«Сейчас мы теряем в среднем 1 миллион евро в час», — говорит председатель правления группы Lufthansa Карстен Шпор.

У группы Lufthansa заземлено 95% флота, а ежедневный пассажиропоток упал с 350 тысяч человек до 3000. Более 60% персонала группы (87 тысяч сотрудников) переведены на государственные субсидии. Впрочем, этим цифрам больше недели. С тех пор ситуация явно ухудшилась. В прошлый четверг Lufthansa сообщила, что зафиксировала операционный убыток в размере 1,2 млрд евро в первом квартале. Но для компании это не смертельно: федеральное правительство во вторник пообещало Lufthansa 9 миллиардов евро дотации.

На сегодня в мире уже потеряли работу около 100 000 пилотов и 500 000 бортпроводников. Авиакомпании десятками возвращают лизинговым компаниям лайнеры.

Одна только авиакомпания Ryanair вернула 113 самолетов и уволила 900 пилотов, еще 450 летчиков будут уволены в мае. Emirates вернула 38 лайнеров A380 и отменила заказ на 150 машин Boeing-777.

Перечень таких бед огромен. И он растет.

Никто не знает, когда возобновится этот драматически прерванный полет. И значит, никто не решится прогнозировать, сколько средств понадобится компаниям, чтобы возродиться. И сколько времени.

После 11 сентября американскому рынку потребовалось три года, чтоб вернуться к «дотерактному» уровню. Но что такое 11 сентября в сравнении с мартом-апрелем 2020? Детская игрушка.

Завод Airbus в Тулузе каждый месяц штампует 60 машин А320-321. В марте и апреле все собранные лайнеры остались на заводских площадках.

Boeing сократит десять процентов рабочих мест в секторе пассажирских самолетов в США. Это может затронуть до 7000 сотрудников, занятых в производстве моделей 787, 777 и 737 Max, сообщило в среду вечером информационное агентство AFP.

Впервые в истории не хватает мест для парковки самолетов. Авиалайнеры направляют на специальные аэродромы для длительного хранения. В будущем они могут получить новых владельцев или станут источником запчастей для еще летающих самолетов.

В Германии крупнейшим паркингом ненужных лайнеров стал Дюссельдорф. Здесь уже запаркованы более 90 машин. Один день парковки обходится в среднем в 110 евро. В цену входит и ежесуточный осмотр самолетов техниками. Осмотр, конечно, внешний. Для аэропорта теперь парковка стала важным бизнесом.

Трагедия аэропортов требует отдельного рассказа. Например, пассажирский трафик во франкфуртском аэропорту упал на 96,8%. И даже поток грузов, несмотря на относительно высокий спрос в этом сегменте, тоже упал на 28 процентов. Немецкая ассоциация аэропортов ADV заявила, что в апреле происходит самый большой спад пассажиропотока со времен существования гражданской авиации.

В качестве экзотического примера приведу банкротство Air Mauritius, о котором объявили в минувший четверг. Немецкая Eurowings была «обанкрочена» в самом начале кризиса. Но к его спаду таких банкротств случится много десятков. Обречены малые компании, нефлагманские перевозчики небольших стран, арабские гиганты, чьи владельцы испытывают двойной шок: прекращение туризма и провал нефтяных и газовых цен.

IATA сообщает, что европейские авиакомпании на середину апреля задолжали своим пассажирам за невыполненные рейсы более 9 миллиардов евро. Разумеется, они не смогут выполнить своих обязательств по возврату стоимости билетов в 7-дневный срок и даже попытка исполнения этой нормы приведет к массовому банкротству.

Впрочем, самый жестокий и коварный удар вируса по авиаперевозкам сейчас незаметен. Карантин подорвал главный источник прибыли немецких перевозчиков: внутренние деловые полеты. К примеру, слот Берлин-Франкфурт-Берлин много лет был золотым для любой компании, которая его получала. Теперь число таких пассажиров упадет на порядок. Вот уже пять недель все совещания успешно проводятся по видеосвязи. Фантастическая экономия времени, средств и сил на этих сеансах окупает невозможность взглянуть прямо в глаза контрагента. И, кажется, этот вид перемещений уходит в историю прямо сейчас. Вместе с многомиллионными прибылями перевозчиков.

Сколько еще продлится этот мировой обморок? И что это, обморок или все-таки клиническая смерть мировой гражданской авиации?

Арсений Каматозов,
РГ

«В мире социального дистанцирования многие офисные работники не видели своих рабочих столов уже несколько недель. Но когда карантинные меры, связанные с коронавирусом, наконец, ослабнут, возможно, в мире будет меньше рабочих столов, за которые нужно будет возвращаться. Столкнувшись с внезапной необходимостью сократить расходы, в последние дни руководители компаний указывают, что их портфели недвижимости представляются хорошим стартом для этого, учитывая легкость, с которой их компании адаптировались к удаленной работе», — пишет Financial Times.

«Идея размещения 7000 человек в одном здании может быть в прошлом», — считает Джес Стейли из Barclays. «Может быть, нам не нужны все офисы, которые у нас сейчас есть по всему миру», — размышляет Дирк ван де Пут из Mondelez, а, по словам Серджио Эрмотти, UBS уже думает о том, чтобы выехать из дорогих офисов в центре города. Опрос, проведенный PwC на этой неделе, показал, что четверть финансовых директоров уже подумывают о сокращении объемов недвижимости, в то время как Site Selectors Guild, члены которой помогают компаниям находить новые здания, сообщила, что с момента начала кризиса приостановлена половина поисков офисных помещений в США», — говорится в статье.

«Том Стрингер, который возглавляет команду по подбору помещений в США в американской бухгалтерской фирме BDO, отмечает, что, хотя большинство его проектов продвигаются, клиенты ведут серьезные дискуссии по поводу сокращения расходов на помещения. «За шесть недель мы взяли почти все бэк-офисы корпоративной Америки и перенесли их на кухни и в гостиные, и все прошло довольно гладко, — говорит он. — Люди привыкают к этому. Теперь в корпоративной и правительственной Америке считается приемлемым, если в конференц-звонке на фоне маячит забежавшая собака или ребенок».

Похоже, не скучают по офису и многие руководители. «В последние шесть недель благодаря технологии, которую мы используем, у меня было гораздо больше контактов с 20 тыс. сотрудников, чем за последние шесть месяцев», — признается Джим Коллинз из биотехнологической и сельскохозяйственной группы Corteva.

«Салил Парех из IT-консалтинговой компании Infosys говорит, что ему было легче организовывать видеоконференции с клиентами из дома, чем ездить на встречи с ними. Он не видит большой нужды в том, чтобы его сотрудники как можно скорее возвращались в офис, и предсказывает, что некоторые из них останутся работать дома».

«Даже сэр Мартин Соррелл, 75-летний босс рекламного мира, управляющий S4 Capital, находит работу из дома «оживляющей» и ожидает, что это возвещает «постоянное изменение» в его рабочей практике. Бывший исполнительный директор WPP уже приступил к сворачиванию аренды в некоторых местах. «На недвижимость я трачу около 35 млн фунтов стерлингов в год, — сказал он. — Я бы лучше инвестировал это в людей, чем в дорогие офисы».

«Это тревожный месседж для руководителей коммерческой недвижимости, которые громогласно ставят под сомнение приемлемость удаленной работы. «Большинство из нас к настоящему времени уже столкнулись с неэффективностью работы из дома и скучают по взаимодействию и производительности, которые обеспечивает офисная среда», — отметил Томас Дьюрелс, один из руководителей Empire Realty Realty Trust, в начале этого месяца.

«(…) Крис Григг, исполнительный директор British Land, указывает, что «восстановление на первом этапе» после пандемии подтолкнет арендаторов к переходу к менее плотной организации. Он добавил, что у офиса есть будущее, хотя и в других формах. «(…) Вы должны иметь в виду, что есть люди, которые изо всех сил пытаются совмещать уход за детьми и их домашнее обучение со своей дневной работой, и еще больше младших сотрудников, которые снимают квартиры вскладчину и думают, что это не что иное как кошмар», — предупредил он».

«Боссы и владельцы недвижимости говорят, что их непосредственная забота — это как вернуть работников на рабочее место безопасно. «Сколько человек может работать в здании, если ограничить число людей в лифте до двух за один раз?» — задумывается Стейли. Некоторые компании сообщают о нехватке оргстекла, которое можно использовать для разделения столов, в то время как резко возросли цены на маски и другое защитное оборудование. Другие говорят о поэтапном возвращении и сменной работе, возможно, растянутой на семидневную рабочую неделю, когда офисы будут заняты лишь наполовину, чтобы обеспечить достаточную дистанцию между коллегами», — пишет Financial Times.

«Это поднимает вопросы, о которых многие люди не задумывались, указал Майкл Сильвер, председатель Vestian, консалтинговой компании в сфере недвижимости: «Нельзя нажимать на кнопку лифта. Нельзя касаться металлической двери. Нельзя использовать одну и ту же кофеварку с другими людьми… Должен быть совершенно новый протокол возвращения в безопасное, здоровое рабочее место».

«(…) Если компаниям будет требоваться меньше места, это может снизить стоимость коммерческой недвижимости на целых 30%, и он предсказывает: «Арендодатели будут пересматривать договоренности, а арендная плата будет снижаться так, как мы не видели с начала 90-х годов».

«Другие обеспокоены тем, что офисы, особенно небоскребы, просто несовместимы с государственными инструкциями по борьбе с Covid-19. «Перемещение 5500 человек по вертикали является большой проблемой при нынешних мерах по социальному дистанцированию», — подчеркивает Адам Голдин, глава британского бизнеса в CC Land, которой принадлежит башня Cheesegrater в лондонском Сити.

«Когда FX Collaborative, нью-йоркская архитектурная фирма, начала планировать открытие своих офисов, она обнаружила, что правила социального дистанцирования позволят ей разместить только четверть своих сотрудников. (…) Чтобы попытаться разобраться в некоторых проблемах, Дэн Каплан, старший партнер фирмы, изучает опыт китайских зданий, в том числе комплекса Wanjing Soho в Пекине, спроектированного Захой Хадид. Среди мер теперь он использует тепловизионный экран на рецепции, чтобы измерять температуру тела любого, кто входит в здание. Лифты имеют желтую разметку, напоминающую пользователям о необходимости соблюдать безопасные расстояния, и, как и многие лифты в Азии после эпидемии SARS в начале этого века, дезинфицируются ежечасно», — говорится в статье.

«Руководители утверждают, что коронавирус ускорил тенденции, уже менявшие рабочее место: общие рабочие столы и опен-спейсы со свободной планировкой, гибкий график работы и использование технологий, позволяющих работать из дома. Увидев, как половина из его 40 тыс. сотрудников успешно работают из дома, Джонатан Льюис, исполнительный директор Capita, заявил Financial Times, что он предвидит, что британский аутсорсер будет иметь «меньшую площадь недвижимости, когда пандемия закончится. (…) Однако не все смогут или захотят работать такими гибкими способами, особенно в таких жестко регулируемых отраслях, как банковское дело», — подчеркивается в материале.

«(…) Также теперь пересматриваются исторические инвестиции банков в «места аварийного восстановления», поскольку в период пандемии они оказались практически бессмысленными. Один банкир, чья компания вкладывает значительные средства в места, призванные обеспечивать непрерывность бизнес-процессов, указал: «Мы ежегодно несем эти расходы и поддерживаем эту инфраструктуру, а теперь изучаем, нужно ли это».

«Крис Льюис, руководитель отдела по работе с офисными помещениями в агентстве недвижимости Devono Cresa, добавил: «Мы приобрели помещения для непрерывности бизнеса для двух клиентов, и с обоими мы сейчас ведем переговоры, обсуждая варианты утилизации. Они — для другой эпохи».

«Скотт Стивенсон, исполнительный директор Verisk Analytics, с опасением относится к прогнозам о том, что офис изменится навсегда. Люди могут проводить меньше времени в офисе, потому что им нравится не ездить на работу, говорит он, «но еще одна вещь, которую мы узнаем, это то, что людям нравится ходить в офис. Рабочее место является одним из их важных сообществ, поэтому должен быть баланс».

Джошуа Чаффин, Джеймс Фонтанелла-Хан, Лора Нунан,Билли Науман, Джордж Хэммонд и Джо Реннисон