23.6 C
Узбекистан
Вторник, 21 сентября, 2021

Крушение ШКОЛЫ В.Успенского? Часть 6

Топ статей за 7 дней

Подпишитесь на нас

51,905участниковМне нравится
22,961участниковЧитать
3,250участниковПодписаться

Часть 1

Часть 2

Часть 3

Часть 4

Часть 5

ЛЖЕСВИДЕТЕЛИ

Что самое запоминаемое в зарубежных фильмах о судебных расследованиях?

Правильно. Высококлассная работа адвокатов, которая позволяет в битве с прокурором добиться у судей для невиновного или даже преступника — свободы.

Но самой узнаваемой из таких кинофильмов является фраза, которую произносит Судья: «Клянётесь ли вы говорить правду, только правду и ничего кроме правды?». После чего свидетеля, эксперта или любого другого участника судебного процесса просят положить руку на Библию и произнести: «Клянусь говорить правду, только правду и ничего кроме правды. Так помоги мне в этом, Бог».

Очень эмоционально и эффектно. У нас в стране все гораздо более буднично. Клятву в Узбекистане заменяет предупреждение об уголовной ответственности свидетеля или эксперта за дачу заведомо ложных показаний и берут с него или них подписку — это эффективная мера, она более четкая, строгая и правильная. Потому что любой человек понимает, что за ложь ему придётся ответить.

Согласно ст. 238 Уголовного кодекса Республики Узбекистан «лжесвидетельство, то есть заведомо ложное показание свидетеля или потерпевшего, а также заведомо ложное заключение эксперта, при производстве дознания, предварительного следствия или в суде наказывается обязательными общественными работами до трехсот часов или ограничением свободы от одного года до трех лет, либо лишением свободы до трех лет».

А вот «подкуп свидетеля или потерпевшего к даче ложных показаний или эксперта к даче ложного заключения, либо переводчика к ложному переводу при производстве дознания, предварительного следствия или при рассмотрении дела в суде, а равно принуждение к лжесвидетельству посредством психического, психологического, физического или иного воздействия на них либо их близких родственников — наказываются ограничением свободы от трех до пяти лет либо лишением свободы от трех до пяти лет.

Абсолютно уверен, что НИКТО из свидетелей или экспертов, участвовавших в судебном расследовании, не вчитывались в эти наиважнейшие строки.

Судья перед опросом свидетелей или эксперта произносил стандартную фразу: «Подойдите к секретарю и распишитесь, что предупреждены о наказании за дачу ложных показаний». Звучало это как-то по-будничному, по-домашнему, или почти по-семейному. Подходили, расписывались… На все про все уходило не более 50 секунд – ровно столько времени, сколько написать свои ФИО и расписаться. Повторюсь, текст присяги НИКТО не читал.

Наверное поэтому, а скорее всего были и другие обстоятельства, но ВСЯ атмосфера судебного разбирательства была буквально залита аурой лжесвидетельств. 

«Дело было в … архиве»

Первое поверхностное знакомство с уголовным делом, в котором истец Министерство финансов против ответчика администрации школы, удивляет невысоким набором преступлений. Обычно следователи прокуратуры, привлеченные ревизоры, выуживают из бухгалтерских документов массу всяких нарушений. В этой истории ларчик открывался просто. На момент начала проверки в бухгалтерии не было никакого архива. Документы исчезли, потому как дирекция городского архива сообщила в прокуратуру, что бухгалтерские документы из Успенки к ним сданы не были.

Получается, что проверять нечего, но в уголовном деле против администрации Успенки появилась Статья 227 УК Республики Узбекистан «Завладение, уничтожение, повреждение или сокрытие документов, штампов, печатей, бланков…».

И тут во время судебного расследования бывший бухгалтер Р.С.Тугушева сообщает Судье, что абсолютно уверена, что ВСЕ папки из бухгалтерии были сданы в городской архив, о чем свидетельствуют копии документа, подтверждающего этот факт.

Ведущий судебное расследование вызывал в качестве свидетелей директора городского архива и еще двух сотрудников, которые должны были владеть информацией, о сданных или несданных в их организацию бухгалтерских документов Успенки.

Удивительно, но на вопросы Судьи о судьбе бухгалтерского архива все три свидетеля дали взаимоисключающие ответы, имеющие принципиальное значения для установления истины о финансовых злоупотреблениях (если таковые были) в Успенке.

Во-первых, директор архива извинилась за то, что отправила письмо в прокуратуру о том, что документов Успенки в городском архиве не имеется. Директор архива пояснила, что якобы вспомнила: «…Дамас с какими-то документами, как потом оказалось из Успенки, сгрузил множество папок на крыльцо архива и был таков. Я не знала, что это документы из школы им. В.Успенского, поэтому и дала такой ответ в прокуратуре.

Во-вторых, другой сотрудник архива пояснила, что документы были сданы в архив правильно и эта сотрудница внесла ВСЕ данные по привезенным папкам в компьютер городского архива, предоставив Судье при этом копию этой самой записи в компьютер.

В-третьих, ещё один сотрудник архива заявила, что все документы были сданы правильно, единственное, что не сделал директор Успенки – не оплатила услуги городского архива, в соответствии с контрактом, который был подготовлен и передан в школу в соответствии с существующими правилами.

Получилось, что несколько лет Д.Джамалова не оплачивала услуги городского архива, в котором документы, как бы официально не были зафиксированы, но на самом деле фактически были спрятаны от ревизорских и иных проверок. Комбинация просто гениальная.

Более того, теперь с администрации школы Судья снял обвинение по статье 227 УК, кстати, которая предусматривает «наказание штрафом от пятидесяти до ста минимальных размеров заработной платы или обязательными общественными работами от трехсот до трехсот шестидесяти часов или исправительными работами от двух до трех лет либо ограничением свободы от одного года до трех лет или лишением свободы до трех лет».

Ну, а что дальше с этим архивом бухгалтерии Успенки? Какие папки и в каком количестве сданы в архив? Есть ли на самом деле уничтоженные документы или ВСЕ находятся в полном порядке в архиве? Будет ли прокуратура проводить ревизию неожиданно обнаруженных документов? Боюсь, что все эти вопросы останутся риторическими.

Кручу-верчу, запутать хочу

Для судебного расследования Судья пригласил эксперта из Министерства занятости и трудовых отношений. Задача – дать оценку позиции адвокатов Д. Джамаловой, которые настаивали на том, что «мертвые души» — порождение не директора Успенки, а её замдиректоров и происки одного из бухгалтеров. Нести ответственность за все нарушения должны, кто угодно, включая профсоюзных активистов, но только не Д. Джамалова.

Эксперта из Министерства занятости и трудовых отношений Судья, адвокаты опрашивали целых три дня. Задавали при этом простые и четкие вопросы об ответственности за финансово-хозяйственную деятельность в школе.

Мне приходилось слушать разных экспертов, некоторые оценки, особенно связанные с религиоведческой или лингвистической экспертизой, действительно сложные и вызывали множество вопросов.

Но эксперт-трудовик просто поразил, то ли своей некомпетентностью, то ли попыткой ответить таким образом, чтобы угодить всем сторонам процесса…

Ни на один из нескольких десятков вопросов эксперт-трудовик не дал ни одного конкретного ответа. Все его ответы можно описать известной фразой -«Кручу-верчу, запутать хочу».

Судья пытался прояснить для себя – кто же несет ответственность за все что происходит в школе? Директор? Адвокаты продолжали настаивать – на распределении обязанностей в администрации, которые вот уже тысячу раз прочитал (вслух и про себя) эксперт-трудовик, но так и не смог прояснить финальную ответственность директора школы за многолетние незаконные выплаты «мертвым душам».

Апофеозом некомпетентности эксперта-трудовика явилось его заявления, со ссылкой на статью 82 «Порядок оформления приема на работу» Трудового кодекса Республики Узбекистан, о том, что если работа «мертвой души» выполнена какой ни будь «живой душой» – то работа считается исполненной.

Это мифическое утверждение (читатель может сверить его с текстом статьи) позволило адвокатам Д.Джамаловой зацепиться за него и смело утверждать, что ничего страшного с «мертвыми душами» вообще не произошло – работа ведь выполнялась – уборщицами, охранниками, настройщиками инструментов и т.д.

Следовательно, по мнению адвокатов, сумма ущерба, предъявленной администрации школы ревизорами, должна быть значительно уменьшена на сумму этих самых якобы выполненных работ.

О «выполненных» работах «мертвых душ» много рассказывали учителя Успенки и родители учеников школы, с которых постоянно собирали деньги на уборку классов, мытье туалетов, дополнительные средства для охранников школы, настройщиков музыкальных инструментов.

Для Судьи тоже все казалось ясным. Его несколько раз произнесенная фраза: «почему я должен верить тому, что мне здесь рассказывают о якобы выполненных работах?» — свидетельствовали о том, что попытки обелить преступления с «мертвыми душами» не такие уж и удачные.

Кстати, я не услышал из Приговора о каком-либо частном определении в отношении этих самых «мертвых душ». Я имею ввиду позицию людей, которые ни капельки не стыдясь заявляли, что оставляли свои трудовые книжки в Успенке для того, чтобы заработать на стаж и получение достойной пенсии. При этом, кажется, они даже не понимали, что вместе с администрацией школы обманывали государство. Нормальная позиция для мелких жуликов, выстроивших для себя оправдание по принципу: «Государство не обеднеет».

Позиция жуликов очевидна, но не понятна позиция Судьи, который не вынес (по крайней мере я не слышал) своего вердикта о том, как, по Его мнению, необходимо поступать с теми, кто реально не работая на определенном месте, но старается заполучить приличную пенсию за то, что не делал. Может быть жуликов необходимо наказать в рамках существующего законодательства?

Про скрипку. «Дело ясное, что дело темное…»

В уголовном деле, которое готовили сотрудники прокуратуры, есть любопытный эпизод, о котором обязательно необходимо рассказать.

В далеком 1997 году первый Президент Узбекистана решил поддержать талантливых музыкантов страны и купить для юных скрипачей скрипку итальянского мастера. В рамках соответствующего Постановления Кабинета Министров на международных торгах в Германии была приобретена скрипка (не Страдивари, Амати или Гварнери, конечно), но очень широко известного флорентийского мастера Пьетро Лоренцо Вангелисти, так по крайней мере значится в документах.

Скрипка была вручена ученику Успенки Даниилу Халикову, который выступал на этом инструменте на многих международных концертах. Позже скрипка была передана другому ученику Успенки Нодиру Хашимову и должна была передаваться по эстафете наиболее талантливым скрипачам знаменитой школы.

Естественно, что скрипка, купленную на международном аукционе и представляющую собой некую ценность, необходимо было застраховать, а ежегодные страховые платежи должны оберегать инструмент скрипичного мастера от кражи, поломки и т.д. Эта операция проводилась в рамках заключенного договора администрацией Успенки на протяжении всего периода нахождения скрипки на балансе школы.

Но следователи районной и городской прокуратур обнаружили, что в наличие в школе находится скрипка (по лейблам внутри деки) не Пьетро Лоренцо Вангелисти, а, ! Габриэлли (а это другой мастер).

У следователей возникли подозрения. Почему страховые платежи выплачены за скрипку Пьетро Лоренцо Вангелисти (как значится по официальным документам, еще с 1997 года), а в школе находится скрипка Габриэлли. Следователи прокуратуры посчитали, что в таком случае страховые платежи незаконны и вменили их в иск к обвиняемым по уголовному делу. Возможно, что следователи прокуратуры посчитали, что вообще скрипку подменили…?

Адвокаты Д.Джамаловой старались доказать, что обвинение необоснованно и пригласили выступить на судебном расследовании эксперта – Ярослава Шеломенцева, мастер-ремонтника струнных музыкальных инструментов, работающего в театре им.А.Навои.

Так вот, Я.Шеломенцев в ходе судебного расследования заявил, что скрипка, подаренная Даниилу Халикову (напомню, что по документам, произведенная мастером Пьетро Лоренцо Вангелисти) и та, которая находится в настоящее время в Успенке с лейблом Габриэлли – одна и та же.

Возможно, что Шеломенцев и прав – скрипка одна и никакой подмены не было.

Но меня смутили два факта.

  1. Ярослав Шеломенцев заявил, что идентифицировал обе скрипки, как один инструмент. Тот, что в Успенке он держал в руках и тот, что был у Даниила Халикова в далеком 1997 году. Сравнение он провел по черно-белой фотографии из газеты того времени. А такого вывода невозможно сделать — так считают российские эксперты, к которым обратилась редакция за консультацией. Кстати, Ярославу в тот год исполнилось всего 11 лет и скрипку Пьетро Лоренцо Вангелисти в 1997 году он вряд ли держал в руках.
  2. В качестве эксперта в суд мог был быть приглашен Шеломенцев Виктор Степанович, отец Ярослава – настройщик скрипичных музыкальных инструментов, который раньше был тесно связан с Успенкой.  В.С.Шеломенцев специалист гораздо более высокого класса, чем его сын и уж он точно держал в руках подарок И.А. Каримова Даниилу Халикову.

Но Судья принял к сведению «аргументы» молодого Шеломенцова и закрыл проблему.

«Душа скорее живая, чем мертва»… или наоборот

Во время судебного расследования пришлось услышать интересные мини истории, с которыми с удовольствием поделюсь.

По требованию адвокатов Д.Джамаловой в суд были вызваны свидетели, которые, по мнению следователей прокуратуры, лишь числились в Успенке и получали Незаработанную плату. Адвокаты Д. Джамаловой считали иначе: «Работали и точка». Среди таких были и ближайшие родственницы директора школы.

Многие считают, что в нашей стране непотизм  (кумовство) в крови большинства начальников. Привлечение к работе родственников, считают начальники – защита финансовых интересов семьи. Когда дело касается частного бизнеса – это личное дело менеджеров компании.

Но вот устройство на работу в государственное учреждение близких родственников, которые на самом деле ни черта не делают, а лишь числятся и получают Незаработанную плату – это уж точно не комильфо.

Судья, по требованию адвокатов допрашивал, ну, очень близкую родственницу Д. Джамаловой, которая некоторое время числилась в школе лаборантом.

«Лаборант», отвечая на вопросы судьи рассказывала, что помогала работникам бухгалтерии и отдела кадров в их нелегком труде. Помощь «лаборанта» была значительна и даже ощутима, так считала свидетель.

Сотрудники бухгалтерии, рассказали, что не видели в их рабочих кабинетах никакого «лаборанта», хотя в кабинете директора молодая девушка появлялась достаточно часто.

Удивительным казалось, что Судья не задал вопрос, который просто висел в воздухе. А почему лаборант, который должен был мыть пробирки в кабинете физики или химии (термин лаборант трудно понять иначе), якобы оказывал мифические услуги бухгалтерии или отделу кадров?

Такой вопрос расставил бы все точки над i. Но Судья вопроса не задал, возможно потому и так видел — «лаборант» просто врет.

Более того, адвокатесса директора предоставила Судье Приказ зачисления лаборантом этой самой близкой родственницы Д.Джамаловой, подписанной зам. директора школы Алимовым. Адвокатесса пояснила, что Д.Джамалова даже не знала, что её дочь «работает» лаборантов в Успенке.

А по инсайдерской информации на столе у Судьи находился Приказ зачисления на работу лаборанта, подписанный самой Д.Джамаловой. Копия этого документа находится в редакции. Один из Приказов – фейк. Но какой?

Думаю, что у Судьи был ответ на этот простенький вопрос.

Еще одна близкая родственница Д.Джамаловой ЧИСЛИЛАСЬ в школе швеёй (была оказывается такая должность).

Удалось зафиксировать интересный диалог.

Судья: — «Откуда вы узнали о вакантной должности швеи в школе?»

«Швея»: — «У меня мама (это родная сестра директора) работала врачом в школе, она мне рассказала про эту вакантную должность. А поскольку я очень люблю шить, то я решила устроиться в школу швеёй и шить вещи деткам (живущим в интернате при Успенке)».

По фабуле судебного жанра Судья должен был задать вопрос: «А какие вещи вы шили деткам, на какой швейной машинке и т.д.». Но вопросов от Судьи не последовало.

Зато последовал вопрос адвокатессы директора.

Представьте себе такую картинку. Первоклассница в школе, из документального фильма о счастливом детстве в СССР. Первоклассница сидит, строго скрестив руки, потом поднимает правую строго перпендикулярно парте и задает вопрос:

«Ваша Честь у меня вопрос к свидетелю, можно?»

Судья: «Да конечно, задавайте»

Адвокатесса: «А вы брали работу (шитьё деткам) домой?»

«Швея»: «Да, конееееечно брала и дома шила, я ведь очень люблю шить»

Я бы расхохотался, но побоялся, что Судья выставит меня из зала суда.

Хотя, мне показалось сам Судья тоже еле сдерживал свои веселые эмоции.

По инсайдерской информации деткам из интернета одежду подшивали иногда воспитатели, но чаще всего комендант Тюмина Раиса Васильевна. Именно в ее кабинете была установлена, та самая швейная машинка, на которой якобы очень любила работать племянница Д.Джамаловой.

Последним аккордом истории о лжесвидетелях можно упомянуть историю с воспитателем интерната, которая на самом деле была домработницей в доме у Д. Джамаловой.

Домработница в суде дала показания, о том, что работала лишь дома у директора, но получала заработанную плату, как воспитатель интерната Успенки.

Директор сообщила, что это самооговор и на самом деле дама работала воспитателем, а подрабатывала у нее дома, но за отдельную плату.

Более того, после судебного заседания директор встретилась с «воспитателем», и та сообщила, что ее якобы сотрудники прокуратуры заставили оговорить себя, угрожая денежными штрафами.

Финал истории оказался необычным.

Заместитель прокурора зачитала жалобу «воспитательницы» в прокуратуру, написанное уже после посещения ее директором, в котором она сообщила, что Д.Джамалова оказала на нее давление.

Судья принял документ от заместителя прокурора, но не обратил внимание на нонсенс – обвиняемая Д.Джамалова (по решению Судьи) не находилась под стражей, подписав соответствующий документ о надлежащем поведении, который никоим образом не допускает общение со свидетелями или тем более давление на него. Причем партнерами для давления Д.Джамалова выбрала себе арендатора столовой, персонального водителя.

Но Судья безмолвствовал.

Еще одно интересное наблюдение.

Адвокаты директора пытались доказать Судье, что следователь прокуратуры «фабриковал» показания свидетелей. Писал протоколы самостоятельно, а свидетели лишь их подписывали, не вчитываясь в текст допроса или вовсе его не читая.

Адвокат директора выходил к трибуне показывал свидетелю копию допроса и задавал стандартный вопрос: «Почему вы сейчас, здесь в суде, говорите, что не сообщали эту информацию следователю? Ведь здесь стоит ваша подпись?».

«Да подпись моя, но я текст не читал, просто подписал. Очки дома забыл…», или «был в стрессе, в прокуратуре обстановка такая…», или «сильно испугался», или еще какие-то причины, по которым свидетели, якобы не читали свои показания и подписывали протоколы допросов не глядя.

Адвокат директора победоносно смотрел на Судью. Мол, вот, разве этим сведениям мы должны верить?

Но тогда получается, что свидетели оговорили директора во время предварительного следствия и за это они обязаны нести ответственность, включая уголовную, не так ли?

Вот что рассказали некоторые свидетели.

В прокуратуре все допросы записывались на видео. Свидетеля дважды спрашивали о точности данных ими показаний, в начале и в конце допроса.

Значит свидетели лгали уже Судье (отвечая на вопросы адвоката), который мог запросить эти видео доказательства, на основании которых уличить свидетелей в лжесвидетельстве и привлечь их к ответственности, не так ли?

Но всего этого не случилось. Видимо Судьи не заморачиваются на такую «ерунду». Вообще о Судьях, с которыми пришлось столкнуться в рамках журналистского расследования по школе Успенского я расскажу в следующих главах.

Виктор Михайлов

(продолжение следует)

9 КОММЕНТАРИИ

  1. Да здравствует наш суд!!! Самый гуманный суд в мире!
    По чем нынче белые нитки !?

  2. Поражена до смеху😂! Родной Узбекистан! Что творится!?? Позорище!!! Люди, во главе Прекрасного…. позор вам!!! ПОЗОР!!!

  3. Я с ужасом думаю о том, ЧТО БЫЛО БЫ, если бы Виктор Михайлов не присутствовал в течении 4 месяцев 2 раза, а то и трижды в неделю по 2-5 часов на заседаниях и сидела одна! Свидетели врали , совещались с подсудимыми, обнимались , показывали «на созвоне» без страха порой прямо перед помощником прокурора, УГОЛОВНЫМ судом. Я писала об этом в прокуратуры! . Специалисты министерств , архива не прячась получали ценные указания до заседания и в перерывах. Как Гуцалова, она же кассир, она же гардеробщица, она же швея , она же «держатель общака», как ее назвал Судья давала указания во время следствия , чтО надо врать в прокуратуре и эта запись просочилась и все слушали ее ЦУ «мертвой душе». А стоило мне слово сказать Судье о происходящем , адвокаты начинали возмущаться и требовать вывести меня из зала…. лишь единицы из свидетелей решили не идти, чтобы не терять свое лицо или зная об ответственности за лжесвиетельствование. Судья Цветков официально при всех попросил меня найти тех свидетелей, которые никак не хотели прийти, а адвокаты Джамаловой настаивали на явке всех свителей. , двое важных свидетелей не шли от страха перед Джамаловой, которая до сих пор не отстранена, боялись идти в суд и фактически давать показания против нее. Просто потрясаюше ДИРЕКТОРА боятся больше , чем Прокуратуры! Эти свидетели согласились дать только письменные показания , скрины наших диалогов, которые я предоставила и суду, и в генпрокуратуру, и городскую и в районную… надеюсь, они приобщены к материалам дела . Очень интересно будет узнать решение апелляции. Один из свидетелей- липовый замдиректор, которой не отдавали трудовую книжку годами после увольнения и его зарплатой прекрасно пользовались даже карточку оформили, как выяснилось, а второй — моя коллега, которая заявляла в прокуратуру в 2018 году о мертвых душах , но дело было спущенно на тормоза. А двое все таки пришли, только одна воспитатель смело дала отпор Джамаловой прямо в зале суда, а домработница чуть в обморок не упала прямо в зале заседаний, но сказала правду трясясь от страха. Страх свидетелей перед директором мне стал понятен, когда я услышала на след день зачитанное помощником прокурора вслух заявление домработницы, которое она догадалась написать утром в ГОВД И Прокуратуру о ночном визите подсудимой директрисы со своей командой , да еще сотрудника милиции сумели уговорить и пресовали ее вчетвером, требуя переписать заявление!!! я вспомнила как мне самой прилюдно угрожал расправой двоюродный брат Джамаловой в интернете , что мне заткнут рот . заявление на него лежит в ГОМ 4.. Я смогла за себя постоять, а домработница, равно как и уборщицы, сантехники, воспитатели и прочие реально не смогли бы, сама убедилась. Надо же как в жизни бывает. Перестали следователи жестко допрашивать , начали сами подсудимые пресовать . Потому -то постоянно оглядывались на допросе , глазами спрашивая «верно говорю». А если Судья задавал обычный , но неожиданный вопрос начинали путаться, так глупо выкручиваться, что не выдерживали сами подсудимые и смеялись над ними. Только невозмутимая Гуцалова, которая только и твердила «я,все я» сидела в одной позе все заседания , как помните в фильме «Том Соейер» индеец Джо на суде? «Прекратить балаган»самая частая фраза Судьи была, кстати, особенно часто в отношении одной из адвокатес… . В.Михайлов увидел многое за эти 4 месяца и еще на 800 страниц захватывающего материала хватило бы! Сейчас идет процесс апелляции, 5 августа третье должно состояться . Члены ОПГ наконец прозрели, что всю вину директор с адвокатами пытаются свалить на них. Я не знаю все тонкости процесса, но надеюсь, что еще не поздно или , если не передумают в очередной раз говорить правду, то заведут еще уголовные дела. . Мне не жалко осужденных или все еще подсудимых. Они не щадили наше право на свои честно заработанные деньги. Они знали, что в наш не самый тугой учительский карман запущена рука Кстати, ДО СИХ ПОР, уже 30 июля,отпускные 2021 года НЕ ВЫПЛАЧЕНЫ . Бухгалтер выкручивается — глазом не моргнет о причинах невыплаты, министерство культуры как всегда беспомощно- позорно разводит руками , не прошло и три года пара -тройка бывших коллег решились и написали в Портал. Ждемс, говорят 15 дней…! То есть ВРИО -протеже директора ,занимается тем же самым , только не отдает себе отчета, что отвечать за действия и бездействия будет она одна, потому что подпись ставит везде она и лепет » я не знала» у НЕЕ не пройдет. Пусть через год, но будет держать ответ! С той лишь разницей , что останется ОДНА в парном катании с бухгалтером. … Справедливость все равно воссторжествует! Пусть позорно врут сколько хотят.

  4. Директор школы находится под следствием и с вынесенным приговором не отстранена?
    Что за чудесная страна!!??)))

  5. Апелляция-это когда вы просите один суд проявить неуважение к другому суду. Прокурор и адвокат, выступающие в суде, -люди,которые по сути своего профессионального долга вынуждены говорить полуправду. Прокурор — только плохое, адвокат-только хорошее об обвиняемом. Если жёстко карать за мелкие преступления, то большим неоткуда будет взяться. Провосудие походит на замаскированную девицу. Её добивается истец, её манит прокурор, её соблазняет адвокат, её поддерживает судья, которые в конце концов и овладевают ею !
    Мысль о том , что » надо сойти с дороги правосудия , оно СЛЕПО » — РАЗОЧАРОВЫВАЕТ ! Но ! Истина, ПРАВДА, СПРАВЕДЛИВОСТЬ -то что обязательно приведёт к положительному концу во всей этой позорной страницы истории школы им. В.Успенского!
    РЕСПЕКТ — журналисту за смелость в освещении данного УГОЛОВНОГО ДЕЛА !
    Министерство культуры — нет слов………!

  6. Отпусные людям выплатили . 31 июля. Низкий поклон вам СМИ и новым временам , которые дали вам силу голоса!

  7. Несколько раз внимательно прочитала статью. Если в школе была швея, почему я – педагог и концертмейстер высшей категории, получив от коменданта рулон ткани, стоя дома на четвереньках, отмеряла нужные метры, разрезала и шила чуть ли не на весь этаж занавески? Почему из года в год я забирала домой тюки с огромными занавесками из вестибюля, чтобы их выстирать, когда в школе есть прачечная? Зачем мне ходить к врачу в поликлинику, подвергая себя опасности заразиться чем-то еще, если можно сфотографировать горло, записать на диктофон, как ты кашляешь, и выслать это все врачу ? Ведь врач – профессионал. Он, как и эксперт по музыкальным инструментам, сможет все определить по черно-белой фотографии и на слух по телефону…. В школе Успенского, как и во всех музыкальных учебных заведениях, катастрофически не хватает концертмейстеров. С одной стороны, мы не имеем права заставлять людей работать бесплатно с детьми, не входящими в их нагрузку. С другой стороны, мы не можем предлагать родителям нанимать частным образом концертмейстеров для их детей. Если представитель Министерства занятости и трудовых отношений озвучил 82 статью Трудового Кодекса РУз (в которой ничего из того, что он озвучил, не написано), почему в прошедшем учебном году с педагогов школы удержали огромные суммы, потому что в нагрузку этих педагогов было внесено учебных часов больше нормы, которую установило министерство? Ведь педагоги честнейшим образом все часы отработали, уроки были проведены, дети не гуляли в коридорах, а получили знания на уроках этих педагогов. Почему концертмейстеры могут работать по замещению только один раз в четыре месяца в течение трех недель в то время, как чья-та мертвая и невидимая душа с любовью что-то штопает, моет пробирки, отлаживает электрические приборы? Почему бы нескольким «мертвым душам» вместо школы не прийти, например, ко мне домой в то время, когда я после работы туда прихожу только спать, и не пропылесосить и не вымыть полы, не сварить обед? А на следующей неделе пойти к другому, столь же занятому работой сотруднику? Почему категорически нельзя оформить «мертвым душам» трудовые книжки и пусть по ним работают концертмейстеры, педагоги, которых так не хватает школе? Ведь они-то честнейшим образом все отработают. И факт их работы подтвердят десятки учеников и родителей! Почему я боюсь потерять «бумажку», называемую Классный журнал, и папку с документами, подтверждающую кровью и потом отработанные педагогические часы, в то время, как можно потерять документы, в которых зафиксированы суммы истраченных денег, выделенных государством. Почему в одном случае закон превыше всего, а в другом – «закон — что дышло: куда повернул, туда и вышло». И это в одном и том же учебном заведении!!! Вспоминается фраза из «Кавказской пленницы»: «А ты не путай свою личную шерсть с государственной». Получается, когда деньги с мертвых душ идут в личный карман – можно. Когда на благо всеобщего дела – не смейте нарушать закон…. Почему можно собирать с родителей деньги на охрану, на уборку и категорически нельзя оплатить труд концертмейстера, без которого невозможно подготовиться и сдать экзамен? В таком случае Фемиде пора, помимо повязки на глазах, воткнуть в уши бананы, а на весы положить два кошелька….

  8. Гульнара Бабаджанова. Большое спасибо автору Виктору Михайлову за принципиальный подход к вопросам коррупции, ее искоренению, за скрупулёзное, тщательное и очень трудоёмкое профессиональное журналистское расследование. Материалы автора также показали и состояние нашей судебной системы, которая ,по заявлениям и государственным документам , находится в стадии широкомасштабной правовой реформы. Остается только надеяться, что серия материалов всё-таки вызовет соответствующий резонанс и будут приняты соответствующие решения для наказания виновных и искоренения подобных безобразных явлений в будущем. Отрадно, что СМИ стали на защиту правды и справедливости , добиваются большей транспарентности и продолжают вскрывать такие безобразные явления в стране.

  9. Да уж ….во главе таких флагманов как Консерватория,шк.Успенского,должны стоять люди ,которые болеют за искусство,отстаивать интересы своих подопечных ( в первую очередь педагогов,которые ещё могут вырастить , таланты мирового уровня) болеть за свое дело ,а не за свой карман . ИМХО
    P

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь

Последние новости

Хокимияты оплатят контракты на обучение в вузах одиноким женщинам

Постановлением правительства (№577 от 17.09.2021 г.) утверждено Положение о порядке материального обеспечения получения высшего образования нуждающимися девочками, потерявшими родителей...

Больше похожих статей

ЎЗ
×