На проходящей в Вене 70-й Генеральной конференции Международное агентство по атомной энергии (МАГАТЭ) представило новый долгосрочный прогноз развития атомной энергетики. По сценарию с высоким темпом роста установленная мощность атомной генерации в мире может вырасти с 377,1 ГВт в конце 2025 года до 1045 ГВт к 2050-му и 1284 ГВт к 2060 году, то есть примерно в 3,4 раза. Сценарий с низким темпом роста составил 696 ГВт к 2060 году.
Это уже шестой год подряд, когда МАГАТЭ пересматривает свои оценки в сторону повышения. Однако почти двукратная разница между сценариями показывает, насколько масштаб будущего роста зависит от условий его реализации. Речь идет о разных наборах предпосылок, при которых отрасль может развиваться быстрее или медленнее. Отсюда возникает другой вопрос о том, что необходимо, чтобы растущий интерес к атомной энергетике действительно превратился в новые мощности.
Деньги — первый фильтр
В выступлении на открытии Генеральной конференции глава МАГАТЭ Рафаэль Гросси отдельно обратил внимание на разрыв между планами по увеличению атомных мощностей и возможностями их реализации. Одним из ключевых условий он назвал изменение подходов к финансированию, так как одной политической воли для запуска подобных капиталоемких проектов недостаточно.
Незадолго до конференции агентство провело в Вене отдельный трехдневный семинар примерно для 50 представителей международных финансовых институтов, включая Всемирный банк, Азиатский банк развития, ЕБРР, Азиатский банк инфраструктурных инвестиций, Африканский банк развития и Фонд ОПЕК. Его задача заключалась в том, чтобы дать финансистам комплексное представление об экономике атомных проектов, требованиях к безопасности, регулированию, гарантиям и инфраструктуре проектов.
Масштаб финансовой задачи показывает оценка Международного энергетического агентства (МЭА). В сценарии APS, предполагающем выполнение странами объявленных энергетических и климатических обязательств в полном объеме и в установленные сроки, ежегодные инвестиции в атомную энергетику должны вырасти примерно до 120 млрд долларов уже к 2030 году против порядка 65 млрд долларов в настоящее время. При этом новые АЭС остаются сложными объектами для финансирования. Они требуют крупных первоначальных вложений, имеют длительные сроки проектирования и строительства, а задержки и перерасход бюджета увеличивают риски кредиторов и инвесторов. Для крупных атомных проектов типичный период возврата инвестиций может составлять 20-30 лет.
На этом фоне показательно изменение позиции международных финансовых институтов. В июне 2025 года Всемирный банк и МАГАТЭ заключили соглашение о сотрудничестве, которое банк назвал первым конкретным шагом к возвращению в сферу атомной энергетики после десятилетий отсутствия. Сотрудничество охватывает институциональную готовность стран, безопасность и регулирование, продление эксплуатации существующих АЭС и изучение потенциала новых технологий.
Новые мощности еще нужно построить
Рост интереса к атомной энергетике уже отражается в реальных проектах. По данным МЭА, сегодня в 15 странах сооружаются атомные реакторы общей мощностью около 78 ГВт. Это один из наиболее высоких уровней за последние 30 лет. При этом рынок остается заметно концентрированным. За последнее десятилетие 94% реакторов, строительство которых было начато в мире, имеют российский или китайский дизайн.
Есть еще один вопрос, о котором периодически говорят в атомном сообществе, — это возраст действующего парка. По данным МАГАТЭ, два из каждых трех ядерных энергетических реакторов эксплуатируются более 30 лет, а 45% — более 40 лет. В верхнем сценарии к 2060 году из эксплуатации будет выведено около трети мощностей, действовавших в 2025 году, а в нижнем сценарии — почти две трети.
Часть расчета на обновление связана с развитием малых модульных реакторов (ММР). На них МАГАТЭ отводит 28% новых атомных мощностей, вводимых до 2060 года. Этот расчет предполагает, что ММР удастся вывести на гораздо более широкий серийный рынок. Пока масштабы их практического развертывания остаются ограниченными. По данным МЭА, наземный ММР уже работает в Китае, плавучий – в России, еще несколько коммерческих проектов находятся на стадии строительства в разных странах, в том числе в Узбекистане, где при участии «Росатома» возводится интегрированная АЭС.
Поэтому вопрос для ММР заключается уже не столько в наличии проектов, сколько в их масштабировании, а именно стандартизации конструкций, согласовании регуляторных подходов, снижении стоимости и способности промышленности перейти к серийному производству, а этим сегодня могут похвастаться лишь единицы в мире.
Уран есть. Вопрос как быстро превратить ресурсы в поставки
Еще один важный документ был представлен в Вене в первый день Генконференции. МАГАТЭ совместно с Агентством по ядерной энергии ОЭСР (NEA) выпустили новый доклад «Uranium 2026: Resources, Production and Demand», известный как «Красная книга».
Выявленные мировые ресурсы урана, извлекаемые при затратах ниже 260 долл за килограмм, превышают 8,1 млн тонн. Согласно оценкам авторов, этого достаточно даже для верхнего сценария спроса до 2050 года. Однако наличие ресурсов в недрах еще не означает их доступности для рынка. Для этого необходимо подготовить месторождения, пройти разрешительные процедуры и вывести новые проекты на промышленную добычу.
Сегодня действующему мировому парку требуется около 64,5 тыс. тонн урана в год. К 2050 году потребность, в зависимости от сценария, может увеличиться примерно до 84,8 — 143,9 тыс. тонн. При этом развитие нового уранодобывающего проекта обычно занимает 15 — 20 лет. Поэтому авторы доклада отдельно подчеркивают необходимость своевременных и устойчивых инвестиций в геологоразведку и развитие новых проектов.
Для Узбекистана этот аспект имеет непосредственное значение. Страна одновременно развивает собственную атомную энергетическую программу и наращивает добычу природного урана. По данным ГП «Навоийуран», по итогам 2025 года объем производства достиг 7 тыс. тонн природного урана против 5,2 тыс. тонн годом ранее. В апреле 2026 года предприятие начало промышленную добычу на месторождении Кизилкок, проектная мощность которого составляет до 1,2 тыс. тонн урана в год.
Поэтому новый прогноз МАГАТЭ представляет интерес для страны не только с точки зрения будущего мирового спроса на атомную генерацию. Если рост мощностей пойдет по более высокой траектории, то вместе с ним будет увеличиваться потребность в устойчивой сырьевой и топливной базе. Для стран-производителей урана это означает необходимость заранее оценивать инвестиции в новые месторождения и долгосрочную динамику мирового рынка.
От прогноза к реальности
Разницу между сценариями МАГАТЭ по поводу развития атомной энергетики можно трактовать по-разному. Очевидно, что за последние годы политическая поддержка атомной энергетики усилилась, количество строящихся мощностей находится на высоком уровне, а международные финансовые институты вновь проявляют интерес к отрасли. Однако для расширения атомной генерации недостаточно принять решение о строительстве новых АЭС. Фактический масштаб будущего роста будет определяться такими факторами, как стоимость, сроки строительства, возможности промышленной цепочки, наличие кадров, замена стареющих реакторов и своевременное расширение топливной базы.
Поэтому нынешний прогноз МАГАТЭ показывает прежде всего изменение ожиданий относительно роли атомной энергетики. Насколько близко мировой атомный парк подойдет к верхней границе этого прогноза будет зависеть способность страны и отрасли превратить эти ожидания в устойчиво финансируемый и реализуемый проект.
