Использование глобальных финансов в качестве оружия стало излюбленным инструментом правительства США в достижении целей. При этом Вашингтон грубо попирает экономические права партнеров, повторяя опыт древних Афин. Но эта практика лишь ускорила падение греков — то же самое ждет и Америку, уверены авторы.
Когда иракские законодатели проголосовали за высылку американских войск из страны в начале этого месяца, администрация Трампа отреагировала быстро и решительно: она отказалась выводить войска и вдобавок пригрозила финансовым возмездием, заявив, что заморозит счета Ирака в Федеральной резервной системе США.
Эта угроза, как представляется, возымела свое действие. Несмотря на то, что иракские чиновники до сих пор негодуют из-за удара американского беспилотника, в результате которого 3 января погиб высокопоставленный иранский командир в Багдаде, премьер-министр страны Адель Абдул-Махди заявил, что его временное правительство не имеет полномочий добиваться вывода американских войск, и последние возобновили совместные операции со своими иракскими коллегами.
Однако эта кажущаяся нормализация обманчива. Американские войска находились на территории страны по приглашению иракского правительства, чтобы помочь в борьбе с «Исламским государством», или ИГИЛ. Отказываясь вывести их, администрация Трампа превращает добровольные отношения в принудительные. Не меньшее беспокойство вызывает и то, что Вашингтон делает это, угрожая лишить своего союзника ключевого финансирования, а этот шаг способен привести к финансовому кризису в Ираке, возможно, даже к экономическому краху.
Мертвая хватка Вашингтона, взявшегося за иракскую экономику, является крайним примером более обширной и вызывающей беспокойство тенденции: все чаще Соединенные Штаты используют свое привилегированное положение хранителя мировой финансовой системы, чтобы принудить и покарать тех, что возражает против их методов, будь то враги или друзья Америки. Они постепенно узурпировали систему, призванную помогать миру в целом, превратив ее в инструмент для достижения собственных геополитических целей.
Превращая финансовые отношения в инструмент империи, Соединенные Штаты следуют по стопам древних Афин. Опыт этого предшественника не предвещает для Вашингтона ничего хорошего. Афины использовали свою финансовую власть, чтобы оказывать давление на своих союзников, что лишь ускорило падение греков. Соединенные Штаты рискуют добиться того же.
Цена высокомерия
Ученые-сторонники школы политического реализма в области международных отношений склонны считать афинского полководца и писателя Фукидида одним из своих единомышленников — человеком, верившим в силовую политику и понимавшим жесткие реалии государственного управления. Они интерпретируют его Мелосский диалог, в котором афинские завоеватели рассказывают своим врагам о том, что сильные делают что хотят, а слабые страдают как должно, в качестве утверждения вечной истины международной политики: великие державы ведут войну друг против друга ради завоевания или защиты империй, а слабые государства пытаются выживать как могут. Однако Фукидид не был теоретиком международных отношений — он был историком. Его не столько интересовала возможность констатировать факт того, что вожди обладают ограниченным количеством опций для выбора, сколько исследовать, почему они порой делали столь неудачный выбор. Те речи афинян-триумфаторов, о которых он рассказывает, следует читать как свидетельство высокомерия, ставшее в конечном итоге камнем преткновения для руководителей города.
Согласно Фукидиду, империализм и высокомерие Афин были неотделимы друг от друга. Отбившись от персидского нашествия, Афины и их союзники сформировали союз городов-государств, Делосский союз, для защиты от любых посягательств со стороны Персии. Для этого каждый член лиги вносил лепту в общую казну, хранившуюся на острове Делос, а распоряжаться ею предназначалось в общих интересах. Однако Афины, самый влиятельный член этого союза, вскоре стали злоупотреблять своей властью. Афинский государственный деятель Перикл перенес казну с Делоса в Афины, где ее использовали исключительно в интересах одного города. Объединение, задуманное как союз, основанный на общих интересах, превратилось в империю, и Афины требовали дань от своих бывших союзников и в случае неуплаты грозились уничтожить или оккупировать их города.
Афинские лидеры, по словам Фукидида, знали, что они дистанцируются от бывших союзников и превращают нейтральные государства во врагов, но расценивали непопулярность как плату за власть. За высокомерие тоже пришлось платить. Преемники Перикла, в том числе воинственный Клеон, столкнулись с восстанием недовольных союзников Афин во время Пелопонесской войны. Враги Афин восторжествовали, что привело к падению города.
Финансы как оружие
Как и Афины, Соединенные Штаты и их союзники создали общую казну: глобальную финансовую систему и сложные институциональные механизмы, лежащие в ее основе. В их числе сеть обмена сообщениями SWIFT, клиринговая система доллара и готовность Федеральной резервной системы США предоставлять международную ликвидность во время кризиса. В совокупности эти механизмы позволяют государствам управлять своим богатством с беспрецедентным уровнем координации и безопасности. И, как и Афины в Делосском союзе, Соединенные Штаты были первыми среди равных, пожиная огромную выгоду от своей центральной роли в глобальных финансах и от верховенства доллара. Другие страны тоже извлекали из этого свою выгоду, в том числе 250 государств и государственных финансовых учреждений, которые доверяют свои деньги Федеральной резервной системе США. Соединенные Штаты предоставили услуги для общей выгоды, включая стабильную клиринговую систему для финансовых операций и чрезвычайные «своп-линии», которые Федеральная резервная система США внедрила после глобального финансового кризиса, что позволило зарубежным центральным банкам обеспечить долларами ослабленные финансовые учреждения своих стран.
Однако в течение последнего десятилетия Соединенные Штаты все больше и больше проявляют готовность использовать свою огромную власть в глобальной финансовой системе в собственных целях. Вашингтон уже не пытается оказать воздействие на своих противников, просто отрезав им доступ к американским фирмам и рынкам; вместо этого он часто вводит так называемые вторичные санкции, лишающие доступа к самой глобальной финансовой системе. Международные банки не могут выполнять свою работу без доступа к клиринговой долларовой системе, которую контролируют Соединенные Штаты. В результате они боятся недовольства американских регуляторов, способных оштрафовать их на миллиарды долларов и фактически закрыть их. Это позволило Соединенным Штатам оказывать давление на финансовые учреждения по всему миру в качестве прокси-регуляторов, способных отказаться вести дела с физическими лицами, предприятиями или даже государствами, которых коснулись санкции США. Использование глобальных финансов в качестве оружия стало излюбленным инструментом правительства США в достижении целей, столь разнообразных, как нераспространение ядерного оружия, борьба за права человека и смена режима. Противники США, например, Иран, столкнулись с крахом своей экономики. Но даже европейские фирмы, которые, как считается, с пренебрежением относятся к санкциям США, были вынуждены выплатить американским властям миллиарды долларов в виде штрафов, чтобы не стать неприкасаемыми изгоями в мировой экономике.
На ранних этапах выстраивания этой финансовой империи Соединенные Штаты, по крайней мере, консультировались со своими союзниками и давали им возможность выступить против мер, коснувшихся их компаний. Однако при администрации президента США Дональда Трампа Вашингтон не желает даже делать вид, будто отдает должное союзникам, получающим максимум заблаговременное предупреждение о грядущих санкциях, которые могут нанести ущерб их компаниям или загнать в тупик их внешнеполитические цели. Все чаще союзники США фактически являются объектами экономического принуждения США. Высокопоставленные американские чиновники, например, предупредили союзников США в Европе, что те могут столкнуться со вторичными санкциями, если попытаются спасти ядерную сделку с Ираном от 2015 года.
Теперь администрация Трампа использует ту же тактику, чтобы держать в заложниках экономику Ирака. Если Багдад заставит американские войска уйти, предупредил Трамп, Вашингтон примет ответные меры, применив «санкции, с каким они никогда раньше не сталкивались. На этом фоне иранские санкции покажутся слабыми». Предполагаемого союзника совершенно явно превращают в вассала.
Настоящая ловушка Фукидида
Администрация Трампа считает, что у таких стран, как Ирак, нет иного выбора, кроме как подчиниться воле США: важнейшая роль доллара означает, что Соединенные Штаты сильны, а другие слабы. Конечно, слабые будут жаловаться, чем они всегда и занимаются, но жалобы тех, кто не обладает властью, не имеют значения.
Однако высокомерная вера Вашингтона в неизбежность своей власти может в конечном итоге создать условия для того, чтобы эта власть рухнула. Значительная часть экономического и политического влияния Соединенных Штатов зависит от доверия иностранных государств и компаний к мировой финансовой структуре, над которой доминирует Америка. Если страна явно не управляет этой системой в интересах всех государств, а вместо этого использует ее в качестве простого инструмента принуждения, то ее влияние исчезнет.
Фактически этот процесс уже начался. Турция, член НАТО и союзник США, которая в последние годы стала опасаться «жала» американских санкций, работает с Россией над созданием платежных каналов, позволяющих международным торговым потокам обойти финансовую систему США. Новый исполнительный орган Европейского союза холодно и тщательно рассматривает, как наилучшим образом защитить континент от американской и китайской экономической агрессии. Даже близкие союзники Америки, такие как Великобритания, рассматривают возможность отклонить требование США о том, чтобы они блокировали строительство своих телекоммуникационных сетей китайским технологическим гигантом компанией «Хуавэй». Клиринговая долларовая система вряд ли рухнет, но государства и негосударственные субъекты могут рыть альтернативные туннели, способные постепенно подорвать и заменить ее. Чем больше доминируют Соединенные Штаты, тем больше стимулов получают их союзники, чтобы противостоять их господству или бежать в тот момент, когда это будет наиболее необходимо. И по мере того как доверие союзников США ослабевает, будет ослабевать и способность Вашингтона проецировать власть по всему миру.
Финансовое принуждение США значительно мягче террора со стороны Афин, убивавших и порабощавших население выступавших против них городов. Однако методы Вашингтона создают гораздо больше проблем, если служат для навязывания фактически военной оккупации, как это происходит сейчас в Ираке. Трения с правительствами, — как Ирака, так и других стран, — могут вынудить Соединенные Штаты развернуть большее количество войск, чтобы защитить военных, уже находящихся на территории этих стран. И даже для сверхдержавы проекция власти в таких масштабах окажется слишком дорогостоящей.
Могущественные государства способны создавать чрезвычайные коллективные блага, которые приносят пользу как их союзникам, так и им самим: финансировавшийся совместными усилиями оборонный союз — в случае Афин, или обширную сеть взаимоотношений, служащую опорой возглавляемой США глобальной финансовой системы на сегодняшний день. Великие державы также могут попасть в ловушку высокомерия. Они склонны полагать, что их власть — это данность, поэтому они могут относиться к менее масштабным государствам с пренебрежением. Как только эти государства становятся более уверенными и высокомерными в своем превосходстве, легкие формы империализма могут превратиться в более жесткие.
Ошибки Перикла открыли двери грубым и опасным демагогам, как Клеон, чье безрассудство подтолкнуло Афины к катастрофе. Последние администрации США создали перспективные инструменты экономического воздействия. Они никогда не представляли себе, что появится президент, который использует эти инструменты, чтобы угрожать уничтожить экономику союзника НАТО или будет наслаждаться, как «огромная экономическая мощь» санкций позволяет ему добиться гораздо большего, нежели «игры в нескольких солдатиков, стреляющих друг в друга на границе».
В честь хроникера падения Афин была названа «ловушка Фукидида» — идея, ставшая популярной в последние годы благодаря политологу Грэму Эллисону (Graham Allison), о том, что война вероятна в любой момент, когда набирающая обороты держава сталкивается с уже устоявшейся. Такова была судьба Афин и Спарты, утверждал Эллисон, и это может случиться сегодня между Китаем и Соединенными Штатами. Но подлинная ловушка Фукидида, в которую может угодить Вашингтон, связана скорее не с неизбежностью столкновения великих держав, а с непреходящим стремлением к имперскому влиянию. Решение Афин превратить общую казну в систему дани и подчинения оттолкнуло ее бывших союзников и ускорило крах ее могущества. Соединенные Штаты, возможно, пришли к повторению этой мрачной истории.
By Henry Farrell, Abraham Newman
Foreign Affairs (США)
