I

Три ипостаси ледяной героини, у каждой – своя история. Вот известное стихотворение Беллы Ахмадулиной «Снегурочка».

Что так Снегурочку тянуло
к тому высокому огню?
Уж лучше б в речке утонула,
попала под ноги коню.

Но голубым своим подолом
вспорхнула — ноженьки видны —
и нет ее. Она подобна
глотку оттаявшей воды.

Как чисто с воздухом смешалась,
и кончилась ее пора.
Играть с огнем — вот наша шалость
вот наша древняя игра.

Нас цвет оранжевый так тянет,
так нам проходу не дает.
Ему поддавшись, тело тает
и телом быть перестает.

Но пуще мы огонь раскурим
и вовлечем его в игру,
и снова мы собой рискуем
и доверяемся костру.

Вот наш удел еще невидим,
в дыму еще неразличим.
То ль из него живыми выйдем,
то ль навсегда сольемся с ним.

Тающая снегурочка (эскиз). В. Перов. Государственная Третьяковская галерея.

Белле Ахатовне, как видно, были хорошо известны эпизоды из разных биографий удивительной героини сказок, поверий, легенд. Одна строка стихотворения отсылает к глубокой старине, когда у Снегурочки и имя, и судьба были иными: «Уж лучше б в речке утонула…». Давным-давно на Руси бытовал такой обычай – либо сжечь, либо утопить в любом близлежащем водоеме соломенное чучело Зимы. Это чучело олицетворяло Кострому (Морану) – славянскую языческую богиню зимы и ночи, злобное, коварное существо. Есть мнение, что Кострома и есть прототип Снегурочки.

Реабилитация нашей героини произошла только в XIX в. Созданию нового, светлого, сегодня привычного и полюбившегося образа Снегурочки поспособствовали Владимир Иванович Даль, Лев Николаевич Толстой, Александр Николаевич Афанасьев, другие русские писатели, собиратели и хранители народного творчества.

Вот, к примеру, как трогательно описывает появление на свет «Девочки Снегурочки» В.И. Даль:
«Жили-были старик со старухой, у них не было ни детей, ни внучат. Вот вышли они за ворота в праздник посмотреть на чужих ребят, как они из снегу комочки катают, в снежки играют. Старик поднял комочек да и говорит:
– Что, старуха, кабы у нас с тобой была дочка, да такая беленькая, да такая кругленькая!
Старуха на комочек посмотрела, головой покачала да и говорит:
– Что ж будешь делать – нет, так и взять негде.

Однако старик принес комочек снегу в избу, положил в горшочек, накрыл ветошкой и поставил на окошко. Взошло солнышко, пригрело горшочек, и снег стал таять. Вот и слышат старики – пищит что-то в горшочке под ветошкой; они к окну – глядь, а в горшочке лежит девочка, беленькая, как снежок, и кругленькая, как комок, и говорит им:

– Я девочка Снегурочка, из вешнего снегу скатана, вешним солнышком пригрета и нарумянена».

В этом отрывке содержится примечательная информация о происхождении Снегурочки. Примерно такой же версии придерживается и Л.Н. Толстой:
«Пошли старики в огород и давай снежную дочку лепить. Вылепили дочку, вставили вместо глаз две голубеньких бусины, сделали на щёчках две ямочки, из алой ленточки – роток. Куда как хороша снежная дочка Снегурочка! Смотрят на неё дед с бабой – не насмотрятся, любуются – не налюбуются. А у Снегурочки роток улыбается, волосок завивается. Шевельнула Снегурочка ножками-ручками, с места сдвинулась да и пошла по огороду к избе».
А.Н. Афанасьев тоже указал на «человеческих» родителей Снегурочки:
«… – Ах, Иван, Иван! – вскричала Марья, задрожав от радости. – Это нам Господь дитя дает! – и бросилась обнимать Снегурочку, а со Снегурочки весь снег отвалился, как скорлупа с яичка, и на руках у Марьи была уже в самом деле живая девочка…»
В истории русской культуры Александр Николаевич Афанасьев занимает особое место. Он прожил только сорок пять лет. Но за короткую жизнь успел многое: и царским чиновникам насолить, и создать замечательный, не превзойдённый в мировой науке о фольклоре труд – «Поэтические воззрения славян на природу».

Н.А. Афанасьев

«Книга Афанасьева оказала существенное влияние на последующее изучение славянского фольклора и мифологии. Из нее черпали материалы для своих произведений А.Н. Островский, М. И. Мельников-Печерский, А. А. Блок, В. Хлебников, С. А. Есенин, А. М. Ремизов…».
А чиновникам-ханжам Афанасьев насолил «Русскими заветными сказками», которые небольшим тиражом анонимно были напечатаны в Женеве и преданы анафеме в России за их «срамное» содержание.
Этот фундаментальный труд содержит около шестисот произведений народного творчества, треть из которых Афанасьеву предоставил другой знаток русского языка – В.И. Даль.
Но вернёмся к нашей Снегурочке.
Сказка о ней в обработке Афанасьева заканчивается печально:
«…И вот все, затянувши песню, поскакали через огонь.
Вдруг что-то позади их зашумело и простонало жалобно:
— Ау!
Оглянулись они в испуге: нет никого. Смотрят друг на дружку и не видят между собою Снегурочки.
…Нет, не лютый зверь умчал ее в дремучий лес, и не хищная птица унесла ее к синему морю; а когда Снегурочка побежала за подружками и вскочила в огонь, вдруг потянулась она вверх легким паром, свилась в тонкое облачко, растаяла… и полетела в высоту поднебесную».
(«…Как чисто с воздухом смешалась, / И кончилась ее пора»).
Возможно, красота и драматизм истории, рассказанной Афанасьевым, вдохновили А.Н. Островского написать одноименную пьесу – «весеннюю сказку». В ней Снегурочка представлена как дочь Деда Мороза и Весны. Вот, что по этому поводу поведала сама поэтическая «мама» Снегурочки Весна-Красна:

Шестнадцать лет тому, как я для шутки
И теша свой непостоянный нрав,
Изменчивый и прихотливый, стала
Заигрывать с Морозом, старым дедом,
Проказником седым; и с той поры
В неволе я у старого. Мужчина
Всегда таков: немножко воли дай,
А он и всю возьмет, уж так ведется
От древности. Оставить бы седого,
Да вот беда, у нас со старым дочка –
Снегурочка.

По крайней мере, становится известен, по версии драматурга, приблизительный возраст Снегурочки: ко времени ее печального исхода ей было семнадцать лет.

II

Литературная работа над пьесой была закончена А.Н.Островским в день своего пятидесятилетия – 31 марта 1873 года.

Н.А. Островский

В том же году начинаются репетиции пьесы с императорской труппой в Большом театре. Одновременно Островский подготовил пьесу к публикации, о чем заранее договорился с Н.А. Некрасовым, фактическим руководителем журнала «Отечественные записки». Однако, узнав, что 11 мая премьера спектакля в Москве была принята без должных восторгов, Некрасов оценил пьесу очень дешево.
«Островский, крайне нуждаясь в деньгах, но сам не в состоянии выехать из Москвы, попросил своего близкого товарища, драматического актера Петербургской императорской труппы Бурдина, забрать рукопись у Некрасова и как бы невзначай предложить её М. Стасюлевичу»… Так «Снегурочка» была опубликована в сентябрьском номере журнала «Вестник Европы».

В 1874 году впервые прочел сказку Николай Андреевич Римский-Корсаков. И произведение совершенно не приглянулась композитору.
Спустя пять лет Римский-Корсаков снова прочел «Снегурочку», и в этот раз буквально «прозрел на ее удивительную красоту». Вскоре он лично встретился с писателем и получил разрешение на использование произведения в качестве основы либретто. Летом 1880 года Николай Андреевич принялся за активную работу над оперой. Этому способствовала и окружающая обстановка: пейзажи настоящей русской деревни Стелево.

Уже в феврале 1881 года опера была предъявлена общественности. Однако премьера оказалась малоудачной, как и несколько последующих постановок. Истинное начало театральной жизни «Снегурочки» приходится на 1885 год, когда опера была поставлена в Московской частной русской опере – театре, который был организован крупным промышленником и меценатом С.И. Мамонтовым и существовал на его средства (тремя годами ранее пьеса Островского была поставлена на домашней сцене Абрамцевского кружка в имении Мамонтова). Эскизы костюмов и декораций к опере были выполнены В.М. Васнецовым в содружестве с И.И. Левитаном и К.А. Коровиным.

III.

Да, образ Снегурочки манил художников.
Привычный нам облик снежной красавицы возник благодаря трем великим мастерам: В.М. Васнецову, М.А. Врубелю и Н.К. Рериху.

«Снегурочка». В.М. Васнецов. Государственная Третьяковская галерея.

Эта работа стала одной из самых узнаваемых картин художника. Предыстория её создания такова. В 1885 году художника, занявшегося оформлением оперы Римского-Корсакова, озарила идея создания собственного образа прекрасной героини. Готовую работу мастера мир увидел только в 1899 году. Моделью для Снегурочки стала младшая дочь С.И. Мамонтова Сашенька

Александра (слева) и Вера Мамонтовы. Фотография из собрания Музея-усадьбы Абрамцево

Александра училась живописи и рисунку у В.А.Серова и К.А.Коровина. В 1915-1917гг.- член правления местного дамского комитета Российского общества Красного Креста, попечительница Харитоньевского женского начального училища в Москве, создательница музея в усадьбе Абрамцево.
В 1928 г. по доносу была арестована ОГПУ и заключена в Бутырскую тюрьму, освобождена по ходатайству К.С. Станиславского. Более в Абрамцево А.С. Мамонтова не возвратилась.

М.А. Врубель в 1898 году создал образ Снегурочки, которую писал со своей жены – Н.И. Забелы-Врубель, исполнявшей партию Снегурочки в одноименной опере Римского-Корсакова. Картина находится в Государственной Третьяковской галерее

Эскиз для пьесы «Снегурочка» на сцене Русского драматического театра А.К. Рейнеке в Санкт-Петербурге. Государственный русский музей.

«Еще одна театральная постановка, которой Рерих уделил много любви и времени, — «Снегурочка» Н. А. Римского-Корсакова. Она пленила его еще в юные годы. Но далеко не все замыслы художнику удалось успешно осуществить. Первая постановка «Снегурочки» в декорациях Рериха шла в парижской «Opera Comique» в 1908 году, вторая — в 1912 году в Петербурге и третья уже в 1922 году в Чикаго. Обычно Николай Константинович присутствовал при создании декораций и сам подбирал для этого исполнителей. Но случалось, что в отсутствие Рериха эскизы попадали в руки безответственных ремесленников, искажавших его замысел. Так произошло с постановкой «Снегурочки» в петербургском театре Рейнеке. Николаю Константиновичу пришлось даже написать в одну из газет о своей непричастности к спектаклю».

В период репрессий 1927–1935 годов Снегурочка вдруг пропала.

Право на существование в Советском Союзе Снегурочка получила в 1935 году, после официального разрешения празднования Нового года. В пособиях по организации новогодних ёлок этого периода Снегурочка выступает наравне с Дедом Морозом как его внучка.

В начале 1937 года Дед Мороз и Снегурочка впервые явились вместе на праздник ёлки в Московский Дом Союзов. В военный период о Снегурочке вновь забыли. В качестве обязательной постоянной спутницы Деда Мороза она возродилась лишь в начале 1950-х благодаря усилиям детских классиков Льва Кассиля и Сергея Михалкова, которые писали сценарии для кремлевских елок.

«Снегурочка», А.А.Дейнека. 1954 г. Тамбовская картинная галерея.

«Произведение «Снегурочка» относится к позднему периоду творчества А.А.Дейнеки. Художника всегда интересовал образ современника, которого он воспринимал как гармонично развитую личность. Отсюда интерес художника к теме спорта, ставшей одной из ведущих в его творчестве. В картине «Снегурочка» А.А.Дейнека создал образ юной девушки-спортсменки, полный физического и духовного здоровья».

Снегурочка – персонаж удивительный, уникальной, существующей только в русской культуре. Ни св. Катерина, ни св. Люция, в день их именин выступающие в роли дарительниц, ни итальянская Бефана, в ночь на Богоявление кладущая детям в башмачки подарки, ни – тем более – снежная женщина из японского фольклора Юки-Онна не сравнятся с русской Снегурочкой. Потому что Снегурочка неповторима. Потому что она – наша!

М. Гар

P.S.

Эту красавицу – Кор киз (Снежная девушка) – мне посчастливилось запечатлеть несколько лет назад на площади Независимости в Ташкенте.

Новогодний юмор

Муж говорит жене:
– Если я буду вынужден задержаться в командировке и не вернусь к встрече Нового года, я пошлю тебе телеграмму.
– Можешь не трудиться. Я ее уже прочитала, она лежит в кармане твоего пальто.

* * *
Три стадии взросления мужчины:
1. Он верит в Деда Мороза.
2. Он не верит в Деда Мороза.
3. Он сам – Дед Мороз.

* * *
Маленький мальчик приходит домой после новогоднего утренника: лицо и ручки поцарапаны, вся грудь тоже в царапинах. Папа спрашивает:
– Сынок, что случилось?
– Да понимаешь, пап, мы в садике на утреннике водили хоровод вокруг елки… Детей мало, а елка большая…

* * *
Письмо Дедушки Мороза детишкам:
«Дорогие ребята – участники вчерашнего новогоднего праздника! Тех, кто получил два и больше подарка, прошу вернуть хотя бы мешок, шубу и бороду. И пожалуйста, отпустите Снегурочку, вы ее не так поняли… Ваш Дедушка Мороз».

* * *
Утро 1 января. На столе записка:
«С Новым годом!
P.S. Рассол в холодильнике.
P.P.S. Холодильник на кухне».

* * *
В мужской компании друзья вспоминают, кто как встречал Новый год:
– Я отмечал его на Гавайях, – море, пляжи, загорелые девушки…
– А я в Индии, верхом на слоне, всюду лотосы, бананы, гибкие танцовщицы…
– А я Новый год тоже вместе с вами отмечал, дома на кухне, только не пил.

* * *
Утpом 1 января, после встpечи Нового года, мужик с опyхшим лицом, кpасными глазами, небpитый, стоит у зеpкала и внимательно всматривается в свое отражение:
– Так вот ты какой, человек третьего тысячелетия…

«Услуги к Новому году»
(Объявления)

Бюро добрых услуг в новогоднюю ночь установит под окнами ваших врагов работающий компрессор.

Елочные гирлянды. Минимальная партия – 1 лампочка.

Новогодние «подарки» для ваших мышей и тараканов! Все виды отравы в празднично оформленных пакетах!

Снежные крепости, коттеджи, бунгало и берлоги под ключ.

Сауна «Ипполит» работает и в новогоднюю ночь. Мытье в пальто, ботинках и шапке.

Вниманию несостоятельных клиентов! Большие новогодние скидки от компании «Виагра»!

Хоровод – на дом! Предлагаем хороводы с частотой 400, 600, 800 и 1200 оборотов в минуту.

Шампанское питьевое, целебное, обогащенное микроэлементами. Газированное и без газа.

Новый конструктор «Телего» — отличный новогодний подарок для вашего ребенка. Игрушка развивает любовь к сельскому хозяйству.

Опытный психоаналитик отговорит вашего мужа от празднования Нового года!

Продам гениальный сценарий новогоднего застолья за бутылку водки.

Аудиторская фирма предлагает услуги по подсчету убытков от любых праздников.

Открыт пункт приема еловых иголок, лома новогодних елок, цветных стеклоигрушек.

Подготовил Т. Солиходжаев.

Ровно 20 лет тому назад в последнем декабрьском номере газеты «Ташкентская правда» был опубликован мой материал о некоторых впечатлениях после беседы с писателем Чингизом Айтматовым, состоявшейся двумя днями ранее.

Дело было так: Я воспринял этот звонок предновогодним и очень приятным сюрпризом. «Это я, Чингиз Торекулович,. я в резиденции на Шелковичной. Если есть немного времени, можно было бы встретиться».
Шла сессия Олий Мажлиса, обстоятельства требовали моего присутствия на работе, но я, конечно же, не мог отказать себе в удовольствии ещё раз увидеть нашего выдающегося современника и хоть какое-то время пообщаться с ним.

И хотя приёмная его люксового номера была заполнена узбекскими писателями, наша личная встреча затянулась на 2 часа. Я не предполагал в этот раз провести с ним специальную целенаправленную беседу, поэтому не захватил диктофона, не делал записей, о чём теперь сожалею. Разговор наш носил непринуждённый , свободный характер, , а темы затрагивались совершенно разные, мысли, высказанные живым классиком, были как всегда очень глубоки и значимы. Поэтому я позволил себе хотя бы в условном приближении пересказать их.

Сразу же оговорюсь: вопросы в основном задавал он и он же комментировал мои ответы. Прежде всего его интересовали вопросы развития кинематографии, литературы, науки, состояния межнациональных отношений, положения религии в духовной и политической жизни общества.
Любопытны его суждения по этим вопросам. Образ Амира Темура, по его мнению, ни в коем случае нельзя воплощать только лишь средствами однокрасочного «плаката» — это судьбоносная личность, «глыба», и величие её и всей той эпохи должно выражаться и воплощаться во всей многогранности, драматизме и противоречивости, и только очень талантливыми режиссёрами и актёрами.

Чингиз Торекулович согласился со мной, что наш давний долг — создать достойный кинофильм о Бабуре, не только как о поэте и и государственном деятеле, но и как о символе узбекско-индийских исторических отношений, как создателе централизованного государства в Индии, но добавил, что не менее важно вернуться к новой киноверсии об Улугбеке, чей гений и трагическая судьба возвышают его образ до шекспировской планетарности.

Узнав, что эту задумку пытался осуществить Шухрат Аббасов, но временно отложил, поскольку взялся за очень «болевую» для нас тему — «узбекского» или «хлопкового» дела, он горячо поддержал эту идею. Ведь на этих, во-многом, искусственно сконструированных «делах», а по сути — на горе и и страданиях миллионов людей, на незаслуженно запятнанном имени замечательного и трудолюбивого народа сделали себе политическую карьеру и сытую финансовую обеспеченность Гдлян, Иванов и иже с ними. Можно оценить благородство узбекского народа, который «не опустился» до физических разборок с этими хулителями и палачами Узбекистана, но то, что их надо всенародно «пригвоздить» к позорному столбу истории — это, без сомнения, «святое» дело.

Выразив беспокойство за непредсказуемые события, которые происходят в соседних Афганистане и Таджикистане («как могло случится, что народ, всегда гордившийся своей древней культурой, оказался в тисках страшных внутренних распрей и конфликтов, по сути перешедших грань цивилизованности?»), он заметил, что неумными и неосторожными действиями иных горе-руководителей многие люди сбиваются с толку, теряют ценностные ориентиры, замедляется, а иногда отбрасывается движение к прогрессу. А страдает, в конечном счёте, народ.

Эта абсолютная истина подтолкнула меня к вопросу: а не кажется ли писателю, что в общем-то простому человеку, во все времена живётся тяжко, равно как и то, что людям умным и мыслящим всегда бывает непросто, ибо их интеллект и совестливость не позволяют мириться с любыми нарушениями норм нравственности и законности, с любым унижением человеческого достоинства.
«Вы, конечно, правы, — ответил всегда склонный к философскому анализу жизни художник, — и «маленькому» человеку, вечно озабоченному решением вопроса о «хлебе насущном», и, с другой стороны, «избранникам Божьим» — людям пытливого ума и беспокойного кровоточащего сердца — всегда и всюду несладко, но, исходя их существующих реалий , не узбекистанцам сейчас сетовать на судьбу, ибо везде гораздо хуже — и в родном его Кыргызстане, и в Казахстане (тогда так и было! — А.Х.)
«В этот переломный период у Вас есть главное — стабильность, мир, спокойствие, гражданское и межнациональное согласие.Есть заметные подвижки вперёд, и есть уверенность — завтра будет лучше! Связывал он эту уверенность с деятельностью президента И.Каримова, которого уважал за «умение видеть далёкую перспективу, осознание незаменимости духовности в жизни человека и народа в целом». Знаю, что спустя некоторое время он несколько снизил восторженную тональность по отношению к главе нашего государства, но тогда его радовало, что в нашей республике с самого начала чётко определили, что место религии — во внутренней духовной жизни человека, но никак не в политике, не в государственной деятельности. «И хватит уже строить мечети и другие культовые сооружения в ущерб больницам, школам, библиотекам — это должны понять ваши «меценаты» — бизнесмены и предприниматели».

Как бы мне не хотелось продолжить эту бальзамирующую душу беседу, но надо было возвращаться на работу. Прежде чем попрощаться, я, следуя вечным законам гостеприимства, спросил: нет ли каких проблем у моего дорогого старшего друга, нет ли нужды в чём-либо?
«Что Вы — воскликнул отнюдь не эмоциональный человек. — В Ташкенте у меня не бывает проблем. Я здесь как в родном доме, — мне здесь всегда очень удобно и уютно. Узбекистан — чудесный уголок в безбрежном океане, где я отдыхаю душой. Слава Аллаху — теперь я надеюсь бывать здесь чаще», — подчеркнул он важность своей деятельности в качестве президента «Ассамблеи культур народов Центральной Азии».

Душа моя ликовала: всемирно известный писатель, давно уже избалованный вниманием и лаской, крупный дипломат, подолгу живший не только в родном Бишкеке, но и в Москве, и в Люксембурге, и в Брюсселе, где он был Послом, «пропел Гимн» любви и уважения к Узбекистану, к нашему Ташкенту. И не только устно, но и письменно, о чём свидетельствовало его праздничное поздравление, опубликованное в этом же номере газеты «ТП».

А.Ходжаев.