Предыстория назначения генерала Столетова командующим болгарского ополчения такова. В октябре 1876 года, известный знаток востока и доверенный деятель славянских благотворительных комитетов, отставной генерал-майор Ростислав Фадеев представил начальнику главного штаба графу Гейдену записку, озаглавленную “Болгарское дело в турецкой войне”. В ней Фадеев решительно высказывался за привлечение к военным действиям болгарских добровольцев. По его мнению, их следовало набрать не менее 15 тысяч и присоединить к ним пять тысяч отпускных русских солдат, а в качестве командиров привлечь всех служивших в России офицеров из болгар. Такое ополчение, по мнению автора записки, было бы достаточно для освобождения обширной страны между Дунаем и Балканами, а также балканских проходов. Русским войскам, в этом случае, отводилась задача блокирования турецких крепостей. С развитием успеха можно было бы увеличить численность болгарского войска вдвое и вчетверо. Таким образом, с освобождением Болгарии и созданием независимого государства, у него уже была бы своя профессиональная армия.
Записка генерала Фадеева была представлена военному министру Милютину и императору Александру II. Идея была одобрена и во главе ополчения решено было поставить генерал-майора Столетова, поскольку он имел хорошую репутацию в армии, знал восточные языки и был знаком с бытом мусульманских народов по своей предыдущей службе на Кавказе и в Туркестанском крае.
Весной 1877 года Николай Григорьевич прибывает в Кишинёв. К этому времени там собралось около семисот болгарских добровольцев, которые приветствовали своего командира криками “Ура! Да живей русский Царь и майка Руссия!”. Не теряя времени генерал приступил к формированию дружин, которые сразу получали оружие и обмундирование, заранее заготовленное Столетовым ещё в Москве. Началось обучение солдат, самому младшему из которых, Дмитрию Петрову, было всего 15 лет. Какое значение придавалось созданию болгарской армии видно из того, что сам император Александр II лично участвовал в нескольких смотрах ополчения и беседовал с некоторыми добровольцами.
12 апреля 1877 года Россия объявила войну Турции, Император Александр II находился в этот день в Кишинёве и после парада войск – где впервые промаршировали болгарские дружины Столетова — на торжественном молебне епископ Кишинёвский и Хотинский Павел (Лебедев) зачитал царский Манифест об объявлении войны.
Манифест об объявлении войны Турции. Журнал “Нива”, №16 за 1877 г.
В нём, в частности, говорилось: “Исчерпав до конца миролюбие наше, мы вынуждены высокомерным упорством Порты приступить к действиям более решительным. Того требует и чувство справедливости, и чувство собственного нашего достоинства. Турция отказом своим поставляет нас в необходимость обратиться к силе оружия. Глубоко проникнутые убеждениям в правоте нашего дела, мы, в смиренном уповании на помощь и милосердие Всевышнего, объявляем всем нашим верноподданным, что наступило время, предусмотренное в тех словах наших, на которые единодушно отозвалась вся Россия. Мы выразили намерение действовать самостоятельно, когда мы сочтём это нужным и честь России того потребует. Ныне, призывая благословение Божье на доблестные войска наши, мы повелели вступить в пределы Турции”.
После парада в Кишинёве ополченцы передислоцировались в румынский город Плоэшты, где пробыли полтора месяца. Там, под палящим солнцем, с утра до позднего вечера, генерал Столетов занимался обучением их ратному делу.
В конце мая в Плоэшты прибыл император. К выстроившимся в почётном карауле ополченцам он обратился со следующими словами:
— Здорово, дети! Я был вчера в Систове, отнятом у турок три дня тому назад моими храбрыми войсками. Духовенство встретило меня с крестом и Евангелием, а жители хлебом-солью. Взятие этого болгарского города есть начало освобождения Болгарии. Я надеюсь, что всякий из вас свято исполнит свой долг!
Восторженное «ура» было ответом на эти слова.
По плану, разработанному в военном министерстве, болгарское ополчение предназначалось «для содействия действующей армии к охране спокойствия и порядка в Задунайском крае». Но генерал Столетов, а затем и штаб действующей армии, не разделяли такого взгляда. По их мнению, болгарские ополченцы должны были идти вперед с передовыми отрядами русской армии и принимать участие в боях. То есть, в деле освобождения своей родины, они должны были играть выдающуюся роль. В конце концов этот взгляд восторжествовал. Правда поначалу полевой штаб относился с недоверием к боевым качествам болгар. Опасались, чтобы ими не овладела паника при встрече с турецкими войсками. По этой причине ополчение не вошло в состав отряда, предназначенного для переправы у Зимницы. В этом месте в ночь на 15 июня русские войска под командованием генерала М. И. Драгомирова форсировали Дунай. Переправа прошла под яростным турецким огнём. В результате потери составили более тысячи человек убитыми и ранеными. После занятия русскими левого берега, переправились и ополченцы, и уже 26 июня их радостно встречало население древней болгарской столицы Тырново.
Первое боевое крещение добровольческая армия генерала Столетова получила при обороне города Стара-Загора — важного стратегического пункта, стоявшего на пути турок к Шипкинскому перевалу. В результате ожесточённых боёв с армией Сулейман-паши, часто переходивших в штыковые атаки, добровольческим дружинам удалось отбиться от неприятеля. Однако силы были слишком не равны и пришлось отступить. Основная часть ополчения была переведена на Шипкинский перевал, где расположилась под открытым небом.
Жестокое сражение под Старой-Загорой имело для болгарских воинов весьма важное значение. Оно подняло их дух и придало нравственные силы для новых боевых испытаний. Многие из русских офицеров, раньше смотревшие на ополченцев с недоверием и пренебрежением, после героической обороны Старой-Загоры стали относиться к ним с уважением.
В августе пришло пополнение в числе 680 добровольцев. А 9 августа началось полномасштабное наступление турок. Столетовские дружины наряду с войсками русской армии мужественно сражались с турецкими войсками на протяжении всей обороны перевала.
Один из очевидцев сражения, полковник Депрерадович, так описывал мужество болгарских добровольцев: “… Раны переносятся болгарами с большим терпением. Ранили, например, недалеко от меня молоденького мальчугана в ногу; он стал было стонать, но товарищи постарше стали его в том упрекать: “Срамота”! Говорят — и раненый замолчал. Ранили затем в голову унтер-офицера, сидевшего через двух человек около меня; кровь мгновенно залила ему всё лицо: унтер-офицер только перекрестился и ни слова, ни стона”.
Кадр из советско-болгарского фильма “Герои Шипки” (1954 г.). Образ Н. Г. Столетова воплотил актёр Вольдемар Чобур
В ноябре на Балканах начались сильные морозы, и ополченцы с нетерпением ожидали похода, но проходили дни, недели, а всё оставалось по-прежнему.
До нашего времени дошли воспоминания о Шипке унтер-офицера 54-го Минского полка Федора Миняйлы. В них рассказ не столько о боях, сколько о тяжком труде – солдаты копали и выносили землю, разгребали снег, носили дрова и воду, строили укрепления. Воспоминания эти по стилю напоминают древнерусские былины: “Там было нам пленение вавилонское; там сидели мы и вздыхали по отечестве своём; там плакали мы, пели и вспоминали о дорогой каждому родине…”.
Именно тогда в русском обществе появилось ироническое выражение “На Шипке всё спокойно”.
Эта фраза ежедневно повторялась в донесениях в Петербург генерала Радецкого. На самом деле не всё так было радужно: измученные русские и болгарские воины, замерзали в снегу под постоянным огнём врага.
Наконец было принято решение перейти от пассивной обороны к наступательным действиям. Болгарские дружины были включены в состав отряда генерал-лейтенанта Скобелева, которому предписывалось обойти шипкинскую позицию справа. В то же время колонна генерал-лейтенанта князя Святополк-Мирского должна была сделать то же самое с левой стороны. Перед началом операции, 24 декабря, войска объехал генерал Скобелев в сопровождении своего начальника штаба подполковника Куропаткина. Молодой, но уже прославленный полководец обратился к солдатам со следующими словами:
«Солдаты! Нам предстоит совершить трудный и достойный славы русских знамён подвиг. Сегодня мы начнём переход Балкан с артиллерией, без путей, пробивая себе дорогу на виду у противника чрез глубокие снежные завалы. На Балканах нас ждет турецкая армия; она хочет преградить нам путь. Помните, братцы, что нам вверена честь отечества и что за нас молится теперь наш Царь-Освободитель, а вместе с ним и вся Россия. Они ждут от нас победы. Да не смущает вас ни многочисленность, ни упорство, ни злоба врага. Наше дело свято и с нами Бог!
Болгарские дружинники! Вам известно, для чего, по державной воле Царя-Освободителя, пришли русские войска в Болгарию. Еще с первых дней формирования ополчения вы показали себя достойными того участия, которое принимал в судьбе вашей Царь-Освободитель и весь русский народ. В июльских и августовских битвах вы заслужили любовь и доверие ваших боевых товарищей — русских солдат. Я вполне уверен, что вы и в будущих сражениях выкажете такую же храбрость и самоотверженность, — качества, которыми вы отличались до сих пор. Я надеюсь на это тем более, что вы, болгары, бьётесь за свободу вашего отечества, за неприкосновенность ваших семейных очагов, за честь и жизнь ваших матерей, сестер и жен — словом за всё наиболее ценное и священное для человека. Вам и Бог повелевает быть героями!»
Командиром авангарда назначается генерал Столетов, который с 1-й бригадой ополчения должен был идти впереди основных сил. День 24 декабря был светлый и солнечный. Дорога, по которой необходимо было пройти, представляла собой узкую тропу, по которой зимой никто не ходил. Теперь же по этому пути нужно было провести не только пехоту с кавалерией, но и полевую артиллерию, причём некоторые участки простреливались с высот, занятых турками. К счастью противник не предполагал, что русские могут здесь появиться, а потому и не принял никаких мер к охране тропы.
Ополченцы Столетова продвигались медленно, с трудом преодолевая снежные завалы. Впереди шли сапёры, расчищающие путь. Когда отряд проходил в виду вражеских позиций, турки открывали по нему пушечную стрельбу. К счастью, гранаты зарывались в снег и не разрывались.
Только на следующий день, утром, передовой отряд подошёл к селу Иметли и был встречен выстрелами черкесов и башибузуков. Завязалась перестрелка, в результате которой был ранен начальник штаба подполковник Куропаткин.
Бой у села Шейнова, начавшийся 28 декабря закончился разгромом турецких войск. В плен было взято 12 тысяч солдат противника и почти 300 османских офицеров, в том числе два генерала.
На следующий день после шейновского боя отряды выстроились в каре и была отслужена панихида по падшим и благодарственный молебен за дарование победы. Затем генерал Скобелев поблагодарил войска за мужество. Обратившись к Болгарскому ополчению, он сказал, что ополченцы дрались не хуже своих товарищей по оружию — русских солдат, принадлежащих к армии, существующей уже более двухсот лет.
А вот, что писал журнал “Всемирная иллюстрация” в 1878 году: “Вновь сформированные генералом Столетовым дружины болгарского о ополчения в сражении 28 декабря дрались блистательно, как сказано в телеграмме Его Высочества, … и генерал Столетов, участвовавший в этом сражении, прибыл к генералу Радецкому с донесением, что турецкая армия сдаётся”.
Шипкинский перевал был преодолён и путь на Константинополь открыт. На место Николай Григорьевича был назначен генерал-майор Давыдов, бывший командир Минского пехотного полка, Столетову же предстояло новое ответственейшее задание.
Болгария не забыла основателя своей армии.
“Мы, болгары, гордимся тем, что наша история связана с легендарным героем Шипки, где в августе 1877 года решился исход войны и судьба Болгарии. Сформирование и действия ополчения под руководством генерала Столетова стали одним из самых ярких проявлений Болгарского национально-освободительного движения. Вот почему имя генерала Столетова осталось навсегда в сердцах нашего признательного народа, который и сегодня называет его “генералом болгар” — заявил Чрезвычайный и Полномочный Посол Республики Болгария в РФ Бойко Коцев.
Генерал Столетов с болгарскими ополченцами на торжествах по случаю 25-летия начала русско-турецкой войны. 1902 г. И памятник “генералу болгар” в Болгарии. 2017 г.
…И когда последней схватки час настал,
наш герой Столетов, славный генерал:
“Братья-ополченцы! — крикнул с силой новой.
Родине сплетете вы венец лавровый!”….
…Больше нет оружья! Бойня, гекатомба, —
каждый кол — оружье, каждый камень — бомба.
В каждом сердце яркий пламень запылал,
камни и деревья рухнули в провал!
Кончились и камни — стало биться нечем, —
мы с крутого склона в турок трупы мечем!
И на орды вражьи черным, страшным роем
падают с обрыва мертвые герои.
И трепещут турки: никогда пред ними
не сражались рядом мертвые с живыми;
в воздухе витает одичалый крик.
Алую дорогу пролагает штык.
Но герои наши, встав скалою твердой,
встретили железо мощной грудью гордой
и рванулись в сечу, отметая страх,
чтобы гибель встретить с песней на устах…
Это строки принадлежат перу народного поэта Болгарии Николы Радева. А именем генерала Столетова названы в этой стране улицы и проспекты, селения и вершина на Шипке. До конца своей жизни Николай Григорьевич с неизменной теплотой вспоминал своих болгарских солдат и боевой путь который он с ними прошёл.
Согласно подписанному между Россией и Турцией Сан-Стефанскому мирному договору было создано новое независимое славянское княжество Болгария. Два года оно должно было находиться под российским управлением, а затем получить полную автономию.
А генерал Столетов, не дожидаясь окончания переговоров, поспешил в Петербург, где в Зимнем дворце его ожидал император Александр II. Впереди была новая трудная задача и новые приключения.
Продолжение следует
На заставке: Шипка. Защита Орлиного гнезда. Художник А. Попов. 1893 г.
В. ФЕТИСОВ
По словам соучредителя предприятия Али Гаджиева,: «Появление в Узбекистане новых совместных производств – закономерное следствие курса на интеграцию в мировую экономику и создание благоприятной инвестиционной среды со стороны руководства страны. В этой связи наш проект служит хорошим примером, привлекшим, на сегодняшний день, общий объем инвестиций в размере около 80 млн. долларов США.
Однако, большее внимание привлекло выступление генерального директора JTI в Казахстане и ЦА Евгения Никольского, где он озвучил данные, проведенные маркетинговыми агентствами Узбекистана.
