5.1 C
Узбекистан
Среда, 1 февраля, 2023

Внук “Бриллиантового князя”. Барон Вревский. Глава девятая

Топ статей за 7 дней

Подпишитесь на нас

51,905ФанатыМне нравится
22,961ЧитателиЧитать
4,980ПодписчикиПодписаться

Из цикла Туркестанские генерал-губернаторы

Вопрос о русско-китайской границе в районе Памира, окончательное решение которого было отложено до более благоприятного времени, вновь стал обретать актуальность к 1895 году.  

В это время Министерство иностранных дел России получило сведения «из секретного источника» о том, что Англия «собирается хлопотать в Пекине о разграничении Китая с Кашмиром, Канджутом и Афганистаном по направлению к Сарыколу» и делают всё, чтобы присоединении Тагдумбаш к подчинённой британцам Хунзе. В связи с этим российскому посланнику в Пекине А.П. Кассини предписывалось заявить китайскому правительству о недопустимости подобных территориальных уступок.

Через Тагдумбаш-Памир проходил “кратчайший и относительно лучший горный путь из Кашмира и Канджута, а значит и из Ост-Индии в Кашгарию”. России, в этом случае, для своих геополитических интересов необходимо было позаботиться о присоединении к Памиру «северной части Сарыкольского округа». В этом случае устанавливался плотный заслон англичанам пути в Кашгар и получить на востоке Памира «удобный для обитания район и более удобную государственную границу». Огромную роль в этом противостоянии отводилась разведке и непосредственно Памирскому отряду.

Туркестанским генерал-губернатором Вревским 26 мая 1897 года была утверждена «Инструкция начальнику Памирского отряда», которому вменялось в обязанность добывать сведения о гарнизонах на афганской территории и с помощью жителей Западного Памира о путях ведущих в Афганистан; сообщать о случаях появления на границе отдельных лиц или групп подданных соседних государств.

Это было сделано вовремя. В конце октября 1897 года в Тагдумбаш-Памире с разведывательными целями появляются два британца – капитаны Г. Дизи и Р. Кобболд. Дизи занялся топографическими съёмками в долине реки Раскем, а Кобболд отправился под видом частного лица в Кашгар, якобы для охоты. Российскому консулу Петровскому, имеющему агентуру на всей территории Кашгарии, становится известно о появлении англичан. Также он устанавливает, что Кобболд является политическим агентом в Гилгите (Кашмире). В одном из писем чиновнику МИДа Плансону русский консул пишет: «Я ещё могу понять и допустить, когда путешественник или какой-нибудь агент для каких-либо целей обманно, на свой риск и страх, проникает в страну; но если первый министр Великобритании обращается к русскому министру с просьбою о пропуске к нам «для охоты» частного, будто бы, лица, которое в действительности есть политический агент и о котором, конечно, можно найти указание в любом английском адрес-календаре, – это, по моему мнению, верх наглости. Шпионы везде есть и всегда будут, но я первый раз вижу, чтобы их посылали с таким цинизмом».

Быстро понял Петровский и то, что англичане «приготовляют разграничение Кашгарии с кашмирскими владениями и идут пока сзади канджутцев, подучив их требовать у китайцев земель по Раскем-Дарье».

В связи с возникшей угрозой губернатор Ферганской области А. Н. Повало-Швыйковский предлагает Туркестанскому генерал-губернатору вновь возбудить пограничный вопрос с Китаем, который был не вполне завершён в 1895 году, и перенести пограничную черту с Сарыкольского хребта дальше на восток. “С захватом Тагдумбаша, – пишет он в своём письме, – влиянию Англии подчинится, конечно,

и весьма важный для нас в стратегическом отношении Сарыкольский округ Кашгарской провинции, что, в свою очередь, откроет англичанам свободный и вполне удобный путь через Ташкурган, Тагарму, Булункуль и далее на Кашгар… было бы своевременным возбудить вопрос о разграничении с Китаем,

об установлении прочной постоянной линии, перенеся временно условленную ныне граничную черту с Сарыкольского хребта, начиная от перевала Беик, далее на восток к отрогам Мустагского хребта, что дало бы нам возможность парализовать английские происки и заслонить прямой путь из Кашмира в Кашгар».

Барон Вревский, в свою очередь, сообщает об этом военному министру А. Н. Куропаткину.

Генерал-губернатор усматривал в действиях англичан явное стремление захватить Тагдумбаш-Памир и часть Южной Кашгарии с Яркендом с целью обойти с юго-востока памирскую границу и «открыть ост-индскому правительству свободный и безопасный путь к завладению всей Кашгарской провинцией, в более или менее близком будущем». Во всяком случае, с захватом Тагдумбаш-Памира, писал Вревский, влиянию англичан подчинится важный в стратегическом отношении Сарыкольский район, и потому необходимо добиваться установления «прочной, постоянной граничной линии» с Китаем. Тем самым будет закрыт прямой путь из Кашмира и Канджута в Кашгар.

Началось противостояние. Русскими властями было аннулировано разрешение, выданное капитану Кобболду на посещение Памира. 11 июня 1898 года в кишлаке Калаи-Вамар начальником Памирского отряда капитаном Э. К. Кивекэсом (будущий генерал и верховный главнокомандующий вооружёнными силами Финляндии) англичанин был арестован.

В центре штабс-капитан Эдуард Карлович Кивикэс

Правда, особого дискомфорта во время ареста Кобболд не испытывал. Русские приняли его достаточно тепло. Он посещал товарищеские вечеринки, охотился в окрестностях поста. Единственно, что ему было запрещено, – фотографировать сам пост. Но и этот запрет был чистой формальностью. Кобболдом, в частности, был сделан замечательный групповой снимок офицеров и нижних чинов Памирского отряда. Через несколько дней британский разведчик был вынужден вернуться в Кашгар.

В августе 1898 года Петровскому удалось получить от китайских властей разрешение установить почтовое сообщение с Памирским отрядом через Сарыкол. Это давало «полную возможность следить за положением дел в этой местности». Для этого русский консул предлагал «посылать со стороны Памира через Сарыкол в консульство, под видом почтарей, разведчиков, и даже, если будет нужно, держать одного из них постоянно в Ташкургане (на Сарыколе)».

Правда, в дальнейших событиях по урегулирования “Сарыкольского кризиса” Александр Борисович уже не принимал, поскольку навсегда покинул Туркестанский край, передав бразды правления сменившему его генералу Духовскому.

При Духовском кризис и завершился. Военным агентом при Кашгарском консульстве капитаном Корниловым (будущим Верховным главнокомандующим России) был учреждён Ташкурганский пост и британцы прекратили свои происки в Сарыколе, уверив власти Российской Империи в отказе от каких-либо притязаний на эти земли. К 1902 году противоречия были практически устранены, но взаимное недоверие продолжалось вплоть до 1907 года.

Что же касается барона Вревского, то он в награду за туркестанскую службу был произведён в генералы от инфантерии и назначен членом Военного Совета.

В январе 1906 года «согласно прошению» Вревский окончательно уходит с военной службы.

Умер Александр Борисович 9 ноября 1910 года в городе Ментона (Приморские Альпы, Франция). Был похоронен в России, на погосте Врев (в отдельном склепе, на самом высоком месте городища Врев.

Какое-то время память о четвёртом генерал-губернаторе Туркестана сохранялась в топонимике Туркестана. Именем Вревского был назван посёлок в Ташкентской области, ныне городок Алмазар; село в пригороде Чимкента, ныне село Акбулак и Ледник барона Вревского, расположенный на северных склонах Гиндукуша, откуда берёт начало Аму-Дарья.

Ныне же имя внука “Бриллиантового князя”, вспоминают лишь историки.

В.ФЕТИСОВ

На заставке: Офицеры и нижние чины Памирского отряда на посту Хорог. Снимок британского майора Кобболда. Из коллекции М. К. Басханова

Источники:

  1. Фон Дрейер В.Н. На закате Империи. Мадрид, 1965 г.
  2. В. Вересаев, “Пушкин в жизни”, М; “Советский писатель”, 1936 г.
  3. Список генералам по старшинству. СПб, 1905 г.
  4. Фёдоров Г. П. Моя служба в Туркестанском крае (1870-190 года). Исторический вестник. № 9, 1913.
  5. Послужной список генерал-губернатора Туркестанского края генерал-лейтенанта барона Вревского. 15.11.1889 г. Национальный архив Узбекистана (НАУ). И-1, ОП- 33, е. хр. 294.
  6. Телеграмма о назначении Вревского туркестанским генерал-губернатором. Там же, И-1, ОП-34, ед. хр. 698.
  7. “Туркестанские ведомости”: подшивка 1890 – 1898 гг.
  8. Маев Н. Туркестанская выставка 1890 г. Путеводитель по выставке. Ташкент, 1890 г.
  9. С. Гедин. “В сердце Азии”. Изд. “Ломоносовъ”, М; 2010
  10. “Дворянские роды Российской империи”. Т. 1. Князья. СПб., ИПК «Вести», 1993.
  11. Б. Л. Тагеев. «Русские над Индией» (Воениздат, 1998). Глава IV  «Ольгин луг. Киргизская тамаша»
  12. Ювачев И. П. Курбан-Джан-Датха, кара-киргизская царица Алая. // Исторический вестник.  № 12, 1907 г.
  13. Басханов М. К. и др. Дервиш Гиндукуша путевые дневники центральноазиатских экспедиций генерала Б. Л. Громбчевского. Нестор-История, 2015.
  14. Казанский К. Вблизи Памиров. Ташкент. 1895 г.
  15.  Петровский Н. Ф. Туркестанские письма. Памятники исторической мысли. 2010

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь

Последние новости

Программы партнёрства ФАО-Турция: опыт Узбекистана

Узбекская делегация из числа представителей Министерства сельского хозяйства Республики Узбекистан, Министерства природных ресурсов Республики Узбекистан, Ташкентского государственного аграрного университета...

Больше похожих статей