Главная > Колумнисты > Не могу молчать. (Открытое письмо Интернет-изданию «Фергана).

Не могу молчать. (Открытое письмо Интернет-изданию «Фергана).


Не могу молчать. (Открытое письмо Интернет-изданию «Фергана).


В начале месяца на страницах портала «Фергана» была опубликована статья научного сотрудника Института востоковедения РАН Артема Космарского, в преамбуле которой было написано, что «Алишер Навои стал узбекским поэтом только в СССР – фактически, только в 1930 годы его открыли, сделали узбеком и превратили в главного поэта Узбекистана. Более того — поэта «прогрессивного» и даже советского». При этом идёт ссылка на «историка Борам Шина (Университет Ханянг, Корея). Не буду вдаваться во все подробности, остановлюсь лишь на главных «доводах» корейского учёного.

"Акт первый - Гератец становится узбеком" -
а что тут удивительного? Почему гератцы, равно как и многие другие жители Афганистана не могут быть узбеками? В этой стране постоянно и испокон веков проживает более полутора миллионов узбеков. И само название у них именно «узбеки», и говорят они между собой на чистом узбекском языке (без примесей русского и других западных языков). В 1980 году я более полугода прожил в Кабуле, встречался и общался с десятками узбеков, среди которых были министры, работники аппарата НДПА и полевые командиры.

В феврале того года в одном из крупных залов Кабула был проведён вечер узбекской поэзии, посвящённый очередной годовщине Алишера Навои. На вечере выступили узбекские поэты из Кабула и Герата Шогулам, Нури, Шараф Коры и другие. Своё почтение к памяти Навои и к своим собратьям высказали бывший президент Академии наук ДРА Сулейман Лойик – на дари, Акмал Хатак – на пушту, Худайназар – на языке белуджей, Ураз – на туркменском, Абхар –на дари, узбекском и русском языках, и другие. Под впечатлением этого волнительного мероприятия я написал стихотворение, в котором есть и такие строки:

«То праздник был. На лицах – вдохновенье. А со стены бессмертный Навои – как символ братства, музы воплощенье, -- благословенья будто слал свои».

Зал был полон представителями интеллигенции города, но ни у одного афганца не было ни тени недоумения или недовольства в связи с тем, что Алишер Навои был назван предтечей духовной культуры узбекского народа. Как Вы понимаете, в 80-е годы прошлого столетия в обострённо конфликтном Афганистане не было никаких причин искусственно приписывать узбекам имя Навои, который естественно воспринимался родоначальником классической узбекской литературы.

Второе досужее обвинение автора статьи и корейского «знатока» духовного прошлого Средней Азии в том, что, якобы, Навои не мог быть узбеком, потому что отрицательно отзывался о племени узбеков под руководством Шейбанихана, воюющего с главами других племён, проживающих на территории Хорасана, Мавераннахра и Хорезма. Автор прав, когда указывает, что «смысл этнонима «узбек» сильно изменился с тех пор. До конца XIX века так называли потомков кочевников, мигрировавших из Кипчакской степи в Мавераннахр (междуречье Сырдарьи и Амударьи) в XV-XVI веках и осевшие там при династии Шейбанидов. И только в XX веке, благодаря интеллектуалам-просветителям джадидам возникла идея единой нации тюрков Средней Азии, общей для всех независимо от их происхождения – кочевого или оседлого». Традиционно считается, что существует 92 рода и племени узбеков кочевого происхождения, вошедших в состав будущей узбекской нации, и они включают в себя названия большинства тюркских и некоторых нетюркских этносов, населявших Среднюю Азию в то время.

В конце XIX начале XX столетия разные источники уже называли 903, 974 и 1025 узбекских племен. Собственно, дашти-кипчакские узбеки составили только ядро, вокруг которого в дальнейшем объединялись другие тюркские и тюрко-монгольские племена. Да, можно согласиться, что современные узбеки являются весьма неоднородным в расовом отношении этносом, среди них есть представители как «чрезвычайно европеоидных, так и «сильно монголоидных» и множество «смешанных в разной степени» индивидуумов. Но вместе с тем, к началу 20-го столетия все они практически объединились в одну нацию, связанную географическим расположением и общностью языка (при малом наличии некоторых диалектов). Все другие тюркские народы имеют свои самостоятельные языки и литературу, да и другой образ жизни. Так что нет никакого сенсационного открытия, что А.Навои не считал себя именно «узбеком» того времени. Для сравнения я считаю возможным привести достаточно мудрый английский опыт – их родину называют и Англией, и Британией, хотя известно какими непримиримыми врагами являлись бритты и англосакские племена.

Название Британия было известно уже античным географам и произошло от названии кельтского племени бриттов, населявшего Британию до прихода англов и большей частью истребленного ими. Но никто из жителей этой североевропейской страны не будет настаивать, чтобы его называли бриттом, но не англичанином. В то же время мы наблюдаем, как упорно добиваются своей независимости от Испании жители Каталонии или Страны басков, мы знаем о подобных проблемах в Италии, Бельгии и других странах. Ничего подобного среди тюркского населения Узбекистана нет в принципе. И этнически очень разные великие поэты ХХ века Гафур Гулям, Эркин Вахидов и Абдулла Арипов в равной степени гордились, что они являются потомками гениального Алишера Навои. Именно так распорядилась история и всякие попытки поставить это под сомнение не делают чести их авторам.

Правильный взгляд на узбеков высказал российский учёный Якубовский, который считал, что история названия народа может не совпадать с историей самого народа. По его мнению, современные узбеки – потомки тех, кто жил в Центральной Азии еще в начале нашей эры, и постепенно ассимилировал, растворял в себе новые группы кочевников и завоевателей. Описывая узбекскую культуру как «городскую тюркскую», Якубовский автоматически включил в ее ареал не только Бухару, Ташкент и Самарканд, но и афганские Балх и Герат – и тем самым обосновал причисление Навои к узбекам. Да и сам Борам Шин справедливо отмечает, что Навои оказал большое влияние на развитие чагатайского (староузбекского) языка и тюркоязычных литератур в целом, бросив вызов общепринятому представлению о том, что для поэзии пригоден только персидский, а чагатайский– это язык военных и крестьян, то есть широких масс тюркоязычного населения Ферганской долины и восточного Туркестана, которые входили тогда в империю Тимуридов. Тем не менее, узбекская литература развивалась на основе богатых литературных традиций. Еще до Навои на узбекском языке были созданы “Мухаббатнаме” (“Книга любви”) Хорезми, “Юсуф и Зулейха” Дурбека, “Махзануласрар” (“Сокровищница тайн”) Хайдара Хорезми, стихи Лутфи, Саккаки, Амира, Атаи, Гадои и многих других.

Однако привезти в движение и раскрыть все творческие возможности родного языка до высшей степени совершенства – исполнение этой миссии выпало на долю Алишера Навои, великого поэта, выдающегося деятеля культуры, мудрого политика и государственного деятеля, ученого, художника и музыканта.

Акт второй. Прогрессивный советский поэт

По мнению авторов «в 1930-е годы советская власть взялась за канонизацию Алишера Навои. Она организовывала праздники и разного рода культурные мероприятия. Цель их была очевидна – убедить узбеков, что Навои является их национальным поэтом». А зачем такое заигрывание именно с узбекским народом? Тем более, что в то время непреложным правилом было исходить из принципа классового подхода в оценках прошлого и настоящего. Зачем властями молодой страны стал «советизироваться» отнюдь не дехканин, а могущественный визирь далёкой эпохи? Ответ один: только потому, что Навои всеми крупными востоковедами России признавался гениальным поэтом, и для узбекского населения он был святым именем. Если бы корейский учёный действительно знал узбекскую литературу, то он бы не мог не заметить, что все последующие поэты и писатели ссылались на Навои, как на признанный авторитет в создании узбекской классической литературы – и Бабур, и Турди Фараги, и Машраб, и Махдум Махмур, и Нодира, и Увайси, и Мукими, и Фуркат, и Хамза. Вот как писал З.Бабур о Навои в своей книге “Бабурнамэ” “Алишербек был человек бесподобный. С тех пор как на тюркском языке слагают стихи, никто другой не слагал их так много и так хорошо... Без сына, без дочери, без жены и без семьи прошел он прекрасно (свой путь) в мире одиноко и налегке”.

Не случайно ещё в 1928 году один из видных джадидов (кстати, бухарский таджик) Абдурауф Фитрат, составляя антологию «Образцы узбекской литературы», включил туда Навои, назвав его важнейшей фигурой узбекско-чагатайской литературы. Да, были попытки некоторых тюркоязычных народов присвоить себе имя великого Навои, но крупнейшие востоковеды, в числе которых академик Бертельс, признали их антинаучными.

В 1937 году в Москве прошла первая декада узбекской культуры, а на сцене Большого театра поставили оперу «Фархад и Ширин» Успенского по поэме А.Навои, позже по произведениям Навои были написаны оперы Джалиловым и Бровцыным, Глиэром и Садыковым и другие сочинения. В те годы чествование Алишера Навои приобрело поистине всенародный характер: объявлялись конкурсы на лучший памятник, лучший портрет, лучшую постановку, повсеместно проводились мероприятия в честь великого поэта. А авторы статьи твердят об искусственном, чуть ли не насильственном присвоении имени Навои узбекскому народу, который все эти столетия не только читал произведения своего великого предка, но и исполнял песни на его слова. Не глумление ли это, так же, как и иронические оценки многогранной деятельности Навои по защите прав и интересов трудового народа, его ярких гуманистических идей в творчестве. Навои обладал еще одним особенным талантом – талантом быть и оставаться человеком, ярким доказательством сказанного служат его слова: “Самым лучшим человеком признай того, от кого будет наибольшая польза для народа”; “Если ты человек, то не признавай человеком того, кто не заботится о благе народа”.

«Он заботился о благосостоянии народа, душа поэта болела за его народ и его родину», писал в 1940 году поэт Хамид Алимджан.

Акт третий. Символ независимого Узбекистана

Война внесла свои коррективы, и юбилей Навои, запланированный на июль 1941 года, был отложен. Однако уважение советских востоковедов к гению А.Навои было столь велико, что юбилей, несмотря на блокаду, был все же отмечен осенью и зимой сорок первого в Ленинграде. 10 и 12 декабря в Школьном кабинете Эрмитажа состоялись Навоийские чтения великого узбекского поэта. Ему же посвящалась состоявшаяся уже 29 декабря научная сессия в Институте востоковедения. Несмотря на блокаду, было разослано приглашение: «Государственный Эрмитаж приглашает Вас на торжественное заседание, посвященное 500-летию со дня рождения великого узбекского поэта Алишера Навои. Заседание состоится 10 декабря 1941 года в 14 часов». Спрашивается, как этот уникальный факт остался незамеченным авторами пасквильной статьи?

А в 1948 году юбилей был широко отмечен по всей стране, прежде всего в Ташкенте. «Советская наука доказала, что узбекский народ обладал и обладает оригинальной культурой… Что Алишер Навои не имитатор или переводчик, а независимый поэт, обогативший не только восточную, но и всемирную литературу», – такое заявление на пленуме узбекских советских писателей сделал писатель и академик АН Узбекской ССР Айбек.

Наиболее достоверным источником биографии Алишера Навои считается работа историка 15-16 веков Гиясиддина Хондамира, «Книги благородных качеств». Согласно данным этой книги, Навои начал посещать школу в 4-летнем возрасте, он проявлял огромные способности, любознательность, исключительную одаренность. В 15 летнем возрасте (в 1456 году) Алишер стал известен как поэт под псевдонимом Навои (что в переводе означает «мелодичный»). Одним из поэтических кредо Навои являлось утверждение староузбекского литературного языка, хотя к этому времени на этом языке были созданы величайшие произведения - газели Лутфи, Атаи, касыды Саккаки, масневи Амири, Хаджанди и др. Но Алишер Навои был первым выдающимся поэтом, открывшим миру красочный, необычайно образный мир узбекского языка, его богатство и изящность. Этот мир был запечатлен в немалом наследии поэта и мыслителя - почти 30 поэтических сборниках, крупных поэмах, прозе, научных трактатах.

А.Навои явился первым поэтом, создавшим на узбекском языке не только огромное количество первоклассных лирических стихов, но и дерзнувшим приступить к сочинению на родном языке “Пятерицы” цикла поэм, который сложился как жанр в творчестве великих поэтов, писавших на таджикско-персидском языке, в том числе Низами, Джами и другими. Эта задача была блестяще разрешена Навои: права узбекского языка оказались прочно утвержденными, а его достоинства – общепризнанными. Так были заложены основы узбекской классической литературы и современного узбекского литературного языка.

Являясь не только писателем, но и лингвистом, историком и теоретиком, музыкантом, он был сведущ в некоторых вопросах и естественных наук, что сыграло большую роль в формировании его мировоззрения.

Творчеству Алишера Навои посвятили свои произведения многие писатели и поэты ещё в довоенное время. Так, известный писатель Айбек в 1939 г. написал поэму, а в 1943 опубликовал роман “Алишер Навои”. Прежде чем написать произведение о нем, писатель тщательно изучил и просмотрел огромный архивный материал; затем драматурги Иззат Султан и Уйгун создали драму “Алишер Навои”. В 1946 году режиссёром Камилем Ярматовым (этническим таджиком) по сценарию Алексея Спешнева и Иззата Султанова был создан художественный кинофильм “Алишер Навои”, знаток узбекской литературы московская писательница Лидия Бать в 1956 году посвятила Навои повесть “Сад жизни”. Крупными навоиведами, признанными в научном мире, стали академики Вахид Захидов, Суйима Ганиева, Азиз Каюмов, Рахматулла Атакузиев И в настоящее время проводится много изысканий по творчеству Алишера Навои. Произведения Навои переведены на многие языки мира, именем поэта названы города, районные центры, культурные учреждения.

Непонятно, почему столь почитаемое нами популярное интернет-издание «Фергана», всегда отличающееся объективным и серьёзным подходом к исследованию исторического прошлого и межнациональных вопросов, допустило публикацию такого легкомысленного и околонаучного материала. «Для выяснения истины!», - может быть попыткой оправдания, но почему в такой неуважительной тональности – и по отношению к узбекскому народу, и к самой личности Навои? Согласитесь, самоуверенная развязность никогда не украшала серьёзные исследования.

Я долго ждал, что на этот пасквильный материал будет достойный отклик – либо, со стороны Союза писателей, либо с академических и образовательных институтов. Увы… Хотя, возможно, для них важнее мнение самого народа и подлинных учёных и деятелей культуры.

«…а караван идёт» - об этом убедительно свидетельствует проведённая на днях Международная конференция «Актуальные вопросы изучения и популяризации за рубежом узбекской классической и современной литературы», на которой представители 25 зарубежных стран демонстрировали своё уважение к узбекскому языку и великому родоначальнику узбекской классической литературы Алишеру Навои.

Тем не менее, лично я решил откликнуться.

А. ХОДЖАЕВ,
кандидат философских наук
Вернуться назад