Казахстан, Киргизия, Таджикистан, Туркменистан и Узбекистан больше не являлись советскими республиками, и у них больше не было тех гарантий, которые давал им СССР на протяжении многих десятилетий. Правительства всех пяти стран сплачивала обеспокоенность негативным влиянием Афганистана, однако они расходились во мнении о том, как с ним можно бороться. Эти государства приветствовали любую помощь со стороны, однако единственной страной, готовой ее оказать, была Россия, которая присутствовала в этом регионе еще с царских времен.

Военная кампания, которую Соединенные Штаты Америки и их союзники начали в Афганистане после террористических актов в октябре 2001 года, дала Средней Азии передышку. Среднеазиатские правительства сотрудничали с американскими силами, позволяя международным силам коалиции пользоваться своими авиационными базами и дорогами, ведущими в Афганистан.

Узбекистан разрешил Соединенным Штатам воспользоваться аэродромом в Ханабаде. В свое время этой базой пользовались советские войска во время своей афганской кампании. В апреле 2002 года президент Узбекистана Ислам Каримов заявил в парламенте своей страны: «Решающую роль в устранении угрозы на южной границе Узбекистана сыграли Соединенные Штаты». В январе 2014 года, когда международные силы коалиции, согласно заявленному плану, «выводили» войска из Афганистана, Каримов обратился на День защитника отечества к гражданам своей страны со следующими словами: «Вывод миротворческих сил ISAF (Международные силы содействия безопасности) из Афганистана может стать серьезным испытанием для всех стран Средней Азии». Тогда Каримов призвал граждан «быть полностью готовыми к тому, чтобы противодействовать агрессии против нашей страны».

Лидеры других стран Центральной Азии говорили своему населению то же самое. Стремительное ухудшение ситуации в Ираке после вывода международных сил во главе с США заставило западных лидеров отказаться от вывода войск из Афганистана. Однако сегодня американская администрация дает понять, что вскоре подойдет время и иностранные силы все же покинут Афганистан. Сейчас обстановка на севере этой страны наиболее нестабильна за весь период операции с 2001 года. И страх, что тяжелая ситуация в Афганистане отразится на их собственных странах, снова вышел на первый план в Ашхабаде, Бишкеке, Душанбе, Нурсултане и Ташкенте.

Ближайшие государства, такие как Россия, Китай, Индия, Пакистан и Иран, как и западные страны, считают Афганистан потенциально опасным. Многие боятся, что из-за нестабильности он может распасться или превратится в надежный оплот международных террористических организаций. Более того, многие страны полагают, что, помогая среднеазиатским государствам бороться за стабильное будущее Афганистана, они могут расширить свое влияние в этом регионе.

Россия остается доминирующей военной силой в Средней Азии. Российские войска вошли на территорию современного Казахстана в первой половине XVIII века, и к концу XIX века Россия завладела территориями вплоть до южной границы с Афганистаном. После распада Советского Союза Россия сохранила контроль над 201 дивизией (это подразделение дислоцировалось в Таджикистане после окончания Второй мировой войны). Эта дивизия сыграла судьбоносную роль во многих внутренних конфликтах, которые вспыхивали в этой стране после обретения ею независимости.

Россия склоняет Туркменистан и Узбекистан, два государства Средней Азии, которые граничат с Афганистаном, к более тесному сотрудничеству в области региональной безопасности, и некоторые российские руководители воспринимают Среднюю Азию как «границу Содружества Независимых Государств» с Афганистаном. Узбекистан дважды присоединялся и выходил из российских региональных организаций. Каримов всегда с подозрением относился к российским планам относительно Средней Азии, и обращался к Москве за помощью только в случае острой необходимости. Каримов умер в 2016 году, а его преемник Шавкат Мирзиеев уже подтвердил, что может поддерживать с Москвой более тесные отношения, чем его предшественник, в особенно в оборонной сфере.

Вскоре после обретения независимости Туркменистан провозгласил нейтралитет, и в декабре 1995 года этот статус ему подтвердила ООН. Правительство Туркменистана воспользовалось этим статусом, чтобы избежать участия в каких бы то ни было военных союзах. Политика туркменского правительства в отношении Афганистана всегда была одинаковой: Ашхабад охотно имел дело с теми, кто стоял там у власти. Это объясняется, тем, что Туркменистан хотел экспортировать свой природный газ и электроэнергию в Афганистан и через него. Официально власти Туркменистана не признали талибов, но позволили им открыть свое представительство в Ашхабаде, надеясь, что это поспособствует строительству газопровода Туркменистан — Афганистан — Пакистан — Индия (ТАПИ). Этот проект принесет в казну Туркменистана миллиарды долларов.

Однако недавнее ухудшение ситуация на севере Афганистана нигде не сказывается так сильно, как в регионе близ границы с Туркменистаном протяженностью 750 километров. На границе Таджикистана с Афганистаном все время что-то случалось с тех пор, как Таджикистан стал независимым. Там регулярно происходят перестрелки между пограничниками и наркоконтрабандистами. Граница между Туркменистаном и Афганистаном оставалась относительно спокойной до февраля 2014 года, когда три туркменских пограничника убили безоружных людей, которые пришли из Афганистана. Туркменское правительство поддерживает относительно хорошие отношения с правительством Ашрафа Гани, но многие афганские регионы у границы с Туркменистаном контролируются талибами и при этом продолжают потреблять электроэнергию из Туркменистана. После инцидентов на афганской границе в феврале и мае 2014 года там произошли другие столкновения, унесшие жизни туркменских пограничников. Так в российских СМИ прошло сообщение, что в конце июня под Серхетабадом были убиты 25 военнослужащих. Однако Туркменистан опроверг это сообщение.

Правительства Таджикистана и Узбекистана поддерживают режим Гани, но в 2014 году появилась информация о том, что Ташкент и Душанбе связаны с событиями в Афганистане, которые не координировались с Кабулом. В последний год перед смертью узбекского президента в конце лета 2016 года поступали сообщения, что силы безопасности Узбекистана пересекают границу для задержания подозреваемых, некоторые из которых являются афганскими гражданами. Но с тех пор как президентом Узбекистана стал Мирзиеев, такой информации больше не поступало.

Афганские власти обвиняли Таджикистан в помощи талибам. В августе 2018 года депутат афганского парламента Камал Сапаи заявил, что талибы связаны с государствами «по ту сторону Амударьи» (большой пограничной реки) и что раненые талибские боевики отправлялись на лечение в Таджикистан. В январе 2017 года Душанбе опроверг заявления Кабула о том, что в Таджикистане ремонтируется оружие, принадлежащее талибам. Американские военачальники и афганское правительство и командование утверждали, что Россия поставляет оружие талибам через Таджикистан. Но Москва и Душанбе опровергли эти обвинения. В декабре 2015 года посол Российской Федерации в Афганистане Замир Кабулов подтвердил, что летом 2015 года высшее армейское руководство РФ несколько раз встречалось с полевым командиром талибов из провинции Бадахшан Кори Дин Мухаммедом Ханифом. Встречи проходили на российской базе в Таджикистане, по-видимому, без ведома таджикского правительства.

Сейчас правительства стран Средней Азии, Москва и Пекин считают главной угрозой в Афганистане боевиков «Исламского государства Хорасан». Это отделение «Исламского государства» в основном действует в Восточном Афганистане, но по крайней мере одна группировка, которую возглавлял убитый талибский командир в провинции Джозджан, граничащей с Туркменистаном, провозгласила себя частью этого отделения. В апреле 2018 года правительственные силы и талибы атаковали эту группировку и убили ее лидера — этнического узбека Карию Хитматула. По заявлениям и сообщениям правительств стран Средней Азии, России и Китая, в крыле ИГИЛ в Афганистане воюют представители всех среднеазиатских государств и уйгуры из Китая. Кроме того, к этой группировке присоединяется все больше боевиков, которые прибывают в Афганистан из Ирака и Сирии, где членов ИГИЛ выбили с территорий, которые они когда-то контролировали. Особо примечательно, что самую ожесточенную борьбу против членов ИГИЛ в Афганистане ведут талибы.

То, как руководство стран Средней Азии действует сейчас, не очень отличается от его подхода 25 лет назад, однако сегодня ставки выше. В начале 90-х гражданская война в Афганистане беспокоила правительства в Средней Азии. Случались инциденты, такие как события апреля 1992 года, когда около 200 афганских туркменов, вооруженных автоматами, вторглись в Туркменистан и устроили лагерь в пяти километрах от границы. В октябре 1993 года власти Туркменистана пожаловались, что афганская военная авиация провела бомбардировку близ туркменского города Тагтабазар. Время от времени из Афганистана через границу прибывали беженцы, но их возвращали домой, когда бои прекращались. Тем не менее, если не считать гражданской войны в Таджикистане, влияние Афганистана не выходило за пограничные территории. Иностранные силы могут выйти из Афганистана, но государства Средней Азии не могут передвинуть свои границы. События в Афганистане всегда влияли на то, как руководители в Ашхабаде, Бишкеке, Душанбе, Нурсултане и Ташкенте управляли своими государствами. Сейчас будущее региона неопределенно, а поскольку проблемы в Средней Азии могут сказаться и на более отдаленных регионах, некоторые внешние субъекты готовы предложить свою помощь или силой удержать проблемы Афганистана внутри страны.

Ведран Обучина