Новости Узбекистана

Лучше проинформировать, чем объяснять, лучше объяснить, чем оправдываться.

Ўзбекча Ўзбекча

Светлый сайт   

→ Золотое письмо Махендры Пратапа

Золотое письмо Махендры Пратапа

В своих мемуарах "Двадцать лет службы на востоке" о пребывании на посту дипломатического чиновника при Туркестанском генерал-губернаторе С.В.Чиркин (1875-1943) упоминает мятежного индийского раджу Махендру Пратапа (1886-1979) с его золотым письмом царю Николаю II (1868-1918). Этот эпизод рассматривался в тексте "Записки царского дипломата о Туркестане" https://nuz.uz/moi-uzbekistancy/19252-zapiski-carskogo-diplomata-o-turkestane.html . К сожалению, публикаторы, разбирая сложный почерк автора, допустили неправильное расшифрование фамилии индийского раджи: так вместо Махендры Пратапа в книге С.В.Чиркина возник "Пражан".

В 1916 г. из Афганистана в пределы Туркестанского генерал-губернаторства Российской империи прибыли два посланника от М.Пратапа, организовавшего в Кабуле временное правительство Индии в изгнании. Бывший царский мидовец С.В.Чиркин пишет об этом событии: "Из министерства я немедленно получил телеграмму с указанием, что британское командование хорошо знает этого мелкого раджу и, считая, что он может быть вреден своей антибританской пропагандой, требует арестовать посланцев, а если удастся, то и самого Пражана" (С.В.Чиркин. Двадцать лет службы на Востоке. М., Русский путь, 2006, с.245).

Незадолго до этого, в августе 1915 г., на территорию Афганистана через Персию проникла немецкая военно-дипломатическая миссия О.Нидермайера и В.фон Хентига, бывшего секретаря германского посольства в Тегеране с целью проведения официальных переговоров с Хабибуллой-ханом и установления дипломатических отношений между Германией и Афганистаном. Ю.Тихонов в книге "Кремлевская война Сталина" пишет (с.11): "В состав группы Хентига входили, кроме немцев, Мохаммед Баракатулла (личный представитель афганского эмира в Европе), раджа Кумар Махендра Пратап, а также шесть афридиев. Включение в миссию индийских националистов и пуштунов ясно указывало, в каком направлении будут действовать немцы после того, как достигнут Кабула."

Махендра Пратап - борец за независимость Индии и национальный герой этого государства. В Индии М.Пратапа считают марксистом, социалистом, борцом за независимость Индии, писателем и журналистом, встречавшимся после Октябрьской революции с Л.Троцким и Лениным. Кроме этого М.Пратапа номинировали на Нобелевскую премию в 1932 г. Но в СССР о нем было мало информации по следующим причинам: в своей революционно-освободительной деятельности он руководствовался принципом "в борьбе за независимость Индии от британского владычества все средства хороши, даже сделки с дьяволом". С началом первой мировой войны , будучи еще молодым 30-летним политиком-оппозиционером, он контактировал и заручался поддержкой Германии, Турции, Афганистана, затем аппелировал к России, заведомо зная, что Российская империя в рядах Антанты одновременно вела кровопролитные бои против Германии, Австро-Венгрии и Турции. В политике, как видим, М.Пратап был последовательным приверженцем взглядов Ленина, во всяком случае интуитивно пришел к пониманию принципа приоритета прагматизма. Во время Второй мировой войны М.Пратап проживал в Японии, которая "потерпела поражение в 1945 году, мы,- пишет о нем английский разведчик полковник Ф.Бейли (1882-1967),- потребовали, чтобы японцы задержали Махендру Пратапа, который объявил себя "Президентом арийской армии", направленной против нас" (Ф.Бейли, Миссия в Ташкент, М., Языки славянской культуры, с. 226).

Золотое письмо Махендры Пратапа


Как для Российской империи, так и для сталинского СССР это был неудобный внешнеполитический партнер, от упоминания арийской армии с президентом, сидящим в Японии во время второй мировой войны, в Москве могли только морщиться. Однако с обретением Индией независимости М.Пратап вернулся на родину на коне. А Ф.Бейли только и оставалось, что на пенсии любоваться своей коллекцией бабочек и разводить собачек в деревне Стиффки в Восточной Англии. Ушли и Туркестан, и Индия, годы труда и отвага разведчика канули в Лету.

Одна радость для Ф.Бейли - в своей книге он описывает, что вызвал на откровенную беседу в конце октября 1919 г. в бухарской гостинице М.Пратапа, принимавшнего его за австрийского военнопленного, перешедшего на службу к большевикам. "Эмир Бухары отказался встретиться с ним, сославшись на болезнь. И теперь Махендра Пратап намеревался вернуться в Афганистан, где он ожидал вскоре начала новой войны с британцами. В случае такой войны он намеревался попытаться заставить индуистов и мусульман Индии поднять вместе восстание в поддержку афганской армии, чтобы вызвать внутренние трудности в Индии",- пишет Ф.Бейли ( указ.соч., с.231). Здесь, скорее всего, между М.Пратапом и Ф.Бейли возникло недопонимание, так как третья англо-афганская война недавно закончилась, в августе 1919 г.

М.Пратап - удивительно упорный политик, с февраля 1916 г. он зондировал российское направление; начинал с золотого письма Николаю II, когда действия Туркестанского генерал-губернатора исполнял генерал Ф.В.Мартсон (1853-1916). Первая неудача не сбивает его с выбранного пути, он пытался прорваться на северном направлении при следующем генерал-губернаторе А.Н.Куропаткине (1848-1924). Опять провал. Но это его не останавливает. После февральского переворота он предпринимает эпистолярную атаку на председателя Туркестанского комитета временного правительства. После Октября его адресатом в Ташкенте становится председатель совнаркома Туркестанской АССР Ф.И.Колесов (1891-1940). Затем в марте 1918 г. он сам въезжает в РСФСР (пока еще страна так называлась) и в Петрограде, а позднее и в Москве контактирует с Л.Троцким и Лениным. Если бы не внутренние бои с белой гвардией, сковавшие московское руководство, то не миновать бы англичанам угрозы индийского похода коминтерновцев в буденновках. Возможные риски заставляли англичан перейти к тактике стимулирования обеих сторон в гражданской психопатической бойне в России. Об этом откровенно пишет белый полковник Б.Н.Литвинов (1872- после 1948) в мемуарах "Белый Туркестан" http://www.white-guard.ru/go.php?n=54&id=1288 Он также выражает точку зрения о том, что поспешное свертывание осиповского мятежа в Ташкенте 19-21.01.1919 г. говорит о том, что молодым военкомом К.П.Осиповым манипулировали, а выступление было имитацией с демонстративным расстрелом туркестанских комиссаров, провоцирующим большевиков на массовые ответные репрессии. Та же история и с убийством 26 бакинских комиссаров в Закаспийской области 20.09.1918 г. Глава английской военной миссии У.Маллесон (1866-1946) утверждал, что их везут в Британскую Индию для обеспечения безопасности в местной тюрьме, а все остальные участники конфликта кивали на него и его матерых разведчиков как на несущих основную ответственность за ликвидацию.

Дипломат-англофил С.В.Чиркин, вспоминая в своей книге о золотом письме М.Пратапа, несколько искажает факты. Англичане позиционировали М.Пратапа как мелкого раджу и политического авантюриста-неудачника, однако в развернувшуюся полемику вокруг золотого письма вскоре были вовлечены туркестанский генерал-губернатор Ф.В.Мартсон, министр иностранных дел С.Д.Сазонов (1860-1927), министр иностранных дел Великобритании Э.Грей (1862-1933), посол Великобритании в РИ Д.У.Бьюкенен (1854-1924), и наконец сам Николай II. Когда М.Пратап, не взирая на первые неудачи контактирования с царской российской администрацией, начал по второму кругу бомбардировать письмами северное направление, то туркестанским генерал-губернатором уже был А.Н.Куропаткин, а С.Д.Сазонова сменил Б.В.Штюрмер (1848-1917). Так, по мнению англичан мелкий политический деятель, М.Пратап в действительности поднял в России неплохую дипломатическую волну.

Сам текст золотого письма был следующим (здесь и далее переписка цитируется по Сборнику архивных документов и материалов "Русско-индийские отношения в 1900-1917 гг". М., "Восточная литература" РАН, 1999, с.444-459):

Золотое письмо Махендры Пратапа


13 февраля 1916 г. — Письмо Махендры Пратапа Николаю II с выражением сожаления по поводу противостояния России и Германии в мировой войне.
Багхи Бабер Шах, Кабул
Его Императорскому Величеству Великому Царю Великой России.
Ваше Императорское Величество, почтительнейше приветствую Вас от своего имени и от имени моей страны Индии. Мы крайне огорчены, видя двух могущественных соседей в Европе, сражающихся друг против друга. Мы горячо надеемся, что рознь между нашими истинными друзьями скоро уладится и они, объединившись, употребят все усилия, чтобы опрокинуть жестокого узурпатора всего мира и освободить различные народы от несчастнейшего рабского состояния.

Я написал подробно Вашему Императорскому Величеству генерал-губернатору Туркестана и искренне надеюсь, что августейшее правительство Вашего Императорского Величества скоро сделает что-нибудь в этом направлении ради будущего.
Вашего Императорского Величества почитатель и доброжелатель
М.Пратап.
АВПРИ, ф. 147 Среднеазиатский стол, oп. 486, д. 338 б, л. 25. Пер. с англ. составителя

Оригинал золотой пластины после революции естественным образом испарился из архива, остались только фотографии.

Золотое письмо Махендры Пратапа


Параллельно М.Пратап аппелировал к Ф.В.Мартсону:

21 февраля 1916 г. — Письмо Махендры Пратапа туркестанскому генерал-губернатору Мартсону Ф.В. с просьбой о помощи в борьбе за освобождение Индии
Багхи Бабер Шах, Кабул
Его Превосходительству генерал-губернатору
Русского Туркестана, Ташкент
Ваше Превосходительство, позвольте мне отнять у Вас драгоценное время в интересах России и человечества — я говорю о России, потому что я друг России и человечества, потому что я обращаюсь к Вашему Превосходительству от имени трехсот миллионов человек. Чтобы ознакомить Ваше Превосходительство с вопросом, я должен сказать, что мы, индийцы, видя возможность, предоставленную Богом, разработали план, и я отправился в Европу в надежде посетить некоторых монархов, которые могут быть хорошо расположены к нам и изложить им суть дела. Обстоятельства помогли мне. Могущественный кайзер и святой султан сочувственно отнеслись к нашему делу и ободрили меня, даровав аудиенцию, удостоив наград и оказав мне различную помощь. Для осуществления нашего плана я прибыл в Кабул и сейчас располагаю наилучшими возможностями для осуществления вековых чаяний трех поколений. Мы, индийские националисты, считаем себя совершенно нейтральными в отношении вашего несчастного европейского конфликта, и, хотя мы и чувствуем себя обязанными Германии и Турции за помощь, которую они нам предоставили и предоставляют, мы глубоко уважаем и любим Россию как нашего великого соседа и брата в Азии. Естественно, что мы ожидаем от России дружеской помощи. Коварная Англия, ваш естественный соперник в Азии, никогда не останется надолго вашим другом, но мы, бедные и благодарные индийцы, когда-нибудь принесем Вам пользу как в политическом, так и торговом отношении.

Сейчас наступил момент, какого никогда больше не будет, когда ваш сосед Афганистан, который только по видимости является другом Англии и который отказался иметь какие-либо сношения с Вами, теперь, я полагаю, готов броситься в объятия России. При таких обстоятельствах я боюсь, что если Вы упустите прекрасную возможность, Вы погубите Ваше будущее в Азии, так как события будут развиваться без участия России. Если препятствием для Вас будет ситуация в Европе, это может быть легко улажено. Потребуется только решимость Вашего правительства. Как представитель нейтральной нации и как скромный друг германского и турецкого правительств я могу многое сделать для достижения взаимопонимания, если азиатский вопрос будет рассматриваться Вами со всей серьезностью. Я также прошу отослать мое скромное золотое письмо великому царю и убежден, что я должным образом буду удостоен ответа Его Императорского Величества, так как я имею честь переписываться с другими могущественными монархами.

Ожидаю скорого ответа от Вашего Превосходительства через моих посланцев Сердара Самшир Сингха и Мирзу Мохаммеда Али.
Вашего Превосходительства друг
М.Пратап.
АВПРИ, ф. 147 Среднеазиатский стол, on. 486, д. 338 б, л. 28 и об. Копия. Пер. составителя.

Золотое письмо Махендры Пратапа


Независимо от результатов обращения и политических пристрастий Ф.В.Мартсон и министр иностранных дел С.Д.Сазонов в своих действиях были на высоте порядочности: посланцы М.Пратапа воспользовались дипломатическим иммунитетом.

12 апреля 1916 г. — Секретная телеграмма туркестанского
генерал-губернатора Ф.В.Мартсона министру иностранных
дел С.Д.Сазонову об обещании беспрепятственного выезда
индийским посланцам
Телеграмма за № 1665 получена. Имена посланцев пенджабцев Шемшир-Сингх из Джелума и Мирза Мохаммед-Али из Джулундура. Руководствуясь действующей между Россией и Великобританией конвенцией о невыдаче политических деятелей, я дал обещание посланцам раджи при приеме их на безопасный выезд обратно в Афганистан. Сверх того посланцы считают себя афганскими подданными и снабжены официальными афганскими паспортами, имея при себе открытый лист-письмо от афганского министра, препровожденный Вашему Превосходительству при отношении моем за № 399. В основе я имел также в виду необходимость показать афганскому правительству возможность поддержания вполне безопасных соседских отношений при обращении к Туркестанскому генерал-губернатору. Если необходимо, прошу доложить изложенное государю императору.

РГВИА, ф. 2000, oп. 1, д. 7684, л. 6.

Ф.В.Мартсон четко излагает свою позицию по поводу обеспечения безопасности посланцев М.Пратапа, руководствуясь российско-великобританской конвенцией о невыдаче политических деятелей, и готов даже ответить за свою позицию перед императором РИ.

Англичане всполошились. В бой вступили министр иностранных дел Великобритании Э.Грей и посол Великобритании в РИ Д.У.Бьюкенен. Цель - арест посланников М.Пратапа.

20 апреля 1916 г. — Телеграмма английского министра иностранных дел Э.Грея английскому послу в Петрограде Дж.Бьюкенену с просьбой задержать и выслать индийцев.
Вы должны информировать господина Сазонова, что правительство Его Величества было бы очень благодарно, если бы русское правительство арестовало и незамедлительно выслало в нашу страну всех членов миссии, которые могут быть британскими подданными. Было бы желательно принять специальные меры предосторожности, чтобы предотвратить их побег.
Надпись на документе: «Уведомить, что о выяснении подданства, имени и места происхождения посланцев из Кабула сделаны сношения с Туркестанским] ген[ерал]-губ[ернато]ром. В.Клемм».
АВПРИ, ф. 147 Среднеазиатский стол, on. 486, д. 338 б, л. 43. Пер. с англ. составителя

В 1916 г. еще не было понятия двойных стандартов, но заметна избирательность администрации Великобритании, страны, которая никогда, наверное, со времен Герцена, не выдавала Российской империи политических оппозиционеров и даже государственных преступников.

Если синоптически взглянуть на политическую активность М.Пратапа, то удивительным образом выясняется, что он действовал именно по английской схеме подрыва устойчивости какого бы то ни было государства: сначала организация в соседней стране правительства в изгнании, затем поиск внешнеполитических партнеров и аппеляция к ним с просьбой о политической и военной помощи, формирование военной оппозиции внутри государства и трансграничная инфильтрация повстанцев, и так вплоть до свержения существовавшего правительства. Это к вопросу о развенчании мифа о том, что все империи рано или поздно разваливаются. Необходимы значительные внешние усилия для деструктивной деятельности против больших государств. Так выявляется, что сам термин "империя" размыт: это может быть и просто большое государство, и метрополия со своими колониями.

26 апреля 1916 г. - Доклад Министра иностранных дел С.Д.Сазонова Николаю II
с изложением всех обстоятельств дела индийских посланцев
Приемлю смелость повергнуть у сего на всемилостивейшее благовоззрение письмо на золотой пластинке на имя Вашего Императорского Величества от индийского уроженца Пратапа вместе с подлинными письмами его же на имя Туркестанского генерал-губернатора и именующего себя афганским министром некоего Баракатуллы к нашим пограничным властям.
Как я уже имел честь докладывать Вашему Величеству, я счел своим долгом с самого начала довести до сведения великобританского правительства о прибытии из Кабула в Ташкент посланцев с означенными письмами и в дальнейшем держать Лондонский кабинет в курсе всего этого дела.

Несколько времени назад, по-видимому, по инициативе индийского правительства великобританское правительство обратилось к нам с просьбой об арестовании и высылке в Англию упомянутых выше посланцев. Запрошенный мною по этому поводу генерал от инфантерии Мартсон уведомил, что им при первом же свидании дано было посланцам обещание относительно беспрепятственного возвращения их в Афганистан. Кроме того, оба посланца считают себя афганскими подданными и снабжены афганскими паспортами.
Ввиду сего и разделяя вполне мнение генерала Мартсона, что нам не следует обострять отношения с Афганистаном и подрывать доверие к нам правительства эмира такими мерами, как арест и выдача прибывших посланцев, я позволил себе отклонить просьбу Лондонского кабинета.
Получив к тому же повергаемую у сего телеграмму и.о. Туркестанского генерал-губернатора от 23 сего апреля за № 472, из коей устанавливается, что один из посланцев заболел, я сообщил генералу Мартсону, что к возвращению ныне же обоих посланцев в Афганистан препятствий не встречается.

Петроград, Сазонов.
На первой странице доклада имеется пометка царя: «Да. По возвращении моем в Царское село пришлите мне это золотое письмо».
АВПРИ, ф. 147 Среднеазиатский стол, on. 486, д. 338 б, л. 58-59 и об. Подлинник.

Как видим, и министр иностранных дел РИ С.Д.Сазонов в вопросе обеспечения безопасности индийских националистов-оппозиционеров был корректен.

Мидовцы РИ проводят последовательную проанглийскую политику. С.В.Чиркин докладывает по инстанции:


1 мая 1916 г. — Секретная телеграмма дипломатического
чиновника при туркестанском генерал-губернаторе
С.В.Чиркина в Третий Политический отдел МИД
о содержании беседы с индийскими посланцами перед их отъездом
Вчера перед отъездом кабульских посланцев мне удалось вызвать их на откровенную беседу. Опуская общеизвестные обвинения великобританской политики в Индии и Афганистане, привожу суть их заявлений и разговора. Настоящий политический момент представляется исключительно счастливым случаем для свержения Индией великобританского ига. Почва для борьбы вполне подготовлена, и имеются все нужные средства. Совместное выступление тяготящегося английским гнетом Афганистана, не могущего, кроме того, быть безучастным зрителем священной войны ислама, уже обеспечено. Необходимо лишь знать, останется ли в этой борьбе Россия хотя бы нейтральной, но даже и враждебность наша неспособна будет остановить этой бесповоротно решенной освободительной войны.

Получив от меня ответ в смысле обязательности союзных отношений и безнадежности окончательного торжества наших врагов, индусы сказали, что успех их борьбы как совершенно частной против обессиленной в Индии Великобритании несомненен. Я высказал соображение, что Великобритания располагает в Индии достаточными силами для подавления подобного выступления, а кроме того, может легко и скоро получить в случае надобности поддержку со стороны Японии. Последнее замечание было принято с недоверием. В заключение они осведомились, будут ли пропущены через Сибирь в случае поездки их в Японию, на что был дан уклончивый ответ.

Неполучение высочайшего ответа ни даже ответа генерал-губернатора, видимо, обеспокоило посланцев, несомненно вынесших впечатление о неуспехе их миссии. Первое объяснено ими несоответствием положения автора письма, второе — неимением пока инструкций генерал-губернатором, отпускающим их по болезни. Посланцы... (так в тексте. — Сост.). Беседу индусы вели с большим нервным подъемом, говорили убежденно и, видимо, искренно.
О вышеозначенном сообщаю по поручению генерал-губернатора.
Копия в Азиатскую часть Главного штаба.
С копии. /подп./ Чиркин.
АВПРИ, ф. 147 Среднеазиатский стол, oп. 486, д. 338 6, л. 73, 74. Копия. Опубл.: Синяя книга, с. 82-83.

Неудача с первой российской инициативой не останавливает М.Пратапа. Следует повторное командирование послов. На этот раз в переписку с ними вступает вновь назначенный туркестанский генерал-губернатор А.Н.Куропаткин.

Золотое письмо Махендры Пратапа


В августе 1916 г. М.Пратап посылает в Россию через Термез двух новых посланников. Заменявший С.В.Чиркина П.П.Секретарев докладывает по инстанции, суть его письма в следующем:

По приказанию генерала Куропаткина оба посланца, привезшие письма из Кабула в Термез, оставлены в последнем городе под строгим надзором впредь до получения указаний из Петрограда.
Прошу телеграфных указаний.
Секретарев.
АВПРИ, ф. 147 Среднеазиатский стол, on. 486, д. 338 б, л. 102-103. Копия.

5.10.1916 г. М.Пратап писал губернатору А.Н.Куропаткину, в частности, следующее:
"Я тот самый индийский националист, который, будучи совершенно нейтральным в настоящем европейском конфликте, развивал дружбу с германским и турецким правительствами на благо Индии, является большим другом Кабульского двора и искал дружбы с августейшим российским правительством путем отправки дважды посланцев к правительству Вашего Высокопревосходительства." О своих планах он сообщал следующее: "Я прошу вследствие этого спешного свидания в Вашей столице. Если Ваше Высокопревосходительство примете какие-либо из моих предложений, я с радостью буду сотрудничать с Вашим правительством, если же Ваше правительство не найдет возможным в настоящее время согласиться с моими соображениями, я проследую в Китай и Японию." И добавлял: "Я могу добавить, что я имею особый паспорт от афганского правительства, надлежащим образом подписанный самим Первым министром, разрешающий мне проезд в Россию, Китай и Японию."
АВПРИ, ф. 147 Среднеазиатский стол, oп. 486, д. 338 б, л. 225 и об. Копия. Пер. с англ., современный подлиннику.

Золотое письмо Махендры Пратапа


Последовал доклад председателя совета министров и министра иностранных дел РИ Б.В.Штюрмера царю.

6 октября 1916 г. — Доклад
министра иностранных дел Б.В.Штюрмера
царю о повторном приезде индийских посланцев
и о письмах М.Пратапа


В царской ставке
Повергая у сего на всемилостивейшее благовоззрение Вашего Императорского Величества секретную телеграмму Туркестанского генерал-губернатора от 29 мин[увшего] сентября по делу о посланцах индийца Пратапа, приемлю смелость всеподданнейше доложить нижеследующие данные по этому делу.
В марте сего года в Ташкент прибыли посланцы названного индийца с предложением нам совместных действий против Индии. Осведомившееся об этом великобританское правительство просило арестовать и выдать ему этих посланцев, как англо-индийских подданных. Ходатайство это не могло, однако, быть удовлетворено вследствие того, что бывший временный Туркестанский генерал-губернатор генерал от инфантерии Мартсон по прибытии посланцев в Ташкент обещал им беспрепятственное возвращение в Афганистан. Отказ с нашей стороны в выдаче означенных лиц произвел в то время, видимо, неприятное впечатление в Лондоне.

Отпущенные без всякого ответа и вернувшиеся затем в Кабул посланцы, очевидно, сообщили Пратапу неверные данные. По поступившим впоследствии сведениям, они утверждали, что были приняты в Ташкенте весьма любезно и что генерал-губернатор, отпуская их, будто бы обещал прислать в Кабул замедлившийся ответ российского правительства с особым посланцем.
Введенный тем самым в заблуждение, Пратап в начале августа выслал в Туркестан новых посланцев, которые по прибытии в Термез обратились с просьбою к чиновнику для пограничных сношений при Туркестанском генерал-губернаторе исходатайствовать им разрешение на проезд через Россию в Японию.
Прибытие этих лиц в наш пограничный пункт я не счел возможным скрыть от великобританского правительства, которое тотчас же подняло вопрос о их задержании и выдаче. При этом Лондонский кабинет заявил, что лица эти не афганцы, а англо-индийцы, замешанные в обширном заговоре против Великобритании, а равно, что они отнюдь не пользуются поддержкой или покровительством Афганского эмира, который торжественно поклялся свято хранить дружбу к Англии. В конце английского сообщения значилось, что великобританское правительство придает величайшее значение выдаче ему упомянутых индийцев и твердо надеется, что на этот раз Императорское правительство признает возможным удовлетворить его ходатайство.

Со своей стороны генерал-адъютант Куропаткин в телеграмме от 19 августа, при сем повергаемой, высказался за арест и выдачу английскому правительству новых посланцев Пратапа.
Ввиду этого, по соглашению с Лондонским кабинетом, решено было препроводить этих посланцев в Мешхед для передачи их великобританскому генеральному консульству в этом городе, о чем и сообщено было Туркестанскому генерал-губернатору с пояснением, что арест и высылку индийцев желательно произвести с возможно меньшей оглаской.

Ныне генерал-адъютант Куропаткин высказывает опасение, что отправка индийцев в Мешхед может вызвать осложнения с Афганистаном, и считает более для нас подходящим отпустить их обратно в Афганистан с извещением Пратапа, находящегося в Мазари-Шериф и намеревающегося лично прибыть в Ташкент для каких-то переговоров и дальнейшего проезда затем в Китай и Японию, что он должен прекратить всякую переписку с нами.
Со своей стороны, я не могу не отметить крайнюю нежелательность нового отказа великобританскому правительству в выдаче ему несомненно его подданных, причастных к обнаруженному против него заговору12. К тому же из неоднократно сообщенных нам Лондонским кабинетом вполне достоверных сведений явствует, что афганское правительство в лице эмира соблюдает в отношении Англии верность данному обещанию и что недавно им было дано ясно понять германо-турецким эмиссарам13, что они на его поддержку рассчитывать не могут, вследствие чего германцы и турки постепенно покидают Афганистан. Весьма вероятно, что и Пратапу предложено было последовать их примеру и что это является причиною его намерения пробраться через Россию в Китай и Японию.

На случай, если бы Вашему Императорскому Величеству благоугодно было одобрить мою точку зрения, приемлю смелость повергнуть у сего проект соответствующей телеграммы генерал-адъютанту Куропаткину.
Штюрмер

АВПРИ, ф. 147 Среднеазиатский стол, on. 486, д. 338 б, л. 157-159об. Подлинник

Заметно, что и на А.Н.Куропаткина, и на Б.В.Штюрмера было оказано беспрецедентное давление с английской стороны. И А.Н.Куропаткин начинает колебаться в вопросе дипломатического иммунитета второй индо-афганской миссии М.Пратапа.

Николай II просто проштамповал доклад предсовмина Б.В.Штюрмера:

Без даты. — Телеграмма Николая II
министру иностранных дел Б.В.Штюрмеру
с одобрением его действий
Высочайшая
Одобряю ваш ответ генерал-адъютанту Куропаткину.
Николай.

АВПРИ, ф. 147 Среднеазиатский стол, on. 486, д. 338 б, л. 162.

Что получилось в результате? Мощное давление Великобритании на РИ и мобилизация англофильских мидовских агентов закончились тем, что "22 октября 1916 г. посланцы, доставленные под конвоем в г. Мешхед (Иран), были там переданы британскому консулу. Один из них по приговору Лахорского суда был казнен 27 марта 1917 г." ( цитируется по Сборнику архивных документов и материалов "Русско-индийские отношения в 1900-1917 гг". М., "Восточная литература" РАН, 1999, с.458). Попросту говоря, англичане повесили одного из борцов за права индийского человека.

Губернатор А.Н.Куропаткин и предсовмина Б.В.Штюрмер в этом вопросе, по японской терминологии, "не смогли сохранить лицо". Оба в кулуарах не считались англофилами. Но проиграли.

Е.РЯБОВ
Комментарии
Вопрос: Сколько пальцев у человека на одной руке? (ответ цифрами)
Топ статей за 5 дней

Хоким Ташкента пообещал в шесть секунд сделать журналистов геями за критику его заводов (аудио)

Имя "волка одиночки" Сайфулло Саипова вновь на первых страницах американских газет

На следующей неделе ташкентцам пообещали первый снег

Стало известно, при каких обстоятельствах была сделана запись высказываний Джахонгира Артикходжаева

expo
Похожие статьи
Теги
Е. Рябов