Новости Узбекистана

Лучше проинформировать, чем объяснять, лучше объяснить, чем оправдываться.

Ўзбекча Ўзбекча

Светлый сайт   

→ Судьба, вышитая бисером (часть 3)

Судьба, вышитая бисером (часть 3)

Судьба, вышитая бисером (часть 3)Глава 4

См. Глава 2

Хочу быть врачом


Окончание школы совпадает с победой советского народа над фашизмом. Аза и еще несколько подруг отправляются в Ташкент, чтобы поступить в высшие учебные заведения.

Так получилось, что из-за нерасторопности чиновников от образования не успели подготовить достаточное количество аттестатов зрелости, и выпускникам выдали справки. Это сыграло определенную роль в дальнейшей судьбе Азы Семеновны.

В Ташкенте она остановилась у родственников Евгении Михайловны, учительницы по химии.
Аза с детства мечтала стать врачом. Однако документы в медицинский институт у нее не приняли как раз из-за отсутствия подлинного аттестата зрелости.

Что делать? Вдруг кто-то из ребят сообщил, что в индустриальном институте принимают документы с временным удостоверением.

“Ну, что ж, пойду в индустриальный”, – решила абитуриентка. Спасибо замечательным учителям, она легко справляется с математикой и сочинением. И вот уже Аза студентка и живет в общежитии на Пролетарской улице.

Но, проучившись три месяца, Аза заболевает малярией. Учиться не было никаких сил, и она принимает решение бросить институт и вернуться домой, чтобы дождаться весны и все-таки поступить в медицинский.

И весна пришла, и мечта сбылась. Аза - студентка санитарного факультета, на лечебный не хватило баллов. Учеба была для нее удовольствием, несмотря на проживание в общежитии, в комнате на 40 человек. Впрочем, ей было не привыкать. Появились новые подруги - Зоя Лысева, Наташа Назаренко, Настенька Пшенцова, Юля Фаустова.

Аза чувствовала, как крепла в ней уверенность и воля, появилась какая-то непреклонность, исчезал страх. Училась студентка Зарзар хорошо, ей легко давались все специальные предметы, особенно любила анатомию. Кафедрой анатомии заведовал профессор Зиновий Герасимович Слободин, и для Азы занятия эти были сродни посещению театра. Она подолгу занималась препарированием органов и тканей.

Студенческая жизнь разнообразна. Не все же время учиться. В общежитии устраивались концертные вечера силами самих студентов. Танцы. Жизнь била ключом.

Не проходила мимо бывшей ссыльной и политическая жизнь института. Время было мрачноватое, и Аза Семеновна до сих пор с содроганием вспоминает бесконечные комсомольские собрания, обсуждение каких-то статей сомнительного содержания. Началась война с «лженаукой» генетикой. Разоблачение механистов - менделистов, морганистов. Дискредитация Менделя, Моргана, Вейсмана и даже Вавилова проводилась на собраниях. Студенты, не разбираясь в проблеме, выступали с шаблонными речами, единогласно порицали и отвергали генетику. Началась чистка профессуры. Сняли пожилого профессора Александра Михайловича Завадского, заведующего кафедрой биологии, в чем его обвиняли, молодые студенты еще не понимали, однако на собрании безмолвно голосовали за порицание.
Помните Галича?

И не внемля ни сердцу, ни разуму,
Для надежности спрятав глаза,
Сколько раз мы молчали по-разному,
Но не против, конечно, а за.

В конце второго курса Аза вместе с подругой Настей Пшенцовой готовилась к госэкзамену по анатомии, сидя в свободной аудитории кафедры физической патологии.

Было жарко, окна открыты. Неожиданно в аудиторию зашел молодой человек. Увидев девушек, он бросил несколько шутливых реплик и удалился. Азе Семеновне тогда и в голову не пришло, что это ее будущая судьба заглянула в аудиторию. Позже она узнала имя этого юноши - Эрик Ходиев.

После окончания 2-го курса Аза устроилась на работу, стала регистратором приемного отделения ТашМИ. Оно располагалось на первом этаже главного здания в бывшем кадетском корпусе. Работы было очень много. Больные стекались со всего города. Опыта Аза набиралась не по дням, а по часам – хирургия, травматология, гинекология, терапия. И все-таки главное, решила она, это хирургия.

Однажды, в первой половине воскресного дня, открылась дверь, и вошел тот самый молодой человек. Увидев девушку, хитро прищурившись, он сказал: «Это еще кто? Ну-ка покажите ваши руки? Ну, что ж, нормально, можете работать!» И важно удалился.

Эркли, или Эрик как все его называли, был студентом 4-го курса и тоже работал здесь, медбратом во 2-й хирургии, на втором этаже.

На третьем курсе начались клинические дисциплины, а еще - патологическая анатомия, патологическая физиология, все это было безумно интересно.

На дежурства, в приемный покой, очень часто приходили студенты старших курсов, завязывались знакомства, красавица Аза пользовалась повышенным вниманием мужской половины, но о замужестве она пока не думала. Однако Эрик все чаще и чаще пересекался с девушкой. Он стал приходить к ней, когда совпадали дежурства. Пытался ухаживать, но делал это неуклюже, по-мальчишески. Однажды, вроде в шутку, брызнул в глаза хлорэтилом. Со второго этажа юноша приносил больничную еду, подкармливал бедную студентку. Но дальше товарищеских отношения не заходили.

После 3-го курса Азу перевели на должность дежурной медицинской сестры. Работы прибавилось, но работы она как раз не боялась.

6 октября 1948 года в Ашхабаде произошло страшное землетрясение. Огромное количество раненых привезли в Ташкент. В хирургическом отделении бесконечной чередой шли операции. Рядом с Азой работал и Эрик, они стали чаще видеться, при встречах обменивались впечатлениями и постепенно узнавали друг друга. Сближали молодых людей и родственные судьбы – ссылка, аресты, бесправие, бедность (о судьбе Эркли Ходиева см.
очерк "Дети Бату"

Судьба, вышитая бисером (часть 3)

Однажды во время дежурства Эрик познакомил Азу со своей младшей сестрой Наимой. Она тоже училась в медицинском институте. И именно Наима попросила Азу выйти замуж за своего брата.
“Он очень любит тебя, - сказала она, – но сам стесняется сказать об этом”. После этого сам Эрик сделал предложение и стал настаивать на свадьбе. Подумав, Аза попросила его написать письмо ее родителям с предложением. Не прошло и часа, письмо было написано. Судьба девушки была решена.

Глава 5
Семья


Расписавшись, молодожены сняли комнату с глинобитным полом у одной старушки на Фигельской. Эрик притащил на спине железную кровать, из двух чемоданов сделали стол и застелили его голубой скатертью, собственноручно расшитую невестой. Угощенье никак нельзя было назвать роскошным – сосиски, хлеб и бутылка красного вина. Но ни скудная утварь, ни скромная снедь, ни дешевое вино, пахнущее керосином, не могли омрачить один из самых счастливых дней в жизни Азы и Эрика.

Жизнь стала постепенно устраиваться. Они учились и работали, теперь уже как одна семья.
Эрик оканчивал институт, Аза переходила на шестой курс. К этому времени младшая сестра Лана тоже поступила в медицинский, а родители Азы, получив, наконец, освобождение, переехали в Ташкент. С трудом прописавшись в столице Узбекистана, Семен и Ольга Зарзары брались за любую работу. Дворниками, садовниками, сторожами, везде, где можно было получить крышу над головой.

Вот такие были времена, когда дипломированный, когда-то успешный адвокат мог устроиться только дворником или сторожем.

В положенное время, в 1952 году, у Азы и Эрика родился первенец - белокурый, голубоглазый Валентин. В том же году Эрик окончил институт и получил назначение на должность хирурга в Кибрайскую больницу. Ему выделили одну комнату в доме напротив больницы, и вся семья переехала в Кибрай.

“Хочу учиться у Вишневского”, - однажды, вернувшись из больницы, сказал Эрик. Накануне он прочел книгу “Во имя человека” о великом хирурге и загорелся этой идеей. Но как этого добиться?
И вдруг, как-то вечером, открыв газету, Эрик прочел: «Институт хирургии имени А.В. Вишневского объявляет конкурс в аспирантуру, ординатуру…».

Это был тот толчок, который меняет жизнь. Эрик отправляет документы в Институт хирургии АМН СССР и через некоторое время получает обескураживающий ответ. Из-за отсутствия трехлетнего стажа в аспирантуру его принять не могут, но предлагают подать документы в клиническую ординатуру.

Однако молодой врач не отступил, взяв отпуск, он самолично отправляется в Москву.
С огромным трудом пробившись к самому Вишневскому, он производит на него настолько приятное впечатление, что академик распоряжается принять его в ординатуру.

Абсолютно счастливый, Эрик возвращается в Ташкент. Вскоре прибывает приказ о зачислении, и молодой врач вместе с женой отправляется в Москву.

Глава 6
Москва


В конце августа 1953 года поезд мчал Эрика и Азу в Москву. Несмотря на то, что вагоны были переполнены зеками – знаменитая амнистия 53-го года, – никаких неприятностей не случилось. Наоборот, бывшие заключенные довольно душевно отнеслись к супругам, называя их “Ломоносовы”.

В одном купе с ними ехала пожилая женщина, возвращающаяся из командировки. Ею оказалась Нина Васильевна Васильева, инспектор Министерства просвещения СССР. Очень приветливая и доброжелательная она, узнав с какой целью едет в столицу молодая семья, дала им адрес своих родственников, которые могут сдать комнату в Малаховке.

Москва встретила наших героев неприветливо. Было хмуро, шел дождь. На вокзале их встречал дядя Эрика по материнской линии Андрей, в семье которого они временно и остановились.

На следующий день Эрик без промедления отправился в институт, а Аза пошла в городской отдел здравоохранения, где ее сразу поставили на учет и тут же предложили работу в группе по охране атмосферного воздуха, поскольку она закончила санитарный факультет. Правда, мысли Азы Семеновны были обращены к хирургии, но мечты мечтами, а работать надо. Забегая вперед, скажу, что мечту свою она все же осуществила.

Эрика же определили в сосудистое отделение к профессору Николаю Ивановичу Краковскому немного близорукому, слегка картавящему человеку, обожавшему работать с диссертантами. Он и стал первым научным руководителем Эркли Ходиева.

Наступала эра хирургии сердца и сосудов. Появился сосудосшивающий аппарат Гудова, им уже работали профессор Андросов и его ученик М.Г. Ахалая. И темой своей научной работы Эрик выбрал заготовку и пересадку консервированных сосудов. Аза продолжала работать в горздраве.

По рекомендации своей милой соседки по купе, они сняли комнату в деревянном доме в Малаховке у очень милых и интеллигентных людей. Яков Васильевич был директором школы, а его супруга Лидия Александровна библиотекарь.

На работу и обратно ездили электричкой, переняв у москвичей привычку читать в поездке книги.
Жили очень скромно, ежемесячно выкраивая деньги для перевода в Ташкент.

Из Ташкента тем временем приходили грустные вести, тяжело заболел отец Азы -
рак желудка. Весной 1954 года Семен Ананьевич умирает, и Аза летит на похороны. Через некоторое время прилетает и Эрик. Горе соседствует с радостью - после долгой разлуки они смогли обнять сына.

Через короткое время они снова в Москве. Эрик с головой уходит в науку и практическую хирургию. Институт хирургии им. А.В. Вишневского находился в форпосте современной медицины, сюда часто для обмена опытом приезжали мировые светила хирургии, и Эркли посчастливилось работать с такими грандами, как Пьетро Вальдони, Кристиан Бернар, Михаэль Де-Бейки, Елена Тауссиг, Амарио Долиотти и многие другие.

К этому времени Аза Семеновна ушла из горздрава, устав от нудной, рутинной работы, и устроилась лечащим врачом в 38-ю московскую поликлинику, находящуюся рядом с Институтом хирургии.

30 мая 1956 года в Академии медицинских наук СССР состоялась защита диссертации Эркли. Защита прошла блестяще, и событие это в тот же вечер было отмечено банкетом в ресторане “Узбекистан”.

А осенью 1956 года, вернувшись в Ташкент, Аза рожает второго сына.

Когда-то Семен Ананьевич попросил дочь: “Если у тебя родится еще один ребенок, неважно мальчик или девочка, прошу тебя, дайте ему фамилию Зарзар, чтобы род наш не пресекся”. Об этой просьбе Эрик тоже знал, и никаких возражений у него это не вызвало. И вот счастливый отец двух сыновей, возвратившись из загса, сообщает:

«Ну, вот еще один Ходиев родился», - и протягивает Азе метрики. У Азы упало сердце, а как же папа? “Да ты прочти”, – смеется Эрик. И Аза читает - Зарзар Алексей Эрклиевич. Так два родных брата получили разные фамилии.

Конец 6-й главы.

Владимир ФЕТИСОВ.

(Продолжение следует).
Комментарии
Вопрос: Сколько пальцев у человека на одной руке? (ответ цифрами)