О проблемах, связанных с различными аспектами строительного бума в Самарканде, в том числе о сносе строений, нарушениях градостроительных норм, разрушении исторической среды в старогородской части, говорили и писали в течение всего года. Большинство проблем так и осталось не решенными, сотни семей лишены крова, до утверждения генерального плана города приостановлены строительные работы.
Почему случай с Шахрисабзом не стал уроком для чиновников?
В такой обстановке, в условиях, когда царит неразбериха в сфере строительства, 1 ноября городской хокимият принял решение «О разрешении сноса жилых и нежилых зданий и сооружений в связи с развитием туристского потенциала и концепции градостроительства города Самарканда». Согласно документу подлежат сносу сотни жилых и нежилых строений, расположенных в махаллях Тупхона, Саидризо Ализода, Гиёсиддин Жамшид, Мустакиллик, Хужа Юсуф, Намозгох, Хужа Ахрори Вали.
Данная весть была для всех, как гром среди ясного неба, так как никто не ожидал такого исхода, сотни семей в этих махаллях живут много десятилетий со своими соседями в мире и согласии. Такое решение властей при отсутствии генерального плана города вызвало не только недовольство жителей этих кварталов, но также стало причиной появления множества вопросов, так как некоторые махалли расположены в исторической части города.
Кому мешает одноэтажный Самарканд? Почему так называемые «благоустроительные работы» должны идти за счет уничтожения существующих жилых кварталов? Ведь историческая среда в старом городе формировалась веками. Каждая махалля здесь уникальна и имеет свою многовековую историю. Именно это и делает этот древний город привлекательным для туристов. Кому нужен «осовремененный», «благоустроенный», глянцевый, лишенный исторической среды, Самарканд? Ведь за последние полвека здесь под разными предлогами были уничтожены десятки махаллей. Может быть, это для какого-нибудь чиновника является вопросом репутации или кто-то считает, что это один из путей повышения рекламной привлекательности города?
Чиновники и их приспешники – архитекторы (это те, которые не имеют своего мнения, своего видения будущего города, во всем и беспрекословно соглашаются с представителем власти) — не понимают, что сами по себе памятники старины, стоящие в одиночке, без окружающих их характерных для этих местностей зданий, не представляют большой ценности. Непонятно, с чем связан процесс обезлюдивания исторической части города. Почему так поступают?
Урок Шахрисабза не научил наших чиновников и их «помощников» ничему. А жаль. Снос одноэтажных построек рядом с Куксараем в 2014 году очень негативно сказался на имидже не только этого древнего города, но и всей страны. Шахрисабз чуть не был исключен из Списка всемирного наследия ЮНЕСКО.
Специалист по сохранению архитектурного наследия из Германии Йенс Йордан в статье под характерным заголовком «Узбекистан теряет свое всемирное наследие», говоря о реакции ЮНЕСКО и ряда специалистов на уничтожение исторических кварталов Шахрисабза, делает следующее заключение: «Подобное развитие событий ставит под сомнение желание защищать и сохранять культурное наследие в Узбекистане». Он с сожалением отмечает, что в Самарканде «количество памятников жилой архитектуры продолжает уменьшаться».
Можно ли оправдать снос сотни традиционных одноэтажных строений и десятки исторических кварталов? Не прав ли Йенс Йордан, когда вопрошает: «Как можно верить, что совершенную в Шахрисабзе ошибку хотят признать, когда культурное наследие страны продолжает исчезать под бульдозером»?
А известный искусствовед Борис Чухович, характеризуя нынешнее состояние ансамбля Регистан, вокруг которого создано огромное открытое пространство, отмечает, что «в 19-м веке медресе поражали воображение огромными кирпичными массами, возвышавшимися над одноэтажными улочками и махаллями».
А что думают жители махаллей? Насколько законно требование властей?
Что думают жители махалли, которым объявили о сносе их жилья? Чтобы найти ответ на этот вопрос, корреспондент отправился в один из старых и многолюдных кварталов – в махаллю Хужа Ахрори Вали. По словам 80-летнего Олима Амонова, почти каждый день люди собираются и обсуждают вопрос о будущем своей махалли. «Здесь жили наши отцы, деды. Сколько времени и сил тратили, чтобы обустроить не только свои дома, но и территории махалли. Только в этом году не мене 20 моих соседей провели ремонт или реконструкцию в своем доме. Еще три недели назад никто не мог предположить, что постигнет нас такая участь», – сказал О. Амонов. Как оказалось, сносу подлежат всего более 70 домов, в которых живут по две-три семьи. Согласно списку, составленному на днях, в каждом доме проживает от шести до десяти человек.
Собкору удалось побеседовать и узнать мнение других жителей махалли. Это Флора Ибадуллаева, Гулсара Мухамаджанова, Амрилло Мирзаев и другие. По их словам, 3 ноября пришли в махаллю человек 15 и велели жителям собраться. Как оказалось, это были представители городского хокимията, горархитектуры и других организаций. А возглавлял их первый заместитель хокима. Как говорят очевидцы, люди были в шоке. Особенно когда потребовали освободить их жилища до 15 ноября. Собеседники не смогли скрыть свою тревогу и свое возмущение: «В преддверии зимы нас хотят оставить без крова. Нам дали менее двух недель срока для сноса жилья и переезда в другое место. Нас известили о том, что возместят нанесенный ущерб только деньгами, ни жилья, ни земельного участка в пределах города нам не обещали».
Такое отношение чиновников вызвало недовольство людей и они решили обратиться к хокиму области. В махаллю явились сами руководители области и города Эркинжон Турдимов и Фуркат Рахимов. Они заверили, что до 1 апреля никто их тревожить не будет. Но потом надо будет выполнять решение о сносе строений и освободить площадь под новые постройки.
Жители, недовольные подобным ходом событий, обращаются в разные инстанции, вплоть до портала главы нашего государства. В заявлениях отмечается, что в требовании местных властей о сносе целого квартала есть немало нарушений существующего законодательства. Вот некоторые из них.
Постановлением Кабинета Министров №97 от 29 мая 2006 года утверждено Положение «О порядке возмещения убытков гражданам и юридическим лицам в связи с изъятием земельных участков для государственных и общественных нужд». Согласно документу, хокимияты обязаны уведомить собственников жилых строений о принятом решении письменно под роспись не позднее, чем за шесть месяцев до начала сноса, с приложением к уведомлению копий соответствующего решения хокима области об изъятии земельного участка, сносе жилых, производственных и иных строений, расположенных на земельном участке.
А в Указе Президента «О мерах по кардинальному улучшению инвестиционного климата в Республике Узбекистан» от 1 августа 2018 года отмечается, что «принятие решений об изъятии земельных участков для государственных и общественных нужд допускается исключительно после проведения открытого обсуждения с заинтересованными лицами, земельные участки которых планируется изымать, а также оценки выгод и издержек».
В третьем пункте Указа определены конкретные случаи изъятия земельных участков для государственных и общественных нужд и названы эти случаи «исключительными». Как заметили авторы письма Президенту, среди них нет понятия «в связи с развитием туристского потенциала».
Можно с уверенностью сказать, что в хокимияте города до последнего момента не знали о предстоящем сносе строений в этой махалле. Пришел к такому выводу после того, как услышал рассказ А. Мирзаева. Оказывается его дом после прошлогодней зимы пришел в негодность. Надо было полностью сносить строения и воздвигать все заново. Но умудренный опытом пенсионер не хотел рисковать. Он обратился в службу кадастра, горархитектуру и горхокимият с вопросом «не подлежит ли территория махалли, где он проживает, сносу?». Ему ответили, что такой опасности нет и он может начинать стройку.
«В течение всего лета и осени мы со своей семьей, привлекая мастеров, возвели новый дом. Оформил на него все документы, решение хокима о праве собственности получил 12 октября, всего за 18 дней до того, как было принято другое решение, уже о сносе моего дома. Как это понять, кому верить? Почему меня вовремя не остановили? Сносить такой дом для меня подобно тому, как задушить своего новорожденного ребенка своими руками», – сказал А. Мирзаев.
Собеседники обратили внимание еще на один не соответствующий действительности факт. В решении хокимията речь идет о сносе старых и неказистых (в оригинале – эски кўримсиз) жилых и нежилых строений. «А кто и где увидел подобные дома в нашей махалле?», – с удивлением спрашивают они. Действительно, пройдя по улицам, я увидел немало красивых и добротных домов, для возведения которых израсходовано сотни миллионов сумов.
В конце хотелось привести слова главы делегации Европейского союза в Узбекистане Эдуардса Стипрайса: «У узбекского народа есть прекрасная черта характера — желание все время что-то улучшать. Но иногда это входит в противоречие с тем, что может быть иногда не надо улучшать, то, что уже хорошо«. Может быть, стоит прислушиваться к этому совету.
И еще. Давайте подумаем над тем, почему колониальная Россия оставила одноэтажный Самарканд, построив фактически новый город для военных и гражданских лиц.
Т. РАХМАТУЛЛАЕВ,
собкор по Самаркандской области,
фото автора
