Эта трагедия произошла пару лет назад в одном из предгорных районов, но многим и по сей день трудно поверить, то такое и впрямь могло случиться: беременная невестка убила свою свекровь…

…Адолат была прелестной девушкой, родители в ней души не чаяли. Однажды на ее мобильном телефоне раздался звонок, – оказалось, что незнакомец просто ошибся номером. Но какой же нежный девичий голос ответил ему!.. С обладательницей такого голоса он обязательно должен встретиться! Что ж, Адолат ничего не имела против телефонного общения с приятным молодым человеком, но встретиться согласилась не сразу. Тем не менее однажды это, конечно, произошло. Ни она, ни он не были разочарованы. И начался конфетно-букетный период – вещь самая банальная со стороны, но для влюбленных – прекраснейшая в жизни пора. Настал и день, когда Равшан послал в дом к Адолат сватов.

Была веселая и пышная свадьба, а потом молодая невестка пришла в дом мужа. Конечно, многого по хозяйству она пока не умела, но свекровь терпеливо учила девушку всему, что знала и умела сама.

Словом, ладили они неплохо. Одно лишь заставляло молодую невестку хмуриться и закусывать губу – когда заходила речь о сестре Равшана. Та явно была любимицей у свекрови, тем более что собственная семейная жизнь у Джамили не задалась. После развода молодая женщина жила в областном центре, снимала квартиру. Работала и копила деньги на собственный угол.

Через какое-то время после рождения дочери Равшан уехал на заработки. Регулярно присылал деньги семье, а также немного сестре, старался приезжать хотя бы на праздники. Ойгуль-опа, мать Равшана, очень доверяла невестке, хранила деньги в ее сундуке. Вскоре сумма скопилась немалая, более трех тысяч долларов и около двенадцати миллионов сумов. И… Адолат словно подменили. Уже беременная вторым ребенком, женщина потеряла сон. Странная привычка появилась у нее: вечерами она выкладывала из сундука деньги и любовалась ими.

За этим и застала ее однажды Ойгуль-опа, войдя в комнату к невестке.
– Доченька, ты решила деньги пересчитать?
– Да, хотела убедиться, все ли на месте. – сказала растерявшаяся от неожиданного вопроса свекрови Адолат.
– Да куда же они денутся, милая, иди-ка лучше ложись. Вот накопим нужную сумму и купим Джамиле домик в городе. Намучилась моя доченька по чужим квартирам…
– Да, конечно… А сколько еще для этого нужно денег?
– Думаю, через полгодика уже накопим нужную сумму. Обустроит моя Джамиля свой домик, будем ездить к ней в гости. Дай-то Бог… Ну а теперь тебе надо отдыхать, поздно уже.

Ойгуль-опа ушла к себе, но Адолат еще долго не могла уснуть. В голове сменялись картины одна ужаснее другой: вот ее золовку Джамилю, которой должны достаться все эти деньги, сбила на улице машина – ведь может же такое случиться? Вот свекровь наклонилась зачерпнуть воды из быстрого сая – и не удержала равновесия, свалилась в бурлящий поток… А она, Адолат – теперь сама себе хозяйка, и дом этот, и сундук с богатством – все принадлежит ей и ее детям! Вернется муж с заработков – а она его встречает хозяйкой!..

В тот вечер женщина попыталась все эти страшные мысли прогнать. Но они возвращались снова и снова, и с каждым разом все труднее было от них отделаться.

Как-то вечером позвонил отец Адолат: он приглашал свекра дочери Султана-ака в гости, на вечерний гап.
– Собираемся завтра с друзьями, барашка зарежем, посидим, потолкуем, – приезжайте, дорогой сват!
– Спасибо, друг, обязательно буду, – охотно согласился Султан-ака.
Адолат слышала разговор свекра с отцом. И… словно споткнулась на ровном месте – такая ясная мысль ее озарила… Она подметала двор, кормила скотину, купала дочь – и все продолжала думать только об одном…

На веранде, между тем, свёкор со свекровью говорили о завтрашнем мероприятии.
– Хорошая идея пришла моему свату. Завтра после работы поеду к нему. Только вот плохо, что после рабочего дня, возвращаться поздно придется.
– Да, неудобно это… Да еще и выпьете там, как потом до дома будете добираться? Лучше уж оставайтесь у них, там заночуйте. Нет смысла так поздно возвращаться.
Тут в разговор вмешалась Адолат:
– Да, верно говорит мама, оставайтесь завтра у моих родителей. Мой отец, вы же знаете, умеет встречать гостей.
– Что ж, наверно, так и сделаю, – на том и порешили.

Наступила ночь. Все давно улеглись, дом спал, а Адолат все ворочалась без сна:
«Завтра я это сделаю. Никто меня не заподозрит. За все три года мы ни разу не поссорились со свекровью, – кто посмеет меня обвинить? Только надо все сделать очень аккуратно…».
Следующий день начался с того, что Адолат со свекровью решили налепить пельменей. За работой рассказывали друг другу разные смешные истории из жизни знакомых и соседей и от души веселились…

Ближе к вечеру вернулся Султан-ака, ужинать не стал – ведь его ждал у свата плов с барашком! Поэтому он сразу переоделся и уехал в дом родителей Адолат.
Молодая женщина уложила дочурку и села смотреть телевизор. Ойгуль-опа же, пожелав невестке спокойной ночи, ушла к себе.

Взгляд Адолат невольно все время обращался к циферблату часов. Она считала минуты. Одиннадцатый час ночи. Ну вот сейчас, пожалуй, уже можно позвонить, поинтересоваться…

Она набрала номер телефона отца:
– Ну как вы там сидите? Все хорошо? – говорила тихо, чтобы не разбудить свекровь.
– Да, доченька, все в порядке, сидим отлично!
– А мой свекор сегодня приедет домой или останется у вас? – задала Адолат главный вопрос.
– Ну уж нет, я сегодня своего свата не отпущу, только разговорились о жизни!.. Так что ждите его завтра утром.
– Хорошо, отец, отдыхайте. Я пойду спать.

…На цыпочках Адолат подкралась к комнате свекрови.
– Мама… вы спите?
Ответа не последовало, слышалось только ровное дыхание спящей женщины. Тогда Адолат, видя мысленным взором только сундук с деньгами, схватила подушку и изо всех сил прижала ее к лицу свекрови.

Задыхающаяся пожилая женщина не могла даже сопротивляться. Она затихла очень скоро. Но даже когда она уже перестала подавать признаки жизни, Адолат на всякий случай еще немного подержала подушку – чтобы уж наверняка…
Теперь – разбросать вещи, инсценировать сцену разбоя. Ну вот, вроде все выглядит как надо.
Наконец-то она могла беспрепятственно открыть заветный сундук и вытащить деньги, один вид которых так ласкает взгляд…

Деньги Адолат спрятала в сарай, затолкав поглубже в стог сена. Что осталось теперь сделать? Только самой принять соответствующий вид. Несколько ударов по лицу, шее, груди, чтобы остались синяки… Расцарапать руки… И можно идти к телефону.

Прибывшим на место происшествия по звонку потерпевшей Адолат И. сотрудникам следственно-оперативной группы сразу бросилось в глаза, что здесь что-то не так: очень уж ненатуральной, инсценированной выглядела картина преступления, вещи разбросаны будто специально… И потом, возникал вопрос: если убили свекровь, то почему оставили свидетеля?..
Все подозрения падали на Адолат. Но никто не решался поверить в то, что беременная женщина могла совершить такой страшный грех. Сама же она во время опроса твердо держалась своей версии: ее ударили по голове, и она потеряла сознание.
Лишь проведенная экспертиза помогла расставить все точки над i: эксперты пришли к выводу, что от того удара, который получила Адолат, она не могла потерять сознание. Значит, ночные разбойники – выдумка, и виновная – перед ними?

И все-таки поверить в это было трудно. Семью И. все знали как очень приличную и дружную, никогда в ней не было ни скандалов, ни размолвок. Тем более не попадала она в поле зрения правоохранительных органов. Более того – когда сотрудники ОВД беседовали со свекром подозреваемой и с ее срочно выехавшим на родину мужем, ни тот, ни другой не допускали даже мысли о виновности их любимой Адолат. Как можно подумать такое, да еще о женщине, ожидающей рождения ребенка!..

И все-таки с уликами трудно было спорить, а они все с неумолимой непреложностью указывали только на одного человека, могшего совершить это страшное преступление. И под их тяжестью Адолат в конце концов призналась в своем злодеянии…
– Я не знаю, что на меня нашло! Наверное, бес попутал…
Это было все, что твердила она на суде…

P.S. Равшан развелся с женой. В тюрьме у Адолат родилась еще одна дочь…

У. Нуров.

В редакции одной газеты провели любопытный эксперимент. В течение нескольких дней корреспондент опрашивал счастливых женихов и невест, пришедших в Дом бракосочетаний, чтобы обменяться кольцами и оформить свой брак, который, в идеале, должен был стать единственным на всю жизнь. Каждому из молодоженов задавался один и тот же вопрос: «Почему вы решили жениться/выйти замуж?». И всякий раз звучал один и тот же ответ: «Чтобы быть счастливой/счастливым!».

Удивительное единодушие! И… настораживающее: разве это правильно и нормально, что ни один – ни один! – из молодых людей, принявших решение пройти по жизни рука об руку со своим избранником, не ответил: «Чтобы сделать счастливым моего любимого (любимую)»? Все эти сияющие счастьем юноши и девушки, уверенные, что брак их совершается по любви, даже не задумывались о том, как эгоистичны их желания и цели. Как не задумывались и о том, что счастье – это прежде всего искусство отдавать, умение сделать счастливым другого.

Бесценный дар Божий – да, конечно, только так можно назвать дарованное человеку великое счастье любви. Только определение «дар» необходимо дополнить еще одним, непременным, – труд. В первую очередь – труд души. Ибо любовь – это прежде всего неустанный труд двоих, строящих храм, фундамент которого – общность взглядов, понятий, ценностей… И еще, как ни странно, – обычная вежливость. «Брак, из которого ушла вежливость, – обречен, ибо он становится безнравственным», – писал в своих записных книжках Александр Блок.

Что же убивает любовь? Такую сверкающую, нежную, искреннюю… И такую – казалось бы – беззакатную?

Претензии и упреки. Они разъедают самые нежные, доверительные отношения, и тогда любовь погибает, как некоторые породы рыб, привыкшие жить только в чистой воде, пронизанной солнцем. Любовь погибает от «нечистых» помыслов, от ожидания пользы. Вот почему «в любви добра не ищут», вот почему «с милым рай и в шалаше».

Каждый из нас однажды встречает своего человека. И очень часто – проходит мимо, не узнав его. Почему? Да потому, что любовь – как работа под куполом цирка – требует абсолютной верности призванию: любить и быть любимым. Она требует единственности. И еще – искренности, преданности, да просто честности. Иначе любовь, как честь, покидает человека. И ему остается заменять ее «благами жизни». Чтобы потом, когда-нибудь, заплатить за предательство своей любви самым страшным – отвращением к жизни.

Наверное, боль и страдание тоже имеют свой предел. И человек рано или поздно успокаивается и пробует спасти себя, свой душевный покой так называемым «методом вытеснения». Вот откуда все эти «браки с досады», «назло» (кому? себе?), времяпрепровождение в веселых и необязательных компаниях, трата сил и здоровья – потому что предательство своей любви еще страшнее, чем предательство своего призвания.

Но все напрасно. Память о радости – ведь были же они, те полеты, то счастье ни с чем не сравнимое! – настолько сильна, что ее ничем не заслонить, и постепенно, не сразу, вступает в действие психологическая защита – насмешки, цинизм, злословие, за которыми – плохо скрытая зависть к другим, любящим…

Вот чем и как платят те, кто сомневается: а есть ли на свете истинная любовь?

Есть, конечно, есть. Но она погибает, когда начинают думать, что она – не самое главное. Сказано мудрецами: «горы разрушаются землетрясениями, а любовь и человеческие отношения – словом»? Если двоим уже после медового месяца скучно друг с другом, значит, отношения их обречены. А ведь они обещали друг другу счастье…

Может, стоит задаться вопросом: почему чтобы сшить платье, испечь пирог, смастерить табуретку – нужно учиться, а предмет такой тонкий, как отношения с партнером по жизни, каждый постигает сам, на своей шкуре и собственных ошибках, порой непоправимых? Увы, слишком редко в семьях старшее поколение берет на себя миссию внушить молодым, что отвечать друг за друга, оберегать друг друга, помогать друг другу – это труднейшая наука, и чтобы ее освоить, надо взять на вооружение принцип: «Я должен сделать счастливым другого человека». Другого, а не себя. Только тогда будешь счастлив сам.

Впрочем, могут возразить: а разве самому менее важно обрести счастье в любви, в семье? Но тот, кто вступает в эту «огненную реку», ожидая награды, уже заранее проиграл. Потому что единственная награда в любви – сама любовь. «Если человек счастлив, он счастлив у себя дома», – поверим Льву Николаевичу.

Кто знает, может, потому когда-то и «накликали» наши предки радость и лад, совет да ласку, что понимали: хрупкая это драгоценность – любовь. Нужно ее беречь, охранять – «от злых людей, от дурного глаза, от недоброй мысли». Вспомним, сколько сказок – о злых сестрах, о коварных братьях, о неверном друге…

Все можно приобрести – и блага жизни, и карьеру, и денежное местечко. А вот любовь… Ее нам дарит только небо.

Дилором Нурмухамедова.