Чтобы познать истинную реальность и преобразовать ее для собственных нужд, человек сделал мышление предметом своего изучения. Мышление прошло долгий и изнурительный путь от аристотелевской метафизики до гегелевской диалектики, которая является вершиной человеческого познания. Познание и развитие мышление сопровождалось борьбой между материалистами и идеалистами, рационалистами и эмпириками.
Страны, которые постигли истину добились стремительного развития, другие — принимали за истину только то, что человек мог знать и мыслить, или то, что навязывалось. Это сильно ограничило остальной мир в развитии, поскольку, он признавал только ту реальность, которую он мог знать и понимать, а остальное — игнорировал и считал несуществующим. Однако незнание реальности не означает, что она отсутствует в объективной реальность — незнание законов Ньютона и вращения земли не означает, что земля не вращается и яблоки не падают на землю. Земля вращалась и яблоки падали на землю даже тогда, когда человек об этих законах не знал.
На базе интеллектуальной борьбы и систематизации знаний родилась диалектика, которая позволила западному мышлению выйти за рамки шаблонов метафизики, увидеть законы развития, причинно- следственные связи и противоречия реальности. Эти законы реальности находят свое отражение и в современном мире, где происходит движение явлений и их взаимопереход в свою противоположность под влиянием внутренних и внешних противоречий. «Добро» может переходить в «зло», «неправильное» — стать «правильным», «актуальное» – «неактуальным», «законное» – «незаконным» и т.д.
Марихуана, аборты, проституция, гомосексуализм, эвтаназия — все, что раньше считалось «злом» сегодня становится «приемлемым» и даже «законным» в некоторых странах. Наука о советской экономике и теория расизма, которые считались истиной становятся ложью с изменением самой реальности — прекращением существования самой советской экономики и нацизма. Реальность, которая была представлена классической физикой и считалась истинной, становится ложной, с появлением квантовой физики и теории относительности. Болезни, обозначенные «неизлечимыми» становятся «излечимыми». Акты героизма перестают быть актуальными с утратой ценностей самопожертвования и самоотверженности, а ценности социального равенства перестали быть актуальными с падением коммунистической идеологии. Борьба за даму сердца перестает быть достойным поступком с развитием технологий, которые расширили выбор партнеров и сделали их технически доступными. Такова реальность.
С другой стороны, в мире происходит борьба между различными идеями, которые стремятся занять свое место в сознании человека, чтобы навязать свои интересы. Сегодня самой грамотно выстроенной, продвигаемой и доминирующей идеей является идея либерализма, которая прочно обосновалась на поверхности глобального информационного пространства и является инструментом для продвижения интересов глобалистов. Эта идеология абсолютизирует понятия, возвышает свободу и демократию до уровня истины, отражает реальность статичным и неизменным, что формирует однобокое и полярное мышление, мнимые ценности и железобетонные стереотипы, приводит к порабощению и радикализации мышления. Человек видит только одну сторону реальности и доблестно борется за мнимые ценности, как и Дон Кихот борется против несуществующего врага.
Целью данной работы является привлечь внимание к понятию истины, чтобы отразить неистинность либеральной идеологии для нашего развития. Для этого следует осознанно отбросить в сторону либеральную идеологию, которая возвышается и навязывается нам в течении нескольких десятилетий и посмотреть на реальность через призму материалистической диалектики, которая стала основой для становления развитых стран.
Демократия.
Основным инструментом либерализма является понятие демократии, который преподносятся как абсолют и позволяет подчинить меньшинство воле большинства. Но кто определяет волю большинства?
Люди вступают в различные идеологические, политические, культурные, академические и коммерческие отношения, чтобы удовлетворить свои различные потребности – физиологические, интеллектуальные, материальные, духовные и моральные. Для этого они создают и продвигают свои знания и способности, товары и услуги, взгляды и идеи в информационном пространстве.
Люди потребляют то, что находится на поверхности информационного пространства, поэтому, чтобы привлечь внимание к своей информации, они должны вытаскивать и удерживать информацию о своих идеях, товарах и услугах на поверхность информационного пространства, делать ее доступной, красочной и интересной. Если информация неинтересна и неактуальна, она не сможет удержаться на поверхности информационного пространства и окажется невостребованной, даже если она истинна. Поэтому на поверхности информационного пространства в основном оказываются интересы, а именно интересы тех, кто обладает возможностями их продвигать.
Высокий экономический разрыв и концентрация больших ресурсов в руках богатого меньшинства (люди, страны и институты) привели к тому, что на поверхности информационного пространства оказываются взгляды и интересы меньшинства, которое формирует ценности и оказывает влияние на выбор большинства. Поэтому, демократия – это выбор большинства ценности, мировоззрение и выбор которого определяется активным и богатым меньшинством. Таким образом сегодня демократия неизбежно переходит в свою противоположность — авторитаризм, который намного богаче по содержанию, чем прошлый авторитаризм, является отрицанием более развитой демократии с удержанием его положительных элементов и качеств, при котором подчинение большинства осуществляется не принудительными, а цивильными методами.
Свобода есть прогресс и регресс, добро и зло.
Свобода имеет в себе как положительные, так и негативные тенденции. Все самое лучшее и худшее, чем сегодня обладает человек – это результат свободной деятельности человека, направленная на удовлетворение своих бесконечных потребностей. Именно свобода позволила человеку максимально проявить способности и удовлетворить потребности, обладать капиталом, что стало мощным толчком для развития науки и технологий.
Современная концепция мироустройства возвысила материальный образ жизни, приравняла понятие свободы к свободному удовлетворению потребностей человека и критикует любое ограничение потребления. Потребности людей универсальны — все люди стремятся обладать высокими доходами, качественными правами, комфортными условиями быта, потреблять качественные товары и услуги по доступным ценам. Свобода стимулирует потребление – люди потребляют еду, религию, музыку, идеологию, взгляды, различные услуги. И чем больше люди потребляют, тем больше счастья они испытывают и тем быстрее растет капитал.
Однако в стремлении удовлетворить потребности, человек полностью подчинил к себе капитал, науку, технологию, идеологию и политику, а они, в свою очередь, подчинили природу. Все, что сегодня не удовлетворяет потребности человека, не является актуальным ни для науки, технологии, капитала, идеологии и политики. Даже в яблоке человек видит исключительно предмет удовлетворения собственных потребностей, хотя оно может иметь совершенно другое предназначение для природы (вещь в себе).
Удовлетворение потребностей человека приводит не только к преобразованию, но и к ухудшению условий природы. Удовлетворение потребностей человека и сохранение природы – это совершенно не совместимые понятия и явления — невозможно сохранить природу без ограничения потребления человека, а удовлетворение потребности человека равносильно разрушению природы. Концепция свободы – есть оправдание этого разрушения.
Сегодня человек обладает огромными масштабами свободы и знаний, технологий и капитала, которыми он никогда ранее не обладал. Однако человек не смог предотвратить природную катастрофу, потому что свобода, наука, технология, капитал, политика и идеология служат исключительно ради удовлетворения потребностей человека, а не ради спасения природы. При всей пропаганде гуманизма, мир не стал гуманным, потому что человек осуществляет свою деятельность не ради гуманизма, а ради удовлетворения своих потребностей, где гуманизм выступает лишь в качестве инструмента.
Спасение природы.
Сокращение потребления является единственным условием для спасения природы. Но могут ли власти и простые люди добровольно ограничить свое потребление в то время, когда либерализм возвысил потребление уровня ценностей и смыла жизни, а их ограничение — к ограничению свободы человека. Своими различными сравнениями и рейтингами, либерализм провоцирует страны на потребления (повышение импорта, долгов, снятие торговых ограничений), что неизбежно приводит к преобразованию и ухудшению условий природы. И вины капитала в этом нет, поскольку у капитала нет воли, воля может быть у человека, которую он проявляет и реализует через капитал.
Может ли человек без войн разрушить устоявшиеся ценности, систему взаимоотношений, чтобы сделать ограничения необходимостью? Могут ли люди отказаться от власти, комфорта, рабочих мест и доходов, инвестиций, лучших условий быта, медицины и образования для себя и своих детей ради спасения природы? Может ли глава отдельного государства, ради спасения природы, ограничить потребление своих избирателей, когда избиратели могут отказаться от такого правителя и выбрать другого? Отказ одними от благ неизбежно приводит к тому, что эти блага достанутся другим.
Будет ли доминировать либерализм или преобразуется – вопрос времени. Но совершенно однозначно, что произойдет отрицание современной идеологии из-за объективных противоречий. Вместо идеологии, которая позволила человеку свободно разрушить природу, сформируется идеология, чья концепция будет содержать и право природы быть свободным от человеческих вожделений. А это и есть ограничение свободы человека.
Ограничение свободы в развитых странах.
Свобода – это не абсолютное понятие. Свобода и ограничение не могут существовать друг без друга, свобода невозможна без ограничений. Все великие открытия и достижения – это продукт не только свободы, но и ограничений – времени, энергии и ресурсов от неважных дел в пользу важных.
Свобода относительна, люди даже в самых развитых обществах свободны лишь в рамках ограничений – они вправе действовать свободно исключительно в рамках обозначенных государством норм и правил. Эти нормы (позитивное право) являются производным и ограничением фундаментального права, которое дано человеку от рождения для удовлетворение природных потребностей (физиологических, психологических, сексуальных и т.д.). Поэтому любое правовое общество — это общество, в котором свобода человека определяется степенью ограниченности его фундаментальных прав. «Право является совокупностью действующих в государстве принудительных норм» (Рудольфу фон Иеринг).
Хотя большая часть хозяйственных объектов предпринимательской деятельности находится в частной собственности, деятельность частных предпринимателей регулируется законами, которые есть инструмент государственного вмешательства в экономику. Содержание (процедуры, механизмы, правила, руководства и т.д.) и объемы этих законов в развитых странах настолько масштабны, что охватывают абсолютно все сферы деятельности частных лиц и компаний. Однако эти ограничения в развитых странах не раздражают людей, потому что государственные и рыночные механизмы работают настолько эффективно, что люди просто не замечают эти ограничения.
Стремление расширить свободу в одном месте неизбежно приводит к ограничениям в другом. Расширяя свою свободу действий на глобальном рынке, развитые страны ограничивают свободу других стран в их доступе к мировым рынкам и ресурсам посредством различных санкций, эмбарго и валютных блокад. В стремлении продвигать свои товары и услуги, сильные страны выдают огромные кредиты, которые впоследствии вынуждают страны – должники ограничивать свои возможности, собственное потребление и накопление, чтобы оплачивать долги кредиторам.
Развитые страны не только ограничивают свободу слова, но и устраняют само слово, если оно угрожает их интересам (Сноуден, лидеры Ливии, Ирана, Ирака, Сирии и т.д.). Поэтому считать, что развитые страны яростно защищают свободу слова неверно, они яростно защищают свои интересы, бесцеремонно устраняя любое слово, которое может угрожать их интересам.
Свобода может переходить в свою противоположность.
По мере расширения своей свободы, человек ограничивает природу, которая, в свою очередь, будет ограничивать самого человека – его потребление и существование, чтобы восстановить природный баланс. Свобода может переходить в свою противоположность в результате объективных процессов и обстоятельств.
Подобное часто происходит и со свободной прессой, которая в слабых странах становится зависимой. Никий уровень материального благосостояния, высокие ожидания населения и внешняя провокация в слабых странах приводят к тому, что слово в этих странах, в целом, становится негативным. Став постоянным и повсеместным, негатив неизбежно становится привычным, а привычное, в свою очередь, переходит в норму. Человек не сопротивляется норме, то есть негативу, что неизбежно порождает в обществе безразличие и безответственность, притупляется активность и сопротивляемость общества к негативу.
В этой атмосфере у людей пропадает интерес к общественной жизни, доверие не только властям, но и к самой прессе, которая теряет значительную долю активной аудитории и доходов, получаемых из независимых источников. Чтобы выжить пресса должна будет опираться на другие источники дохода, каковыми являются внешние силы и собственная власть, обладающие ресурсами для продвижения своих интересов. И поскольку финансируемая властью и внешними источниками пресса не может быть независимой и отражать интересы народа, она становится зависимой.
Свобода может также ограничиваться за счет внутренних противоречий. Когда одни взгляды грамотно продвигаются и доминируют в информационном пространстве, люди с меньшей вероятностью будут высказывать своё мнение против доминирующего взгляда, поскольку они будут чувствовать себя в меньшинстве и боятся возмездия и изоляции (Спираль молчания).
В чем ценность всего вышесказанного для нас?
Сегодня свободы стало настолько много, что она просто перестает иметь значение и ценность. В поисках смысла и ценного, люди будут вынуждены прибегать к осознанным ограничениям, что и есть переход свободы в свою противоположность.
Раскрученный грамотно, либерализм сегодня проник в сознание научного, политического, академического сообществ слабых стран, что люди не воспринимают мировоззрение иное, чем либерализм также, как и операционная система компьютера не воспринимает определенную программу. Это сформировало однобокое и полярное мышление, мнимые ценности и железобетонные стереотипы, привело к порабощению и радикализации мышления. Либерализм критикует страны за отсутствие свободы мнений, независимо от того истинно это мнение или нет. Поэтому обладание мнением стало более важным, чем обладание знаниями.
Согласно либерализму, достаточно людям дать право говорить свободно (не важно истинно оно или нет), оставить свои рынки и ресурсы на произвол рынку, устранив роль государства, чтобы стать успешным. В слабых странах эти меры приводят лишь к уступке значительной доли создаваемой стоимости и снижению благосостояния обществ.
Все это говорится не ради дискредитации свободы, конкуренции и предпринимательства. Это говорится ради деидеологизации нашего сознания, которая позволит нам избежать произвола мысли, избавиться от мнимых ценностей также, как и западное мышление избавилось от шаблонов метафизики. Деидеологизация поможет нам увидеть истинную реальность, в котором части целого – экономика, наука, право, культура, идеология, политика, образование, искусство, медицина, культура, этика, мораль и т.д. – находятся в единстве, постоянном движении и противоречии. Деидеологизация позволит нам избежать внешних провокаций в форме критики властей и мнимой заботе о народе, идеологического рабства и выработать взвешенный подход к развитию с учетом собственных возможностей и интересов, без крайностей и авантюризма.
Внешняя критика слабых стран за несоответствие высоким западным стандартам — это провокация, как и критика ребенка за неспособность сделать 1000 отжиманий. Все это порождает негативную реакцию в слабых обществах, которые собственными руками разрушают собственные страны в борьбе за то, чего, по сути, существовать не может.
Нужна ли демократия, если сознание будучи под влиянием доминирующей идеологии, а слово будучи совершенно свободным, в конечном итоге, способно высказать только то слово, которое создает предпосылки для собственного порабощения?
Демократия и свобода – это форма проявления общественных отношений, качество которых зависит от уровня благосостояния общества. Только мере роста материального благосостояния общества происходит вытеснение таких негативных явлений как коррупция, безответственность, необразованность, зависть, гнев и недовольство. Западная форма свободы и демократии – это следствие высокого материального благосостояния общества, которое вывело общественные отношения на такой высокий и качественный уровень, где вопросы свободы и демократии не являются актуальными для общества, как и покупка модного башмака перестает быть таковым по мере роста вашего благосостояния.
Любое общество с высоким уровнем благосостояния будет обладать общественными отношениями высокого уровня вне зависимости от того, стремится она к демократии или нет. Любая страна с низким уровнем благосостояния не будет обладать качественными отношениями как бы она не стремилась соответствовать демократии.
Одним из основных постулатов материалистической диалектики является то, что общественный быт формирует общественное сознание. Можно сделать общество свободным, убрать госрегулирование, все ограничения и даже налоги, устранить всю коррупцию и бюрократию, добиться технического совершенства в обслуживании бизнеса и населения, получить самые высокие рейтинги. Но если это, в конечном итоге, приводит к сокращению создаваемой в обществе стоимости и рынка, то грош цена всем этим достижениям.
Продолжение следует.
