкономическую политику: Министерство Макроэкономики, Министерство финансов и Центральный Банк. Насколько между ними есть скоординированность действий, - мы убедились на примере анализа, приведенного выше. Скорее это напоминает басню Крылова.

Если каждый государственный институт не будет стараться формировать среду широкого обсуждения принимаемых решений между специалистами смежных институтов, если не будет сформирована конкурентная среда мнений и обсуждений, то опасность принятия непродуманных, односторонних решений возрастает многократно.

И последнее, возвращаясь к проекту Закона о Центральный Банке. В статье 15 проекта сказано, что «Прибыль Центрального банка распределяется в порядке, установленном Правлением, одновременно с утверждением годового отчета…

Остаток прибыли после пополнения в установленном порядке резервов и фондов целевого назначения направляется в доход республиканского бюджета.» Кто может определить и дать оценку правильности формирования/расчета прибыли Центральный Банка, если все институты, которые в состоянии это сделать, отключены от этого процесса вовсе. Ведь в следующей статье 18 опять предусматривается, что «Аудит Центрального банка производится ежегодно независимыми аудиторскими организациями».

Кто их отбирает/назначает по каким критериям, какие задачи перед ними ставит? Вот в этом и весь вопрос. Таким органом должно быть Министерство финансов Республики Узбекистан. Единство и борьба противоположностей, бОльшая вовлеченность Министерства финансов в работу Центрального Банка обеспечит более компетентный анализ состояния экономики, боле конкурентный анализ и порядок принятия решений.

Я знаю, какие аргументы будет сейчас против этой мысли. Однако, условия всех государств разные и консолидация скудных экономических мыслей на этом этапе важнее «независимости» отдельных институтов, которые не в состоянии защитить себя от конъюнктуры.

Ал-Кадири.
Комментарии
Вопрос: Сколько пальцев у человека на одной руке? (ответ цифрами)
Топ статей за 5 дней

В Андижанской области мать до смерти забила палкой своего 5-летнего сына

От аэропорта до Tashkent City пустят надземную транспортную систему «Стрела»

Президенты Нурсултан Назарбаев, Владимир Путин и Шавкат Мирзиёев провели неформальную встречу в Казахстане

Президент Узбекистана подарил 3-комнатную квартиру юному шахматисту

Реклама на сайте
Похожие статьи