Главная > Мои узбекистанцы > Я тебя узнала, мама!

Я тебя узнала, мама!


Я тебя узнала, мама!

Однажды услышав о русской женщине, удочерившей в Афганистане сироту, я долго искал их. И куда только не обращался, но нашел. Помог мой давнишний друг, один из авторов нашего сайта Ало Максумович Ходжаев. После публикации очерка во всесоюзной и республиканской печати, на киностудии «Узбеккинохроника» о Шакуфе был снят документальный фильм. Этот очерк был написан двадцать лет, но, мне кажется, он не потерял своей актуальности.

Я тебя узнала, мама!

Пятилетнюю Шакуфу подобрали в сожженном дотла пуштунском селении недалеко от Кандагара. Душманская банда не пощадила никого, из всего племени чудом осталась жива только она. В кабульский приёмник управления «Ватан» («Родина») по делам воспитания детей девочку привезли советские воины.

За пять месяцев, проведенных здесь, она не подружилась ни с кем из живших рядом с ней детей. Состояние девочки было крайне тяжелым.
В первую минуту, увидев Шакуфу, Зоя Владимировна почувствовала, как её всю передернуло. Она подумала о том, как облегчить судьбу этот маленького существа, как вернуть то, что у неё отняли: улыбку, здоровье, родительскую ласку…

За год с лишним тревожной жизни на афганской земле Зоя Владимировна успела увидеть кровь, страдания, раненых детей. Это напоминало ей свое детство, страшный голод военных лет.

Я тебя узнала, мама!

…Семью, в которой шестилетняя Зоя была старшей из троих детей, война застала в городе Миллерово под Ростовом. В первый же день отец ушел на фронт. Когда пришли немцы, Зоя чуть было не погибла. Матери с трудом удалось доказать полицаю, что девочка украинка. Верхом на лошади, вцепившись в волосы, он волок Зою к яме, где фашисты расстреливали евреев. Мать, обезумев, бежала за ними через весь город…

Больше всего на свете Зоя Владимировна возненавидела зло и насилие.

Первый раз пригрев Шакуфу, она ясно поняла, какую ответственность берет на себя: сыновья взрослые, силы еще есть.

Девочка сразу поверила, что эта женщина её мать. Их разлучила война, и вот теперь мама пришла за ней.

21 января 1985 года стал вторым днем рождения Шакуфы - Зоя Владимировна Шендрик забрала её из детского приёмника. В Кабуле выпал снег и было холодно. Она укутала девочку в свою кофту и всю дорогу до гостиницы ехала, крепко обняв. Первое, о чем Шакуфа спросила в машине:
- Мама, в тебя тоже стреляли душманы?

Зоя Владимировна никогда не видела в детских глазах столько страдания.

* * *
В Афганистан она прилетела в ноябре 1983 года. В Кабульском аэропорту её встретил муж Александр Павлович Шендрик, находящийся здесь в заграничной командировке. Оттуда они сразу вылетели в Джалалабад. В первые двадцать минут, сидя на ящиках в грузовом отсеке вертолета, она плакала без остановки. Муж дал ей очки с дымчатыми стеклами и сказал:
- Зоя, ты знаешь куда прилетела. Чтобы это были последние слезы.

Обстановка была напряженной. Городок советских специалистов, в котором они жили, находился в двенадцати километрах от пакистанской границы. Долину с вечнозелеными деревьями – Джалалабадский ирригационный комплекс, освоенный с помощью нашей страны, - окружали горы Гиндукуша.

Зоя Владимировна без дела сидеть не могла. Узнав, что не хватает учителей русского языка, сразу пришла в организованное в Джалалабаде профтехучилище.

Я тебя узнала, мама!

Семь советских преподавателей во главе с Алексеем Михайловичем Харченко, учителем из Киева, готовили здесь кадры водителей, трактористов, электриков. Училищу выделили добротное здание с гаражом, построили мастерские.

Вначале приходили люди самого разного возраста, рядом с юношами за парты садились мужчины в годах. «Хлеб. Мир. Родина» - эти первые слова учили на слух.

На уроках, помимо переводчика, в конце класса, лицом к ней сидел автоматчик: рядом Пешавар – осиное гнездо душманов, и нападения можно ожидать в любой момент.

Зоя Владимировна отдавала ученикам много времени и сил. Афганцы к ней привязались. На уроки приносили полевые цветы. После занятий вместе оформляли стенды, рассказывающие о Советском Союзе. Разглядывая открытки и фотографии, они очень удивлялись и не верили – совсем не такое представление о нашей стране воспитывали у них.

Душманская пропаганда была предвзятой до дикости. В многочисленных листовках говорилось, что шурави – так называли советских воинов – грудных детей употребляют в пищу. И запуганный, полуграмотный народ верил в это. В одном селении почтенный мулла в своей проповеди заклинал жителей отдать детей Аллаху самим, чем их съедят чужеземцы. Наутро наши воины в еще теплом костре нашли обугленные трупы младенцев.

Зоя Владимировна делала все, чтобы переубедить их, рассказать о шурави правду. Она говорила о том, что у каждого человека есть своя родина. И советские воины здесь для того, чтобы родина осталась и у афганцев.

В Джалалабаде она столкнулась с одним из детских приёмников, раскиданных по всей стране. Сюда привозили малышей, чьи родители пали жертвами контрреволюции. Она начинает собирать для них средства. Набралось свыше ста двадцати тысяч афгани (около 800 рублей), на которые купили для детей два холодильника, вентиляторы, одежду и съестное.

Я тебя узнала, мама!

Среди советских специалистов, живших в городке, Зоря Владимировна была единственной женщиной. С её приездом все мужчины приободрились, а душманы пустили слух о том, что появилась «женщина, которая нашим детям вливает красную кровь».

Через несколько дней, исполнив все формальности по удочерению, о чем у неё имеется записка Министерства иностранных дел ДРА, Зоя Владимировна полетела с Шакуфой в Ташкент.

Я тебя узнала, мама!

Появление в семье нового человека сыновья не обсуждали: раз мама решила – значит так нужно. Два старших были взрослые, уже имели своих детей, а младший – Павел – перешел в девятый класс. Она познакомила их:
- Это твои братья. Сережа, Павел, Володя.

Шакуфа несмело подошла к ним. Первое, что сделали для неё братья, - качели в саду.

Зоя Владимировна решилась оставить работу, хотя имела более двадцати пяти лет педагогического стажа.

Я тебя узнала, мама!

Этот трудный, больной ребенок стал самым дорогим.

В Ташкенте Шакуфа сразу стала под тщательным присмотром Натальи Семеновны Скородумовой – врача 1-ой детской поликлиники Минздрава республики. Девочка была страшно истощена, весила всего девятнадцать килограммов.

Я тебя узнала, мама!

Через полгода врачебный консилиум решил, что необходима операция. Её успешно провели, и через неделю Шакуфа снова начала ходить.
После Афганистана Зоя Владимировна засела за учебники, стала изучать фарси. Ночами она исписала арабской вязью несколько общих тетрадей. А днем, гуляя с девочкой по городу, показывала предметы, произнося названия на фарси, а затем медленно на русском.

Я тебя узнала, мама!

Учить приходилось буквально всему. Садиться за стол, правильно ходить (у девочки было косолапие), вешать платье в шкафу. Шакуфа не знала, что такое молоко и сахар.

Зоя Владимировна всецело отдалась девочке. Но так же, как сыновей, держит её строго.

Я тебя узнала, мама!

Первая фраза, которую Шакуфа сказала по-русски чисто и красиво:
«Каждый человек, чтобы жить, должен трудиться».

Действительно, девочка много работает над собой. Сейчас освоила русский язык. Правда, еще не совсем понимает смысл, когда говорят скороговоркой. Учит она и фарси, ежедневно пополняя запас – Зоя Владимировна обещала сохранить родной язык. Обещала, что если Шакуфа захочет, вернется на родину полноценным, образованным человеком.

* * *
Эта черноглазая, шустрая девочка мало чем отличается от своих сверстниц – второклассниц 72-ой ташкентской школы. Так же любит веселые игры, мороженое и кукольный театр. В ней разве что больше, чем у других, развито чувство ответственности. Поэтому и в дневнике – одни пятерки. Первый класс Шакуфа закончила с отличием.

Я тебя узнала, мама!

А всего год назад, когда девочка впервые пришла в школу, тут мало верили, что она сумеет учиться, предлагали отдать в подготовительную группу. Но Зоя Владимировна уговорила педагогов рискнуть.

Вначале Шакуфе было все страшно. 1 сентября она вошла в класс, крепко держась за мамину руку.

Но через два месяца Неля Булатовна Ахмедиева, классный куратор Шакуфы, сказала, что девочка преобразилась.

С началом учебы она остыла к игрушкам. Шакуфа любит книги, много читает и рисует. Её мечта – стать врачом.

Имя Шакуфа в переводе с фарси означает бутон.

Я тебя узнала, мама!

И сегодня, благодаря добрым людям, этот букет распустился!

Р. ШАГАЕВ, фото автора.
Вернуться назад