Новости Узбекистана

Лучше проинформировать, чем объяснять, лучше объяснить, чем оправдываться.

Ўзбекча Ўзбекча

Светлый сайт   

→ Памяти Анны Герман: литературно-музыкальный вечер в лютеранской общине Ташкента и неизвестные страницы в биографии певицы

Памяти Анны Герман: литературно-музыкальный вечер в лютеранской общине Ташкента и неизвестные страницы в биографии певицы

Памяти Анны Герман: литературно-музыкальный вечер в лютеранской общине Ташкента и неизвестные страницы в биографии певицы

7 сентября в немецкой Евангелическо-лютеранской общине Ташкента состоялся литературно-музыкальный вечер, посвященный памяти Анны Герман.

Вечер был организован лютеранской общиной и немкой-меннониткой Маргаритой Унру, которая стала ведущей этого памятного мероприятия.
Подготовка к вечеру заняло около 8 месяцев, и для его проведения она специально приехала из Германии. К месту говоря, Маргарита родилась в Узбекистане, но 25 лет назад уехала из Ташкента в Германию, однако, как она говорит, Узбекистан считает своей родиной и никогда его не забывает.

Здесь стоит сделать небольшую ремарку. Маргарита приехала не только для проведения вечера памяти Анны Герман, но и совершила благородный поступок, который незримыми нитями связан с трудной судьбой немцев – меннонитов, проживавших в Узбекистане и, к которым, как оказалось, принадлежала и сама Анна Герман.

Дело в том, что Маргарита Унру передала в дар музею немцев-меннонитов в Хивинском комплексе Ичан-кала семейную реликвию - сундук, изготовленный голландскими мастерами в XVIII веке. Сундук проделал большой путь из Голландии до Узбекистана и нашел свое место в музее.

Памяти Анны Герман: литературно-музыкальный вечер в лютеранской общине Ташкента и неизвестные страницы в биографии певицы

Но вернемся к вечеру. Небольшой зал немецкой кирхи не мог вместить всех поклонников таланта Анны Герман, заняты были все проходы, где пришлось устанавливать дополнительные стулья. Вечер начался с записи песни Баха-Гуно Ave Maria, в исполнении Анны Герман.

Вечер состоял из литературной и музыкальной частей. Первая его часть была построена на воспоминаниях Маргариты Унру и выдержках из дневника матери Анны Герман Ирмы Мартенс. В рассказах Маргариты зрители услышали то, что никогда не слышали и нигде не читали. Многие факты из биографии Анны Герман почитатели её таланта услышали впервые.

Из воспоминаний Маргариты Унру: «В моей жизни Анна Герман сыграла особую роль. Первое встреча с Анной – весной 1970 года. Я жила в Ташкенте и шла счастливая по улице Пушкина – меня немку приняли в аспирантуру! Это было началом нового пути. У консерватории в витрине газетного киоска я увидела журнал «Кругозор» с портретом девушки неземной красоты.

Журнал я купила не задумываясь. Присев в сквере на скамейку, я прочла:

«Анна Герман - польская певица, родилась в 1936 году в Узбекистане. Мать Анны из старинного голландского рода. Но голландские традиции многовековой давности столь сильны, что три женщины до сих пор разговаривают дома на несуществующем голландском наречии – окаменевшем языке XVI века…».

И я поняла, что не зря, как завороженная, остановилась у газетного киоска. Мои мама и бабушка, и тёти тоже говорят на старинном голландском диалекте, я тоже родилась в 1936 году и тоже в Узбекистане. Неужели мы с Анной одного рода – племени?

Как и все слушатели Советского Союза я была поклонницей Анны Герман, но с этого момента у меня возникло ощущение внутренней близости, душевного родства с Анной. Вся страна чествовала ее как польскую певицу, а я как будто узнала ее сокровенную тайну и бережно ее хранила. Я следила за ее карьерой, радовалась её триумфальному успеху в Советском Союзе и никогда не думала, что смогу встретиться с ней лично.

Но чудо случилось: это было летом 1975 года, мы жили в Ярославле. Анна Герман приехала в наш город на гастроли. К счастью, в это время у нас гостила мама, которая свободно говорила на голландском диалекте. На концерт Анны Герман мы пошли всей семьей. Я попросила маму научить мою дочь-школьницу Лену нескольким фразам на платтдойч (языке немцев-меннонитов). Моя мама, отсидевшая по 58-й политической статье 10 лет, отговаривала меня, боялась, что может быть большой скандал, что нас посадят. Но я была абсолютно уверена, что я права и не могла упустить возможности убедить её в своей правоте.

После каждой песни зал взрывался громом аплодисментов. После очередных аплодисментов моя дочь с букетом цветов вышла на сцену. Она быстро выговорила пару фраз, которым ее научила бабушка, Анна стояла с широко открытыми глазами, отодвинула микрофон и стала быстро отвечать на этом же диалекте. Но Лена покачала головой - так говорит только наша бабушка. И Анна попросила после концерта прийти за кулисы театра. За кулисами Анна говорила только с нашей мамой на таком родном ей голландском диалекте. Она как близким людям рассказала нам, что ждет ребенка, что недавно умерла ее любимая бабушка».


Еще в раннем детстве бабушка назвала Анну «Белым ангелом». И все, кто так или иначе сталкивался с Анной Герман: на сцене, на студии звукозаписи, или просто как продавец ювелирного магазина, - все, не сговариваясь, говорят о ее неповторимости, о ее скромности, душевности, искренности и называли ее ангелом.

Памяти Анны Герман: литературно-музыкальный вечер в лютеранской общине Ташкента и неизвестные страницы в биографии певицы

Воспоминания Маргариты Унру вошли в книгу, изданную Иваном Ильичевым «Неповторимая Анна Герман. Сто воспоминаний о великой певице».

В книгу также вошли воспоминания известных композиторов: Пахмутовой, Шаинского, Колкер, Фельцмана, поэтов: Риммы Казаковой, Николая Добронравова, писателей, журналистов, простых слушателей, работников сцены и даже работников таможенной службы.

Цитаты известных личностей из книги говорят сами за себя: «я услышала ангельский голос», «ее голос был божественным», «она действительно производла впечатленипе ангела», «только этот божественный ангельский голос нужен был для звучания в фильме «Судьба», «Анна Герман – посланница бога на земле», «в памяти остался ее чистый небесный взгляд», «она была действительно единственной и неповторимой», «ее невозможно было изобразить, воссоздать», «до сих пор помню ее улыбку – это была улыбка сердца».

Сколько прекрасных слов они нашли для Анны, и, не сговариваясь, все говорили о ней как о небожительнице.

Из воспоминаний Маргариты Унру: «После этого наши мамы переписывались. Выяснилось, что и история наших предков одинакова. Наши предки меннониты. Меннониты — это голландские протестанты — дети мира, которые перековали свои мечи на плуги и свои копья на серпы, убивать? Ни за что! Возмутительно миролюбивы. Их кредо: «Работать и молиться».
И для того чтобы сохранить свою веру, свои принципы им приходилось менять местожительство и подданство, страны и континенты, но вера, национальная идентичность и язык при этом не менялась веками. И именно из этого рода – племени предки Анны Герман и мои. Так наши с Анной предки из воинствующей Голландии в 16-м веке оказались в Речи Посполитой, в 18 веке в царской России, в меннонитских колониях на юге, где предки Анны и мои жили в соседних деревнях, а в середине 19 века с разрешения Хивинского хана оказались в Хиве».


К словам Маргариты добавим, что их отцы учились в одном коммерческом училище в городе Халбштадт, ныне Молочанск (Запорожье, Украина). Оба они были очень музыкальны, руководили церковными хорами.

В Берлине и Варшаве Маргарита Унру встречается с мужем Анны Герман Збигневом Тухольским, но одна из самых важных встреч была с биографом Анны Герман Иваном Ильичевым.

В книгах, изданных Иваном Ильичевым, публикуется дневник матери Анны Герман Ирмы Мартенс, рассказывающий о жизни семьи в Узбекистане. О детских годах Анны нигде не писалось и не рассказывалось.

Из дневника Ирмы Мартенс: «Я пишу о своей семье, об Aнне, нашей жизни. Пишу не для cлавы, таких историй рассказано уже не мало. Время было страшное, о нем сейчас могу сказать так: это был государственный террор против народов, населяющих Россию.
14 февраля 1936 года родилась наша доченька. Мы дали ей имя Анна – Виктория. Радость наша не знала границ! Анечка была здоровым и красивым ребенком. Я повязала ее головку платочком, и она выглядела как колхозница. Мы переехали в Ташкент. Мы решили осесть там. Мы спокойно себя чувствовали в снятой у доброжелательных улыбчивых узбеков квартире. Вокруг господствовал порядок: в доме, во дворе, во всей усадьбе».


Осев в Ташкенте, им показалось, что наступил мир и покой: «Наступило достаточно спокойное время. Я начала работать учителем немецкого языка в средней школе имени Чкалова».

Но… «Но вдруг в наш дом постучала беда: 25 сентября 1937 года мой муж и брат на волне общих репрессий были арестованы. Чёрные тучи нависли над нами! Я в отчаянье, как мы будем жить? Я не зарабатываю столько, чтобы мы прожили вчетвером. И, упаси Боже, было кому-то пожаловаться. Мы были абсолютно бесправны».

Женщины с этим не могли смириться, Ирма Мартенс с маленькой Анной ходила по темным коридорам, стучалась во все двери и общалась с чиновниками всех уровней, хоть что- то узнать о муже и брате, зачастую возвращаясь со слезами: «Я пошла к прокурору, может быть здесь услышу хорошую весть об арестованных? Я спросила где мой муж Евгений Герман и брат Вильмар Мартенс. - Ваш муж сослан на десять лет без права переписки! -За что? За что? - Мне не ответили…-Я могу к нему поехать? -Нет…».

Такая же участь постигла и отца Маргариты Унру. В годы перестройки Маргарита и родственники Анны Герман получили справки о реабилитации их отцов, в которых говорится, что они были расстреляны в 1938 году с разницей меньше месяца, и лежат их останки в одной яме.

Памяти Анны Герман: литературно-музыкальный вечер в лютеранской общине Ташкента и неизвестные страницы в биографии певицы

Из воспоминаний Маргариты Унру: «Итак, наши мамы остались одни. Они продолжали работать в школе. Прошло 4 года неизвестности и надежды получить хоть какую - нибудь весточку. А тут новая всеобщая беда: ВОЙНА».

В январе 1942 года их семьи, как семьи «врагов народа», товарными вагонами вывезли из Ташкента в Бухарскую область. Семью Анны вывезли в Ромитанский район, а Маргариты в соседний Гиждуванский.

Из дневника Ирмы Мартенс:«В Ромитане мы были на грани жизни и смерти. Аня заболела, я сидела и читала ей сказки. Она всё время говорила: «Читай, читай, только читай»... Так она забывала о чувстве голода. Она не просила ни пить, ни есть, а мое сердце обливалось кровью».

Чтобы как-то выжить, дети с мамой ходили по кишлаку, заходили во дворы к узбекам и предлагали простыни в обмен на что- либо съестное. У узбеков покойников заворачивают в белый саван. Поэтому белые простыни были очень ходовым товаром. Но сколько их у них могло быть? Но возможно те несколько простыней спасли детей от голодной смерти.

Через некоторое время Ирма Мартенс заносит в свой дневник: «Анечка выздоровела, и мама сказала: «Убегай в Киргизию». Мы бежали в Орловку, деревню в Киргизии, где жили потомки голландских переселенцев. Я получила работу в школе. Но везде были страшная беднота и голод».

Это было очень рискованно, если бы их где - нибудь в дороге задержали, то Ирма неминуемо получила бы за побег с места высылки минимум 10 лет лагерей. Но семье Анны чудом удалось выехать в Орловку, а семья Маргариты осталась в Гиждуване - навсегда.

Однако и в семью Маргариты приходит очередная беда и как она вспоминает: «В наш дом приходят трое в штатском, устроили обыск забрали все, что было на немецком языке – письма, мамины рецепты, даже мои любимые «Сказки Андерсена», и увели маму. Она идет по пыльной дороге, оглядывается, я бегу следом, кричу: «Дяденька. Дяденька, а когда мама вернется?» – «Через 10 дней». Мама вернулась… через 10 лет. Какое счастье, что семья Анны смогла «убежать» в Орловку».

В Орловке в Киргизии было тоже нелегко, но семья Анны попала в свою среду.

Из дневника Ирмы Мартенс: «В Орловке я познакомилась с поляком Германом Гернером. Он помог нам пережить самые тяжелые дни, делясь всем тем, что имел сам, 4 апреля 1942 года мы поженились. Муж вскоре уехал, чтобы вступить в Войско Польское. Герман пропал на войне».

По сути это был фиктивный брак, но это дало возможность семье Анны Герман в 1946 году с польскими реэмигрантами выехать в Польшу.

И только в этом году Иван Ильичев внёс ясность в эту детективную историю. Он установил, что Герман Гернер – был еврейским эмигрантом, бежавшим из Польши от холокоста. Родители его погибли. Он чудом спасся, и оказался в Киргизии.

И теперь оцените его поступок: молодой еврей чудом спасается от холокоста, и из сочувствия к этим измученным загнанным женщинам заключает брак с немкой. А в это время идет война, идёт чудовищное уничтожение евреев. Это достойно высочайшей оценки. Именно благодаря этому благородному человеку семье Анны Герман удалось эмигрировать в Польшу.

Музыкальная часть вечера, естественно была посвящена творчеству Анны Герман. Несмотря на свой почтенный возраст романсы Анны великолепно спела и сама Маргарита Унру. На протяжении всего вечера звучали композиции в исполнении церковного хора лютеранской общины.

Памяти Анны Герман: литературно-музыкальный вечер в лютеранской общине Ташкента и неизвестные страницы в биографии певицы

Неподдельный восторг, продолжительные аплодисменты, возгласы «браво» - так сопровождались выступления юных исполнителей, студентки музыкального колледжа из Термеза Камиллы Астанкуловой и учащейся лицея при Государственной консерватории Узбекистана Анны Архиповой.

У Камиллы колоратурное сопрано и в песни Анны Герман она внесла свои неповторимые нотки, которые не оставили равнодушным всех сидящих в зале и задели их душевные струны.

Эти рассказы только о первых годах жизни Анны. Прошли годы, но несмотря ни на что, Анна говорила, что Узбекистан – это ее вторая Родина. А мама Анны Ирма всегда с теплотой вспоминала об узбеках.

Анна покинула этот мир 37 лет назад 25 августа 1982 года.

Незадолго до своей смерти она написала своей московской подруге: «Я уже несколько раз должна была плыть на тот берег. Хочу тебе сказать самое важное. Вчера я приняла крещение- - это вера моей бабушки, и я очень счастлива».

Перед самой смертью Анна пишет, что она счастлива, счастлива потому что нашла дорогу к богу.

Последние песни Анны – молитвы. Когда ей было физически тяжело, она пела псалмы и ОТЧЕ НАШ из маленькой библии своей бабушки.

На могиле Анны написано: «Господь – пастырь мой».

М.ДЖАНГИРОВ, фото автора

Памяти Анны Герман: литературно-музыкальный вечер в лютеранской общине Ташкента и неизвестные страницы в биографии певицы

Памяти Анны Герман: литературно-музыкальный вечер в лютеранской общине Ташкента и неизвестные страницы в биографии певицы

Памяти Анны Герман: литературно-музыкальный вечер в лютеранской общине Ташкента и неизвестные страницы в биографии певицы

Памяти Анны Герман: литературно-музыкальный вечер в лютеранской общине Ташкента и неизвестные страницы в биографии певицы

Памяти Анны Герман: литературно-музыкальный вечер в лютеранской общине Ташкента и неизвестные страницы в биографии певицы
Комментарии
Очень люблю Анну Гурман.Узнача о ней с кинофильма, но песни раньше слышала и восторгалась.Жаль что не знала о вечере , обязательно пошла бы.
Вопрос: Сколько пальцев у человека на одной руке? (ответ цифрами)
Топ статей за 5 дней

Хоким Ташкента пообещал в шесть секунд сделать журналистов геями за критику его заводов (аудио)

На следующей неделе ташкентцам пообещали первый снег

Имя "волка одиночки" Сайфулло Саипова вновь на первых страницах американских газет

Стало известно, при каких обстоятельствах была сделана запись высказываний Джахонгира Артикходжаева

expo
Похожие статьи
Теги
Узбекистан, Анна Герман, Кирха, Лютеранская община, Немцы-меннониты, Максад Джангиров