18.2 C
Узбекистан
Вторник, 21 сентября, 2021

Невольник чести генерал Самсонов. Глава шестая

Топ статей за 7 дней

Подпишитесь на нас

51,905участниковМне нравится
22,961участниковЧитать
3,250участниковПодписаться

Из цикла Туркестанские генерал-губернаторы

Когда Александр Васильевич прибыл Ташкент, в городе вовсю шла подготовка к Сельскохозяйственной выставке, приуроченной к 25-летию первой подобной экспозиции в Туркестанском крае.

Конечно, организационные работы начались ещё при предыдущем генерал-губернаторе, тем не менее Самсонов, избранный почётным председателем оргкомитета, активно включился в работу. Под юбилейную выставку отвели весь Константиновский сквер (ныне Амира Темура), а также весь Городской сад (в советский период Парк им. Горького). Военным инженером А. Н. Левковичем и бригадой строителей под его руководством, было построено 152 уникальных павильона, в которых разместились десятки тысяч экспонатов не только местных фирм и государственных учреждений, но также торговых и промышленных компаний из других уголков Российской империи, а также зарубежных стран. С полным основанием выставку эту можно назвать международной. Причём свою продукцию демонстрировали не только организации, связанные с сельским хозяйством. Были павильоны военного ведомства, железнодорожного, горно-металлургического, Ташкентского городского управления и некоторые другие.

Выставка открылась с 13 сентября и работала по 15 октября 1909 года. Пользовалась она ошеломляющим успехом. Уже в первые две недели число её посетителей достигло ста тысяч человек. Было организовано и информационное сопровождение: выпущен подробный путеводитель, издавалась специальная газета «Вестник выставки» (всего вышло восемнадцать номеров). Победителям было выдано около двухсот золотых, серебряных и бронзовых медалей, а также почетные халаты. К счастью, сохранилось много фотографий с этого мероприятия, и сегодня мы можем весьма высоко оценить дизайн некоторых павильонов. Один такой павильон, построенный в мавританском стиле для Торгового дома Первушина, простоял очень долго, в советское время он был приспособлен под цветочный магазинчик и был уничтожен уже в годы Независимости.

Группа членов президиума выставки во главе с почетным председателем организационного комитета — Туркестанским генерал-губернатором. Сидят слева направо: Мустафин В. А., Романов М.Я., Дунин-Барковский В.Н., Самсонов А.В., Третеский В.Ю.

И ещё одно дело, начатое одним из его предшественников, завершил генерал Самсонов. Николай Иванович Гродеков, будучи начальником Туркестанского края организовал всероссийскую подписку на сооружение памятника Кауфману в Ташкенте. Об этом сообщила, в 1908 году, газета “Новое время”: “9 января текущего года Государь Император изволил разрешить открыть подписку для сооружения в Ташкенте памятника устроителю Туркестанского края первому туркестанскому генерал-губернатору и командующему войсками туркестанского военного округа генерал-адъютанту Константину Петровичу фон Кауфману и войскам, покорившим Среднюю Азию. По распоряжению туркестанского генерал-губернатора генерала от инфантерии Гродекова, 21 февраля в Ташкенте был организован особый комитет по сбору пожертвований на сооружение этого памятника, под его председательством, каковым комитетом были разосланы подписные листы”.

Комитету удалось собрать в короткое время около 70.000 рублей. Однако, прошло ещё несколько лет прежде чем памятник устроителю Туркестана появился в центре сквера. C назначением Самсонова генерал-губернатором дело сдвинулось с места. Вот что пишет А.И. Добросмыслов в своей книге “Ташкент в прошлом и настоящем”: “17 ноября 1910 г. в центре перекрещивания Кауфманского и Московского проспектов произведено освящение места и сделана закладка памятника Константину Петровичу Кауфману в присутствии всех высших властей, войск, учащихся и громадной толпы”. По итогам конкурса, объявленного Академией Художеств, победил проект скульптора Н. Г. Шлейфера “Памятник Генералу Кауфману и войскам, покорившим Среднюю Азию”.

Фигура Кауфмана с саблей в руках и под знаменем возвышалась на постаменте, на котором были установлены барельефы Черняева и Скобелева.

Памятник в присутствии туркестанского генерал-губернатора был торжественно открыт 4 мая 1913 года.

Фотография из журнала “Огонёк”, № 21, 1913 г. Фотография И. Лозинского

Ташкентский корреспондент журнала “Огонёк” писал: “Торжественным парадом ознаменовано в Ташкенте открытие памятника просвещённому завоевателю и устроителю обширной русской окраины генералу К. П. фон Кауфману. Память этого сотрудника светлых реформ Д. А. Милютина славна здесь не только рядом блестящих военных подвигов (взятие Самарканда, Коканда, Кульджи, покорение Хивы и Бухары), но и 12-летними упорными трудами по благоустройству края и упрочению добрых отношений с покорёнными племенами. Гуманность и светлый ум этого истинного “культуртрегера” создали на границах Индии и Тибета надёжный оплот для русской политики. Симпатия тюркских племён к обаятельной личности русского генерала закрепилась навсегда уже в прочном тяготении громадных пограничных областей к русской державе”.

К сожалению, простоял памятник только шесть лет, в 1919 году, по решению новых властей он был демонтирован.

А примерно за год до торжественного открытия памятника, случилась трагедия изрядно попортившая здоровье начальника края. Об этом событии, названном впоследствии “Туркестанское восстание сапёров”, весьма подробно рассказала в июле 1912 года газета “Новое время”.

Случилось вот что.  Примерно в 30 километрах от Ташкента располагалось село Троицкое. Там находились, так называемые Троицкие летние лагеря, где ежегодно проводились военные манёвры всех частей Туркестанского военного округа. Летом 1912 года в этих лагерях располагались два сапёрных батальона: 1-й Туркестанский, дислоцировавшийся в Ташкенте и 2-й Туркестанский, прибывший туда из г. Мерва. В военный лагерь можно было попасть двумя путями – из Троицка, по мосту, перекинутому через глубокий, быстрый и широкий Зах-арык, охранявшийся военным караулом артиллеристов, и через мост соединяющий лагерь с кишлаком Ниязбек, где стоял пост сапёров. Кишлак Ниязбек пользовался дурной славой. В нём различные криминальные личности занимались продажей самогона и содержали заведения с женщинами, как сейчас говорят, пониженной социальной ответственности. И поскольку мост этот ведущий к нехитрым порочным развлечениям охраняли сами сапёры, то почти каждую ночь кишлак был наполнен “своими”, то есть их товарищами по службе. Пользуясь тем, что солдаты остаются безнадзорными, усилили пропаганду различные революционные агитаторы, — как в селе Троицком, так и в кишлаке Ниязбек. Большевиками и эсерами велась усиленная подрывная деятельность: распространялись прокламации, устраивались тайные собрания, где солдат подбивали к неповиновению. Вскоре результат этой работы сказался — в одной из рот был заявлен протест против, будто бы дурно приготовленной пищи, а вечером 1 июля толпа солдат 1-го Туркестанского сапёрного батальона под звуки полкового оркестра, с криками “ура” и пальбой из винтовок бросилась на рядом расположенный 2-й Туркестанский саперный батальон. Скорей всего, главной целью бунтовщиков было овладеть денежными ящиками. Однако, силами караула 2-го батальона нападение было отбито.

На звуки выстрелов выскочили штабс-капитан Похвиснев и подпоручик Шацкий. Они бросились к своим ротам с криками: «Что вы делаете, подлецы?». В ответ, обезумевшие солдаты набросились на офицеров, в результате чего Шацкий, был поднят на штыки, а  Похвиснев, сначала заколот, а затем расстрелян.  Это злодеяние толпу бунтовщиков не остановило, и они с криками «Товарищи, присоединяйтесь к нам», бросились в расположение 2-го батальона. Однако, командиры закаспийцев, уже пришли в себя. Капитан Жильцов с несколькими младшими офицерами быстро организовал оборону, а командир 2-го батальона подполковник Табарэ собрав подбежавших к месту стычки солдат, роздал патроны и приказал открыть огонь по бунтовщикам.

Мятеж вскоре был подавлен, а на следующий день, 3-го июля, в пять часов вечера в Ташкент отправился печальный кортеж с пятью погибшими во время восстания – тремя офицерами и двумя солдатами. Горестная процессия двигалась медленно и в Ташкент прибыла только в начале восьмого утра. Но, несмотря на раннее утро, улицы туркестанской столицы были переполнены жителями города, пожелавшими отдать последний долг воинам, павшим в мирное время. И, как писали туркестанские газеты: “Пять лафетов при общем безмолвии и в сопровождении военных частей проследовали в Военный собор, переполненный народом; всё духовенство Ташкента присутствовало при отпевании. По провозглашении вечной памяти, при колокольном звоне и печальных звуках военного оркестра, двинулись к кладбищу; впереди процессии шли нижние чины с 30 венками; при выносе гробов из Военного собора публика осыпала их цветами”.

Туркестанские саперы. Троицкие лагеря под Ташкентом. 14 июля 1912 г. Фото из  “Книги русской скорби”

Так закончилась эта трагедия. Затем состоялся суд, по приговору которого 14 человек были повешены в Ташкентской крепости, а 220 человек приговорены к каторжным работам и отправлены в дисциплинарные роты. А несколько позднее в “Туркестанских ведомостях” появилось следующее сообщение: “В Ташкентском кадетском корпусе состоялось редкое торжество возложения серебряных медалей на георгиевской ленте с надписью «за храбрость» на кадетов шестого класса Витольда Красовского и Бориса Авдеева. Награды Высочайше пожалованы юным героям за проявленное ими мужество и самоотверженные действия во время вооруженного восстания сапёр и нижних чинов 1 июля 1912 года, в лагере под селом Троицким. Возложение медалей произведено лично командующим войсками ген. Самсоновым. На торжестве присутствовали высшие военные чины, много офицеров и родители. Вечером, по случаю редкого торжества, в корпусе состоялся бал”.

Подвиг кадет, награжденных георгиевскими медалями, заключался в следующем. Красовский при первых выстрелах прибежал к месту стычки и тут же подняв, истекавшего кровью подпоручика Кощенца, отвёл его в лазарет и сдал врачу. После этого вновь бросился на помощь осаждённым. Кадет Авдеев последовал за отчимом (подполковник Табарэ) в лагерь, причем по дороге, услыхав щёлканье затвора и увидев, что один из мятежников целится в Табарэ, криком предупредил того тем самым дав ему возможность броситься на бунтовщика.

В советское время восстание сапёров в Туркестане было расценено как выступление против царского режима и подъём революционного движения и через 50 лет в центре города Чирчик, за Дворцом культуры Чирчикского химического комбината, на том самом месте, где происходили описываемые события, восставшим сапёрам был поставлен памятник. В 1992 году, по известным причинам, он был демонтирован.

После этой трагедии, Александру Васильевичу возглавлял Туркестанский край ещё два года. В 1914 году началась Первая мировая война и он был отозван на фронт.

В.ФЕТИСОВ

Продолжение следует

На заставке: Члены организационного комитета выставки во главе с почетным председателем — Туркестанским генерал-губернатором А. В. Самсоновым. г. Ташкент, Городской сад. Фотография И. Лозинского. (сентябрь-октябрь 1909 г.)

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь

Последние новости

Шавкат Мирзиёев посетил детскую клинику при Каракалпакском медицинском институте

Во время своей поездки в Нукус Шавкат Мирзиёев посетил детскую клинику при Каракалпакском медицинском институте. Как сообщает пресс-служба президента, глава...

Больше похожих статей

ЎЗ
×