Новости Узбекистана

Лучше проинформировать, чем объяснять, лучше объяснить, чем оправдываться.

Ўзбекча Ўзбекча

Светлый сайт   

→ «Счастье с отмычкой»

«Счастье с отмычкой»

«Счастье с отмычкой»

Часть 2

Среди сверстников до последнего времени Саша ни силой, ни решительностью не выделялся и заводилой в компаниях подростков не был. Но, по признанию родителей, отзывам преподавателей института, где учился на первом курсе, был сверх меры самолюбив. А еще точнее – себялюбив, самоуверен. Он пишет о собственной незаурядности и необыкновенной сложности своей натуры (заметим, что вера эта не подкреплялась никакими реальными делами, ни в учебе, ни спорте): «Я не такой, как все…», «Меня нельзя понять, шучу я или плачу…», «Раз я хочу, значит, так должно быть. И это будет, потому что я могу все!»

В дневнике он пишет еще о разбитых им женских сердцах. Родители и соседи утверждали, что Саша был домоседом, приятелей имел мало, а с девушками не знался вообще. Но ему хотелось, чтобы Ольга воспринимала его именно таким – сердцеедом, донжуаном. И он прилагал немало усилий для этого.

Родители Ольги поначалу неплохо относились к дружбе дочери с Александром. Парень показался им скромным, обходительным. Ребята вместе смотрели видео, что-то обсуждали...

В ходе предварительного следствия Темиргалиев старался всячески обелить Нагаеву, приуменьшить долю ее соучастия в преступлениях. А на суде это джентльменство уступило место единственному желанию – любой ценой спасти себя. Он отказался от своих прежних показаний: «Нет, неправду я говорил, будто она пыталась удержать меня от преступления…» «Это Ольга сказала мне, где ее тетка спрятала деньги, это она подбила меня взять чужое…»

Семья Темиргалиевых живет зажиточно: собственный дом, модная мебель, дорогие ковры. Во дворе – гараж с новой «Каптивой». И неудивительно: отец – заведующий стоматологическим отделением большой клиники, мать – менеджер частного торгового предприятия. Саша никогда ни в чем не нуждался. Младший в семье, он был самым любимым ребенком. «Такой этикетный ребенок! – ахали знакомые. – Умеет вести себя в обществе, за столом…»

Вот так, этикетным ребенком, и прожил Саша Темиргалиев до семнадцати лет. В институт поступил без охоты: в школе учился плохо, да родители настояли. Теперь они безропотно платили немалые деньги за его учебу по контракту. Но Саша к будущей специальности был равнодушен и если бы можно было, учебу бросил бы легко, не жалея.

На правах ребенка, который честен уже потому, что сдачу в магазине отдает сполна, а в остальном не ведает, что творит, была в семье и Ольга.

Чем же была наполнена ее жизнь? Вот записи из дневника Нагаевой: «В школе все нормально, пока не вызывают». «Посидела один урок, пришла домой, легла в постель, посмотрела телевизор». «Звонил Саша, договорились встретиться». «Приезжал Саша. Поцеловались, побесились, посмотрели телевизор. Потом проводила его на автобус». «Были в кино, фильм не понравился».

Весь мир девушки на протяжении трех месяцев (да и предшествующих им тоже) исчерпывался следующим: пошли к подружке, посидели в скверике, встретили Сашиного приятеля, проводили его и т.д. и т.п.

Ни слова об учебе, о занятиях спортом или музыкой, ни слова о любимых книгах, любимых киногероях, о поиске призвания, интересного дела… Больше сказать Ольге нечего. Одно лишь перечисление мелких событий, их фиксация. Мыслей, оценок, можно считать, нет.

В отличие от Ольги Александр увлекался музыкой. Насколько он в ней разбирался? Судить можно по одной строчке в дневнике: «Взять у Толика диск, где пищит: а-а-а…»

На занятия в институте он почти не ходил, рассчитывал, что нужные оценки на экзаменах родители все равно купят.

Безделье этих ребят не тяготило. Саша и Оля считали, что живут друг для друга, что вот такой и должна быть их жизнь – вся в удовольствиях, если любить по-настоящему.

А было ли по-настоящему? Искренне, во всяком случае? Хочется верить, что да. Но… высокое чувство предполагает духовное обогащение, сознание ответственности за любимого. Конечно, если у юного человека есть кое-что за душой. Порыв, стремление (пусть порой наивное) сделать что-то полезное, доброе для людей. В данном же случае…

Вспыхнуло чувство и ушло в вакуум – духовный, нравственный, интеллектуальный… А как хотелось самовыражаться, самоутверждаться, претендуя при этом на исключительное положение среди своих сверстников, которые учились, работали…

Саша и Ольга считали, что жить в свое удовольствие можно, не трудясь. Нравилось им расплачиваться за такую жизнь чужими деньгами. О расплате другой, которая грядет за нарушение закона, они не думали. Не хотелось думать ни о чем плохом.

* * *
Родителям Темиргалиева и Нагаевой совершенное их детьми казалось невероятным до неправдоподобия. Нагаевы были буквально раздавлены случившимся, в кабинете следователя разговаривали тихо, опустив глаза. Когда заходила речь о поступках Ольги, тут же предлагали возместить убытки.

Темиргалиевы были настроены более агрессивно. Мать, когда ее приглашали для дачи показаний, переступала порог кабинета с патетическими восклицаниями о том, что ее сына «подставили». Отец же категорически отказался возместить нанесенный сыном материальный ущерб. Он считал, что с сыном все было бы в порядке, если бы не Нагаева. Оказывается, это она во всем виновата. И еще…

– Руководство института виновато! – убежденно говорила мать. – Обидели парня, не взяли «на бюджет», вот он и пошел гулять. А Нагаева эта просто сети на него расставила. Девчонке всего шестнадцать, а вот надо же…

Родители Ольги, в свою очередь, обвиняли во всем Александра и его родителей. И, разумеется, меньше всего свою дочь. Дома ее считали девочкой тихой, нерешительной, ленивой. Училась из рук вон плохо, пропускала часто уроки. Отец и мать повлиять на нее никак не могли. Да и не очень-то много прилагали к тому усилий. А тем временем появился один-единственный непререкаемый авторитет – Саша.

И, словно сговорившись, родители обоих подростков дружно обвиняли школу, институт, общественные организации… Словом, всех и вся. Только себя считали виновными меньше всех. Их дети – это ведь вам не какая-нибудь шпана, шныряющая на рынке «Кадышева» между прилавками! Они ребята из приличных, уважаемых семей, их нельзя судить по тем же законам, что отпрысков родителей-алкоголиков или бомжей!..

…Вот еще две короткие дневниковые записи: «Ольга – человек! Исполняет все мои приказы».

«Поругалась с отцом. У него в голове одни уроки, аж надоело. И я пошла провожать Сашу на автобус…»

Сейчас уже трудно определить наверняка, когда именно эти подростки ушли из-под контроля родителей, когда и как стали деформироваться их души, развился эгоизм, появились изворотливость, лицемерие, претензия на своеобразное суперменство. Но совершенно очевидно, что ко времени преступления родители для них авторитетом уже не являлись. В этом убедились все, кто присутствовал на суде.

Говоря о своих поступках, и Ольга, и Саша не произнесли ни слова о том, что совершенное ими принесло горе самым близким людям. Просили только суд ни в чем не винить родителей. При чем тут родители? Они – сами по себе…

– После произошедшего вам не было жаль людей, в жизнь которых вы вторглись, доставили столько неприятностей? – спросил следователь у Саши Темиргалиева. – Спали вы спокойно?

– Да, в общем, спокойно…

* * *
…На скамье подсудимых сидели самые обычные ребята. Внушающие даже сочувствие: такие юные, так любят друг друга… Впрочем, и в этом суд расставил иные акценты, высветил все яснее: Ольга Нагаева раскаивается, но винит во всем только себя. Ни единого слова в адрес Саши или его родителей. А вот Темиргалиев… Он все еще пытается играть в супермена. Проклинает Ольгу, ее родителей, собственных приятелей… Всех, всех – кроме себя.

Стоило ли рассказывать об этой истории столь пространно? Ведь рядом с нами сегодня происходят десятки правонарушений, где фигурируют несовершеннолетние, да и преступления эти порой покруче, с грабежами и убийствами…

Да, в рассказанной истории, к счастью, нет человеческих жертв и «телесных повреждений». Чем же она привлекла наше внимание? Может быть, именно хладнокровной продуманностью преступлений, совершенных не в порыве эмоций, не по пьянке, не от материальной нужды, – ради целеустремленного осуществления «теории» легкой жизни на незаработанные деньги, достижения счастья благодаря умело подобранной «отмычке». Теории тем более страшной, что «идеологом» ее оказался человек, только начавший жить…

Дилором Нурмухамедова.
Комментарии
Вопрос: Сколько пальцев у человека на двух руках? (ответ цифрами)
Топ статей за 5 дней

А зачем вообще нужна махалля, если она плюет на нужды людей? Пенсионер и инвалид II группы рассказала свою историю о том, как работает махаллинский комитет (видео)

Выгодная рассрочка от UZAUTO MOTORS

Ташкентцы продолжают ходить без масок: за два дня карантинный режим нарушили 429 человек и 137 предприятий

Стало известно, кто больше всех заработал в период пандемии COVID-19

expo
Похожие статьи
Теги
Дилором Нурмухамедова