Новости Узбекистана

Лучше проинформировать, чем объяснять, лучше объяснить, чем оправдываться.

Ўзбекча Ўзбекча

Светлый сайт   

→ «На шею мне повешен талисман…»

«На шею мне повешен талисман…»

«На шею мне повешен талисман…»

Нынешний год для нашей литературы знаменателен вдвойне: 9 февраля 1441 года родился великий узбекский поэт Алишер Навои. И, прожив ровно шестьдесят лет, насыщенных вдохновенным творчеством, напряженными нравственными исканиями и замечательными творческими открытиями, в 1501 году покинул этот мир, оставив нам бесценное наследие.

О сокровенной жизни духа и души поэта говорят не только его крупные произведения, поэмы и дастаны, – нет, каждая строчка Навои, его газелей, рубаи или кытъа, согрета его горячим, неравнодушным сердцем, в каждой бьется живая, пытливая мысль великого гуманиста.

На шею мне повешен талисман, –
Не для того, чтоб хворости спугнуть, –
Нет! Мне связали шею небеса,
Чтоб с каждым шагом камень бился в грудь!..

* * *
Писать стихи Навои начал рано и уже к пятнадцати годам стал известен как поэт, слагающий стихи на двух языках: на фарси, как было принято в то время и почиталось единственно возможным для стихотворца, пишущего для образованного круга читателей, – и на узбекском (сейчас мы называем его староузбекским), что для той поры было новаторством.

Поэт оставил большое и многогранное литературное наследие – около тридцати сборников стихов и поэм, сочинения в прозе и научные трактаты, которые позволяют нам достаточно полно узнать о жизни современной ему эпохи. Одновременно творчество Навои можно считать и нашим проводником в глубь более отдаленных времен, потому что в нем осмыслен и донесен художественный опыт литературы и, в целом, культуры многих народов Центральной Азии и Ближнего Востока за века, предшествовавшие XV столетию, когда жил классик нашей литературы.

Сейчас, когда мы отмечаем 575-летний юбилей со дня его рождения, хочется снова обратиться к его поэтическим творениям, которые изданы на узбекском, русском и многих других языках.

«Сокровищница мыслей» – так назвал Навои свод своих стихов, составивший четыре сборника-дивана: «Чудеса детства», «Редкости юности», «Диковины зрелости», «Назидание старости».В них представлены различные традиционные для восточной поэзии жанры – касыды, газели, кытъа и другие. Найдем мы здесь и рубаи – жанр, который многие, как правило, соотносят прежде всего с именем Омара Хайяма…

Вершиной творчества Навои признается знаменитая «Пятерица» («Хамса»), состоящая из пяти поэм – «Смятение праведных», «Лейли и Меджнун», «Фархад и Ширин», «Семь планет», «Стена Искандера». Включает литературное наследие поэта, среди многих других, и аллегорическую поэму «Язык птиц», и философское сочинение «Возлюбленный сердец», и трактат «Спор двух языков», в котором он упорно отстаивал культурное значение староузбекского, народного языка – тюрки.

Помимо литературного творчества, Навои, как известно, находил время и для деятельности государственной, заслужив титул эмира. Он был покровителем ученых, поэтов, художников. И все же главной его жизненной заповедью, которой он оставался верен до последнего вздоха, был тот самый заветный поэтический «талисман».

* * *
…И что бы ни приключилось,
Улыбкой встречай беду.
Познавший судьбы упорство
Упорнее стал во сто крат.

Юношей Навои оказался, по воле судьбы, в Самарканде, где ему предстояло набираться знаний. Городе, сыгравшем большую роль в становлении будущего поэта и мыслителя.

В сборнике статей «Родоначальник узбекской литературы», изданном в 1941 году, в рамках подготовки к празднованию 500-летия со дня рождения Навои, была опубликована интереснейшая «Схематическая карта жизненного пути Алишера Навои». Ее составил профессор А.А. Семенов, который в том же юбилейном 1941 году прибыл в Самарканд в составе экспедиции ученых с правительственным заданием – изучить эпоху, в которую жил великий узбекский поэт. Почему именно в Самарканде должно было проходить это изучение, ведь Навои жил в этом городе всего четыре года, с 1465-го по 1469-й?Этот вопрос ни тогда, семь с половиной десятилетий назад, ни сейчас не возникает. Пребывание в Самарканде (который тогда находился в границах современного Узбекистана, как можно убедиться, вглядевшись в эту самую «схематическую карту» жизненного пути поэта), глубоко отразилось на формировании характера Навои, его научных и художественных взглядов. В поэме «Фархад и Ширин» он, уже давно заслуживший славу большого поэта и справедливого государственного деятеля, вспоминает об Улугбеке – великом представителе династии Темуридов, о котором, конечно, был наслышан во время пребывания в годы своей молодости в Самарканде. «Султан Улугбек, потомок хана Темура, был царем, подобного которому мир еще не знал», – так звучат строки Навои об Улугбеке в дословном переводе. Этот властитель, говорится далее, «протянул руку к науке и достиг многого, приблизив небо к земле».

До сих пор у исследователей творчества Навои нет единого мнения о том, почему местом пребывания 24-летнего юноши, покинувшего родной Герат, стал именно Самарканд. Называются, в том числе, причины политические: родственники Навои и многие люди из его окружения были на стороне одного из правителей, который потерпел поражение в борьбе за власть в Герате. И Навои вынужден был уехать из этого города, то ли опасаясь за собственную жизнь, то ли будучи выслан новым правителем. И все же, думается, вернее всего будет принять «версию» самого Навои, утверждавшего позднее, что в Самарканд он поехал для обретения новых знаний. Действительно, в те далекие времена Самарканд и Герат делили славу двух культурных центров. В годы правления Темура и Улугбека в этом постоянном соревновании первенство держал Самарканд. Однако к моменту переезда сюда молодого Мир-Алишера Самарканд уже уступил Герату. Тем не менее, трудно согласиться с мнением ряда исследователей, что Самарканд вообще был в это время захолустным, провинциальным городом, где нечему было учиться и некому было учить. По воспоминаниям самого Навои, он нашел в этом городе и достойных учителей, и высокообразованных, умных собеседников. Однако будущий мыслитель не был бы собой, если бы при этом не уделял много времени и самообразованию, – сказывалась пытливая, ищущая натура, с присущей Навои неизбывной жаждой самому докопаться до сути вещей и явлений.

Интересно отметить, что известный самаркандский ученый Б. Валиходжаев составил собственную «схематическую карту» мест пребывания Алишера Навои в этом городе, и мест этих насчитываются десятки.

Надо сказать, что жизнь Навои в Самарканде не была легкой, прежде всего в материальном отношении. Позднее в своей первой поэме «Смятение праведных» он описал бедственное состояние юноши, приехавшего в большой город за знаниями: нет у него ни обуви, ни халата, под мышкой истрепанная книга, до вечера приходится ему бродить без пищи... Полностью соотносить это описание с жизнью самого поэта в Самарканде, конечно, не следует, но какие-то реальные воспоминания тут, безусловно, присутствуют, – на этом сходятся все биографы. Сам Навои вспоминал: как-то ему понадобилась теплая вода, но на ее покупку в бане не хватило денег...

Тем не менее, несколько лет, проведенных в Самарканде, стали для него действительно годами плодотворной учебы и образования. Тут и общение с учеными и поэтами, и неустанная работа над собой, и упорное совершенствование в области стихосложения. Высокая мерка, с которой Навои подходил к собственным сочинениям, позволяла ему, по его воспоминаниям, находить недостатки в стихах известных самаркандских поэтов, что говорит, конечно, о его незаурядных знаниях и литературном вкусе. К сожалению, до нас не дошли стихи Навои, написанные в Самарканде, хотя, по свидетельствам современников, такие стихи существовали и даже были довольно известны среди самаркандцев.

Еще одна загадка, на которую биографы поэта не дают однозначного ответа: бывал ли Навои в Самарканде еще хотя бы один раз после своего отъезда в Герат в 1469 году? Один из крупнейших знатоков жизни и творчества великого узбекского поэта, автор исследования о нем, академик Е. Бертельс, как бы «мимоходом», пишет: «В одну из поездок в Самарканд Навои…».Выходит, таких поездок было несколько? Очевидно, ученый исходит из сведений, почерпнутых в книгах самого Навои, но для него этот вопрос, видимо, не представлялся значительным, и других упоминаний, способных пролить на него свет, у Бертельса мы не встречаем.
«На шею мне повешен талисман…»

* * *
Много загадок остается для нас и в том, что связано с личной жизнью Навои. В его произведениях о ней нет фактически никаких сведений. Правда, в его лирике – газелях, мухаммасах, туюгах – можно найти образ возлюбленной, которая сводит героя с ума своей холодностью и коварством. Но это, конечно, не более чем дань поэтической традиции, а не реальные переживания поэта. Хотя кто знает… В известном романе Айбека, посвященном жизни Навои, присутствует образ возлюбленной, которая проходит через всю жизнь поэта.

Можно привести известную легенду, в которой рассказывается о том, как уже обладающий большой властью Навои увидел случайно молодую красавицу Гули, гуляющую по крыше своего дома. Он влюбился в нее и даже получил согласие на брак от девушки и ее отца. Но, на беду, на следующий день ее увидел на той же крыше проезжавший мимо султан Хусейн Байкара. И вот он приказывает Навои посватать эту девушку для него, султана. Навои не посмел признаться в своих чувствах, пошел к Гули, рассказал о поручении султана и о том, что им придется расстаться. Она согласилась, но перед свадьбой увиделась с Навои и попросила его в память об их любви выпить кубок вина. Сама же выпила другой – с медленно убивающим ядом...
Свадьба Гули и султана Хусейна состоялась. Но выпитый ею яд день за днем подтачивал силы прекрасной девушки. Перед смертью она вызвала Навои в гарем, чтобы проститься с ним. Он не мог не прийти на зов любимой. Но доступ в гарем для посторонних мужчин был строго запрещен, поэтому, страшась гнева султана, Навои был вынужден бежать в Мекку. Посланные вдогонку слуги властителя вернули его с дороги. Вместе, объединенные общим горем, Алишер и Хусейн похоронили любимую женщину…

Легенда эта, по словам академика Е. Бертельса, возникла с целью объяснить безбрачие Навои. Перед нами, подчеркивает ученый, весьма характерная для Востока любовная история, каких сочинено было немало.

Уже в наши дни Дмитрий Булгаков и Иззат Султанов написали романтическую повесть «Тайная книга», в которой рассказывается о платонической любви жены султана Хадичи и Алишера Навои, пронесенной ими через многие годы. Хадича оставалась верной женой правителю, его мудрой советчицей, но втайне, глубоко в сердце, питала чувство к Навои, и чувство это было взаимным…

Отрекся я от мук любви.
Гоните прочь меня скорей.
Обрушьте на меня поток
Хулою налитых камней!

Кроме безымянной возлюбленной его лирических произведений, в поэмах Навои предстают женщины умные и волевые, такие как Ширин, которые способны и верно любить, и вершить государственные дела, и даже, если понадобится, защитить свою Родину от врага. Может, поэт действительно не нашел в реальной жизни такого воспетого им идеального образа?..

* * *
…От любопытных тайну береги:
Не возвратишь, коль слово с уст слетело.
Ведь вздох последний тоже не вернешь,
Когда уйдет дыхание из тела…

Вот и мы, хотя прошло уже без малого шесть столетий, все пытаемся разгадать тайну притяжения поэзии Навои. Великого узбекского поэта, современника Леонардо да Винчи и Франсуа Вийона, предшественника Шекспира и Сервантеса… Написаны тысячи исследований, а тайна все продолжает манить... И это замечательно, потому что настоящая поэзия неисчерпаема и, главное, всегда современна для каждого поколения читателей.

…Моих стихов затейливы страницы.
Слова в них – странники причудливой страны.
Мой каждый стих – приют для многих смыслов, –
Странноприимный дом,
И кельи в нем полны!

А мы, читатели и почитатели Навои, всегда можем войти в его дом, открытый для каждого, чтобы увидеть и понять облик эпохи, в которую создавал свои замечательные произведения великий узбекский поэт.

Несмотря ни на какие жизненные невзгоды, а их у Навои было немало, он называл окружающий нас мир «праздничным». Давайте и мы войдем в праздничный мир поэта…

Дилором Нурмухамедова.
Комментарии
Вопрос: Сколько пальцев у человека на двух руках? (ответ цифрами)
Топ статей за 5 дней

А зачем вообще нужна махалля, если она плюет на нужды людей? Пенсионер и инвалид II группы рассказала свою историю о том, как работает махаллинский комитет (видео)

Выгодная рассрочка от UZAUTO MOTORS

Ташкентцы продолжают ходить без масок: за два дня карантинный режим нарушили 429 человек и 137 предприятий

Стало известно, кто больше всех заработал в период пандемии COVID-19

expo
Похожие статьи
Теги
Дилором Нурмухамедова