13.8 C
Узбекистан
Воскресенье, 2 октября, 2022

 ТРЕТИЙ. Николай Оттонович Розенбах. Глава шестая

Топ статей за 7 дней

Подпишитесь на нас

51,905ФанатыМне нравится
22,961ЧитателиЧитать
4,500ПодписчикиПодписаться

Из цикла Туркестанские генерал-губернаторы

Мы не знаем, по совету ли старожилов Ташкента, в частности управляющего канцелярией Фёдорова, или по собственной инициативе, но генерал Розенбах своё правление начал с восстановления институтов созданных Кауфманом и разрушенных Черняевым.

Уже в начале августа появился приказ за №197, подписанный генерал-губернатором “относительно пользования Публичной библиотекой”. В нём говорилось:

“Предлагаю все книги Публичной библиотеки, переданные в силу приказа по военно-народному управлению от 13 декабря 1882 года за №312 в Окружной штаб и учебные заведения г. Ташкента, возвратить в Публичную библиотеку”.

В приказе также определялось, что библиотека содержится за казённый счёт, обслуживание её бесплатное и открыта для всех желающих.

К приказу прилагались правила пользования библиотекой.

Также была восстановлена хлопковая селекционная плантация, созданная первым генерал-губернатором, и обращено внимание на развитие шелководства. В своих воспоминаниях Розенбах пишет: “Желая насколько возможно содействовать развитию производительности края, я немедленно по назначению генерал-губернатором определил на должность чиновника по особым поручениям натуралиста г-на Вилькинса…Чиновник этот служил более 10 лет в Туркестане, был вполне знаком с производительными силами края и, по непонятному распоряжению генерала Черняева, оставлен за штатом. Пользуясь его сведениями, я желал прежде всего дать толчок культуре в крае хлопка из американских семян и поддержать шелководство, пришедшее, вследствие болезни шелковичных червей в полный упадок. Согласно докладам господина Вилькинса мною была учреждена в Ташкенте, вслед за моим прибытием в край хлопковая ферма и гренажная станция, первая открытая в России”.

Вообще, судя по всему, Кауфман был для Розенбаха некой путеводной звездой. Николай Оттонович во всём старался следовать первому генерал-губернатору Туркестана. Розенбах так же заказывал семена американского хлопчатника и раздавал бесплатно всем желающим. И результаты превысили все ожидания, из созданной первым, и восстановленной третьим начальниками края Ташкентская опытная хлопковая станция выросла огромная хлопковая индустрия. В 1884 году русские селекционеры скрестили местный сорт с американским, что значительно повысило урожайность. Выращенный в Туркестане хлопок стоил в три раза дороже пшеницы. Туркестан охватила хлопковая лихорадка. Российский капитал устремился в Среднюю Азию как в новое Эльдорадо.

Уже на следующий год после назначения Розенбаха генерал-губернатором, урожай хлопка вырос в сотню раз и составил 20 тысяч пудов, а ещё через три года достиг миллиона пудов. “Могу с гордостью сказать, — пишет Розенбах в своих воспоминаниях, — что Россия мне в этом обязана. Составленное и изданное г. Вилькенсом по моему распоряжению руководство хлопководам принесёт также несомненную пользу”.

Хлопковый завод. Старинная почтовая открытка, конец 19 века

То же можно сказать и о шелководстве.

Уже в 1884 году по инициативе генерал-губернатора в Ташкенте, а в последующие годы в Самарканде, Новом Маргилане и Петро-Александровске были учреждены гренажные станции. Нельзя сказать, что в Туркестане до этого не знали шелководства, отнюдь, оно процветало здесь с давних времён. Однако, болезнь тутовых червей, поразившая в начале 80-х годов 19 века некоторые местности Средней Азии грозила совершенно погубить эту отрасль хозяйства. Так это случилось, в частности в Хивинском ханстве. Гренажные станции созданные по распоряжению Розенбаха, снабжая население, опять же бесплатно, здоровой греной (грена – яйца шелкопряда), устраняли опасность заражения. И как пишет Николай Оттонович: “ни одна из принятых мною в крае мер не была принята с таким сочувствием, как снабжение населения здоровой шелковичной греной”.

Уже через месяц после приезда, — не откладывая в долгий ящик, — генерал-губернатор отправился из Ташкента для ознакомления с краем. Пробыв сутки в Джизаке, Розенбах выехал в Самарканд.

На берегу реки Зерафшан для встречи начальника края собралась масса народа. Здесь же находилось и Бухарское посольство во главе с наследным принцем. “Картина встречи была восхитительной”, — как написал позднее Николай Оттонович.

В течении десяти дней губернатор подробно ознакомился и с Самаркандом и со всем Зерафшанским округом. Ухоженность и благоустройство области настолько понравились Розенбаху, что на официальном обеде, устроенным 30 августа Николай Оттонович провозгласил тост за здоровье бывшего начальника области генерал-лейтенанта Абрамова, “которому город Самарканд и весь Зерафшанский округ обязаны своим устройством”.

Абрамовский бульвар в г. Самарканде. Старинная открытка

В сопровождении наследника бухарского трона Сейид Абдулахад-хана Розенбах провёл смотр войскам и принял участие в манёврах. Выучка войск произвела на командующего весьма благоприятное впечатление.

Найдя местное население весьма зажиточным и вполне довольным местной властью, генерал-губернатор отправился в Ферганскую долину, где его уже ждал военный губернатор области генерал-майор Н. А. Иванов. И здесь, оказанный ему приём резко отличался от того, что встретил Розенбах в Заравшанском округе. Везде проявлялось неудовольствие, даже враждебность к русскому правительству. Начальник края оказался буквально завален просьбами и жалобами на тяжесть поземельного налога.  Ему пришлось уверить жалобщиков, что он обязательно рассмотрит каждое заявление, но эти обещания толпу не удовлетворяли, и приходилось иногда прибегать к помощи казаков.  

Причин для недовольства у населения безусловно были. В частности, ирригационная система области находилась в полном запущении и недостаток воды для обработки земли ощущался очень остро. Генералом Черняевым была упразднена должность заведующего ирригацией и его помощника, что имело самые пагубные последствия, поскольку не было ответственного за состоянием арыков и каналов. Ознакомившись с положением в системе водопользования Розенбах эту должность, с 1 января 1885 года, восстановил.

Города Ферганской долины, в отличие от Самарканда, произвели на Николая Оттоновича весьма дурное впечатление: узкие, извилистые улицы, грязь и смрад отличали и Коканд и Новый Маргилан и Андижан. И Розенбах принимает решение все находящиеся в его распоряжении средства направить на благоустройство и постройку административных зданий в городах Ферганской области. И, надо отдать должное генералу Розенбаху, уже к 1899 году, можно было видеть прекрасно распланированный с шоссированными улицами, город Коканд.

И, конечно же, генерал-губернатор, обратил внимание на настроения местных жителей царивших в регионе.

Фергана 80-х годов позапрошлого века, представляла собой весьма неспокойный регион. В это время здесь начали действовать различные мятежные группы, так называемых «джетым-ханов» (ложных ханов, самозванцев). Называли их так потому, что вожди этих отрядов выдавали себя за наследников Кокандских ханов. Правда они грабили, только местных жителей, опасаясь трогать русское население и государственные учреждения: почты, телеграфы, банки и т. п. Тем не менее, требовалось положить этим бесчинствам конец, иначе авторитету власти будет нанесён значительный ущерб. Обо всём этом военный губернатор Иванов доложил Розенбаху, который принял эту информацию к сведению, и уже через год столкнулся с открытым противостоянием.

В 1885 году, в период обострения «Большой игры» и русско-афганского столкновения в Пендинском оазисе, — где генерал Комаров разгромил афганские войска, — по Туркестану стали распространяться слухи о скорой войне между Россией и Афганистаном, который поддержит Англия и о появлении мусульманского мессии — Махди. Из кишлака в кишлак по рукам ходила прокламация, провозглашавшая близкое объявление «джихада» — войны с неверными. По информации полученной военным губернатором Ферганской области Ивановым воззвание исходила от некоего Абдул-Керим бека, жившего в Пешаваре. И вновь появились, казалось уже разгромленные, отряды «джетым-ханов». Они устраивали налеты на кишлаки, вербуя в свои отряды бедняков-дехкан, нападая на дома баев и волостных управителей, брали в качестве заложников представителей сельской администрации. Главным предводителем этого, уже политического, движения был некий Дервиш-хан, житель Коканда. Партизанская война, грозила охватить всю долину, а возможно перекинуться и дальше. Бывший в то время начальник штаба Туркестанского военного округа генерал Белявский свидетельствовал: «Разбои, бывавшие в Фергане и ранее, за последнее время приобрели большую смелость и дошли до того, что шайки нападали на наши пограничные посты и оказывали вооруженное сопротивление администрации. В прошлом году шайка дошла до такой силы, что против нее была выслана сотня казаков, которая и рассеяла её. К крайнему сожалению, пострадали очень немногие из участников этой шайка и то второстепенные». А по свидетельству помощника военного губернатора Ферганской области В. Ю. Мединского Дервиш-хан рассчитывал на поддержку всего населения и на общее восстание в Фергане. Для ликвидации движения был отправлен отряд казаков под командованием начальника Андижанского уезда, капитана Брянова. Вот что об этом пишет генерал-губернатор Розенбах: «В августе (1885 г., В. Ф.) начал я получать весьма неутешительные известия из Ферганской области. Неудовольствие населения, замеченное мною при объезде в 1884 году, начало выступать в более решительной форме. По области стали бродить шайки человек в 100—150, призывающих население к открытому восстанию против русских властей и совершающих разные бесчинства. Ими были захвачены и зарезаны несколько волостных управителей, оставшиеся верными русским. Проезд по почтовым дорогам делался не безопасным, мирными жителями овладела общая тревога. Военным губернатором области генералом Ивановым принимались всякие меры к прекращению беспорядков, направлялись летучие отряды войск, по разным направлениям для поимки шаек и успокоения населения. Несколько шаек было настигнуто, но при первых встречах они разбежались, и появлялись вновь в других пунктах. Тревожное положение продолжалось до конца сентября, когда начальнику Андижанского уезда капитану Брянову удалось настичь одну значительную шайку человек в 200, при чем несколько человек было убито и человек 50 захвачено в плен».

Главные зачинщики беспорядков, — 21 человек, были сосланы в Сибирь. Однако, сам Дервиш-хан успел скрыться и так и остался непойманным. Говоря об арестованных мятежниках после поимки отряда Дервиш-хана генерал Мединский пишет: «Арестованные затем участники беспорядков, более 60 человек, представляли жалкий вид, большинство из них бездомники».

Вообще, заняв должность начальника Туркестанского края Розенбах, автоматически стал участником “Большой игры”, и уже к декабрю 1884 года в полной мере это ощутил.

В.ФЕТИСОВ

Продолжение следует

На заставке: Н. Н. Каразин. Цикл “Виды и типы Ташкента”. Штаб Туркестанского военного округа. “Всемирная иллюстрация”, №718, 1882 г.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь

Последние новости

Центральная Азия может пострадать от уменьшения потока денежных средств из России

Аналитический портал ranking.kz со ссылкой на данные Всемирного банка опубликовал прогноз касательно денежных переводов из РФ в страны Центральной...

Больше похожих статей

×