Новости Узбекистана

Лучше проинформировать, чем объяснять, лучше объяснить, чем оправдываться.

Ўзбекча Ўзбекча

Светлый сайт   

→ «Глобальная проблема сегодня – отсутствие культуры»

«Глобальная проблема сегодня – отсутствие культуры»

Апрель нынешнего года был отмечен значительным оживлением в музыкальной жизни Ташкента. Щедро делились своим исполнительским мастерством и творческим опытом как зарубежные гости столицы, так и наши соотечественники. В течение месяца в столице Узбекистана проходил Второй Международный фестиваль джаза, музыкальная общественность отметила столетие выдающегося композитора Сулеймана Юдакова, с сольным концертом выступила доцент Государственной консерватории, пианистка Мадина Файзиева. И это далеко не исчерпывающий перечень музыкальных сюрпризов нашей столицы. На исходе апреля музыкальный марафон завершился концертом Молодежного симфонического оркестра Узбекистана (художественный руководитель и дирижер, заслуженный артист республики Камолиддин Уринбаев), солисткой которого выступила лауреат Международных конкурсов Ирэна Гульзарова (Узбекистан-Швейцария).

Классический вечер, состоявшийся во Дворце творчества молодежи, покорил публику не только оригинальной программой, но тонкостью и одухотворенностью ее исполнения. В концерте прозвучали два крупных опуса: Третья симфония И.Брамса и Пятый «Египетский» фортепианный концерт К.Сен-Санса, после которого зал взорвался бурными аплодисментами и криками «Браво!» На бис пианистка на одном дыхании исполнила «Китайский танец» из сюиты «Щелкунчик» П.Чайковского – М.Плетнева.

«Глобальная проблема сегодня – отсутствие культуры»

После концерта мы встретились с Ирэной Гульзаровой в перерыве между ее деловыми встречами, репетициями, записью на телевидении и поговорили о классической музыке, о том, из чего складывается работа пианиста, секретах риска и успеха и многом другом.

- Расскажите, как появился замысел играть именно Пятый фортепианный концерт Сен-Санса?
- Он появился в моем репертуаре совершенно случайно. Еще в 2014 году меня пригласили выступить на закрытии концертного сезона во французском Марселе, которое было намечено на конец июня 2016 года. Правда изначально в программе стояла «Бурлеска» Рихарда Штрауса - очень интересное произведение, входящее в репертуар многих ведущих пианистов. Позже из Марселя пришло сообщение об изменении программы: вместо «Бурлески» на закрытии сезона предложили исполнить Пятый фортепианный концерт Сен-Санса, который я никогда не играла, поэтому и «взялась» за него с большим интересом и ответственностью. Тем более дирижер Лоуренс Фостер, с которым я играла на фестивале в Графенегге, рассказывал мне как известный итало-французский пианист Альдо Чикколини, с которым он исполнял этот концерт, чуть не «сломал руки» об его третью часть!

«Глобальная проблема сегодня – отсутствие культуры»

Репетиция с маэстро Лоуренсом Фостером (Вена, 2014г.)

- С чего начинается работа над произведением?
- В первую очередь, новое произведение я читаю с листа от начала до конца, и если оно мне совершенно незнакомо, слушаю записи разных исполнителей. Для меня это один из важных этапов в освоении нового сочинения. Пятый Сен-Санса мне сразу понравился своей самобытностью. Особенно выделяется в нем вторая часть – своеобразный европейский взгляд на «Восток», в которой и сегодня очень много интересных композиторских находок. К примеру, в некоторых местах создается ощущение, что рояль «препарирован» - так ловко обыграл Сен-Санс регистры, динамику и интервалы! А в мини-каденции есть моя личная звуковая находка: мелодика повторяющихся нот настолько близка к чангу, что я стараюсь имитировать на рояле этот восточный музыкальный инструмент. Ноты первой редакции концерта я нашла без проблем, однако, отличий от современного издания не обнаружила - даже фальшивая нота в третьей части по-прежнему осталась на своем месте!

- Вопрос о редакциях достаточно сложный. Пианисты часто затрудняются в выборе исполнения произведения под той или иной редакцией, нередко используя Urtext.
- В детстве я не понимала, как можно без различных примечаний - пальцев, педали, динамических оттенков - учить произведение. Тогда и не было такого большого выбора. Бах, в основном, разучивался по редакции Муджеллини, а Бетховен и Моцарт – по Гольденвейзеру. Сейчас я радуюсь, если нахожу совершенно «чистые», авторские ноты. За последнее время у меня собралась достойная коллекция первых изданий и факсимиле. Что касается самого Urtext’a, – это достаточно спорный вопрос. Современные издания, утверждающие, что они выпускают Urtext, порою позволяют немало вольностей, проставляя в нотном тексте пальцы, добавляя динамику. У меня есть редкий экземпляр фортепианных сонат Бетховена под редакцией Листа. Так вот эти ноты - истинный Urtext бетховенских сонат. Лист провел колоссальный труд, собрав на тот момент все существующие редакции и манускрипты, проанализировав их и очистив «зерна от плевел», он оставил только то, что было написано Бетховеном. Вообще-то, во многих изданиях часто встречается немало ошибок. В основном это касается либо мало исполняемых произведений, либо, наоборот, наиболее известных сочинений, выдержавших большое количество переизданий. К примеру, разбирая «Malédiction“ Листа, я услышала под пальцами рой неверных нот. Подобно Шерлоку Холмсу занялась расследованием «дела». Таким образом, обнаружив в музыкальной интернет-библиотеке Петруччи первое издание партитуры этого опуса, я нашла ответ на все мучавшие меня вопросы. В результате поправила не только свою партию, но и струнные голоса.

«Глобальная проблема сегодня – отсутствие культуры»

Работа над новым произведением.

- Скажите, пожалуйста, риск на сцене для вас присутствует?
- Его мне сполна хватило, когда училась в Успенке и в консерватории. Скорее не риска, а наглости (смеется)! У меня всегда была большая загруженность в учебе: репетиции, концерты, конкурсы. Кроме того, и предметы общеобразовательного цикла я старалась не пропускать, сдавая их вовремя (Ирэна с отличием закончила как РСМАЛ имени Успенского, так и Государственную консерваторию Узбекистана, являясь обладательницей президентской стипендии), а потому приходилось учить концертные программы за очень короткий период.

«Глобальная проблема сегодня – отсутствие культуры»

После успешного выступления в австрийском Графенегге (2014г.)

Интересна была история с Третьим фортепианным концертом Сергея Прокофьева. До сих пор помню, как 1 апреля впервые открыла клавир, а уже 8 мая исполнила этот опус с Национальным симфоническим оркестром Узбекистана под управлением Владимира Неймера на сцене Дворца музыки. Я тогда поспорила с моим консерваторским педагогом - профессором Маратом Васильевичем Гумаровым, что за неделю выучу концерт наизусть. Безусловно, это было честолюбивое заявление, но спор я выиграла! Кстати, с этим концертом я консультировалась у профессора Московской консерватории Александра Ашотовича Мндоянца. Его ценные замечания и пометки в нотах я помню и храню до сих пор. Так, в конце третьей части есть одно каверзное техническое место, в котором Прокофьев написал очень неудобную аппликатуру. Практически все пианисты исполняют это место на глиссандо (музыкальный штрих, означающий плавное скольжение от одного звука к другому), так как это удобней и проще. Однако профессор Мндоянц написал очень логичные пальцы, которые позволили мне сыграть этот музыкальный фрагмент именно так, как было задумано композитором, поэтому прозвучал он гораздо эффектнее.

«Глобальная проблема сегодня – отсутствие культуры»

После репетиции Третьего фортепианного концерта С.Прокофьева с маэстро Зубином Метой (Цюрих, 2012г.)

- А что вы можете сказать о страхе?
- Панический страх бывает только от недоученности произведения. Все остальное – нервы, которые, как правило, держу под контролем. Я сильно нервничаю, когда играю сольную программу или концерт с оркестром в первый раз. Это, между прочим, касается и первой репетиции с оркестром. Для меня она всегда - шок. Как бы ты не учил произведение, сколько бы раз не слушал его в записи, оркестр невольно сбивает тебя. Не в прямом смысле слова, но ощущение органичности, единого целого, приходит не сразу. Репетиции – это важный процесс единения с оркестровым организмом, именно на них устанавливается тот непосредственный контакт, который впоследствии помогает солисту уже на самом концерте. Репетиции – начало самой важной работы. Месяц за роялем не дает такого результата, сколько дают, к примеру, две репетиции с оркестром. Для меня важно, чтобы все ноты до последней были в голове. Если я, «проигрывая в уме» произведение, чувствую, что в каком-то месте у меня возник каламбур, который на концерте может меня «выдать» - внимательно прохожу его еще раз по нотам.

- Расскажите о вашей работе с Камолиддином Уринбаевым и с его Молодежным оркестром.
- Это мое второе успешное сотрудничество с маэстро Уринбаевым. Впервые я встретилась с ним в 2014 году, когда под его управлением совместно с Национальным симфоническим оркестром Узбекистана (художественный руководитель народный артист республики Исмаил Джалилов) исполнила в Большом зале Ташкентской консерватории Второй фортепианный концерт Ференца Листа. Я уже тогда поняла, что передо мной талантливый молодой дирижер, работа с которым приносит творческое удовлетворение.

«Глобальная проблема сегодня – отсутствие культуры»

С Камолиддином Уринбаевым и НСО Узбекистана после исполнения Второго фортепианного концерта Ф.Листа в Большом зале консерватории (2014г.)

В нынешний приезд я встретилась не только с Камолиддином, но и с его коллективом – Молодежным симфоническим оркестром, созданию которого, узнав в Швейцарии, была приятно удивлена. Сегодня, в наше динамичное и нелегкое время, не так-то легко сплотить вокруг себя единомышленников. Маэстро Уринбаеву это удалось: он собрал большой симфонический коллектив, работа с которым была мне в радость. Камолиддина я очень уважаю и ценю как музыканта и как образованного человека. Своей организованностью, работоспособностью и профессионализмом он заразил и оркестрантов – молодых, талантливых и энергичных ребят, приходящих с удовольствием на репетиции. По дисциплине они даже не уступают европейским оркестрам. Чувствуется, что все эти молодые люди – единая семья и единый организм, легко дышащий и понимающий своего маэстро. Репетировали мы, не глядя на часы, в зале Дворца творчества молодежи, вдохновенно творя музыку ради общего дела, получая при этом удовольствие. Радует, что здесь никто ни на кого не обижается. Немаловажно, что у маэстро Уринбаева сочетаются требовательность и доброжелательность, уважение к оркестрантам, умение найти нужные слова. Он знает, что подсказать музыкантам, чтобы все получилось. Ведь мало говорить «плохо, плохо». Человек, который подскажет, как это сделать – заслуживает уважения. И еще мне очень нравится, что говорит он очень тихо, спокойно, корректно.

«Глобальная проблема сегодня – отсутствие культуры»

После репетиции с маэстро Уринбаевым (2016г.)

В Камолиддине, как в дирижере, есть одно очень редкое качество - ощущение партнерства. Он очень чуткий ансамблист. Когда солист приходит в тот или иной оркестр, он, как правило, имеет свое представление об исполняемом произведении, свою концепцию и свои пожелания оркестру. Видение дирижера и солиста должны совпасть, либо они разойдутся, и концерт не получится. Важно также, чтобы дирижер дал возможность солисту «выговориться», то есть смог чутко следовать за ним, вести под него весь оркестр. В этом отношении с Камолиддином работать очень удобно, ведь он учитывает все нюансы, все пожелания солиста, давая ему большую свободу.

«Глобальная проблема сегодня – отсутствие культуры»

Исполнение Второго фортепианного концерта Ф.Листа в сопровождении НСО под управлением Камолиддина Уринбаева (2014г.)

Что касается Молодежного оркестра, то у него еще все впереди. Предела совершенству нет, поэтому, безусловно, оркестрантам есть, куда расти. Хотелось бы пожелать им новых хороших инструментов, благодаря которым коллектив непременно зазвучит еще ярче. Хорошо, если бы этой проблемой заинтересовались вышестоящие инстанции.

- Какие качества вам не по душе в ваших коллегах?
- Высокомерность, заносчивость, снобизм. Эти качества, к сожалению, свойственны многим молодым музыкантам, добившимся успеха в своей профессии. Камолиддин, к счастью, этого лишен. В нем абсолютно нет и тени заносчивости, несмотря на достаточную известность и почетное звание Заслуженного артиста. И это немаловажно. Высокомерность в нашей профессии, считаю, неприемлемой, особенно в молодых людях. И если я вижу, что человек, добившийся определенного успеха, смотрит на коллег свысока, я мгновенно, теряю к нему интерес, несмотря на его большой талант.

- Какие проблемы вы усматриваете в современном музыкальном мире?
- Глобальная проблема сегодня – отсутствие культуры. Оно проявляется не только в искусстве, но и в других сферах. Это касается культуры одежды, культуры речи, культуры поведения в обществе. Проблема в том, что массовая культура отрицательно влияет на классическое искусство. Страшно то, что даже талантливые люди, попадая под влияние массовости, из-за пагубного желания достичь быстрого успеха и признания, в результате теряют не только качество исполнения, но и пристойный внешний вид на сцене. Но я думаю, каждому времени были свойственны проблемы и своего рода «исключения из правил». Исход же всегда одинаков: только настоящее в искусстве остается в истории. А аристократизм и дух романтизма, присущие музыкантам ушедшего столетия все равно есть и живет во многих молодых музыкантах. Я бы на сегодняшний день из пианистов особенно выделила двух серьезных и думающих художников - Александра Романовского и Люка Дебарга.

- Есть ли у вас кумиры в области музыкального исполнительства?
- Их очень много. Мой совершенный эталон – это гениальный скрипач Яша Хейфец, очень организованный, глубокий музыкант, который обладал абсолютным контролем над своими пальцами. Боготворю Леонарда Бернстайна! Одни только его репетиции симфоний Малера с Венским Филармоническим оркестром – кладезь знаний и пример музыкантской самоотверженности. Вообще, мне очень часто бывает обидно, что мое раннее детство пришлось на 80-е - 90-е годы, - время, когда друг за другом стали уходить великие музыканты, которых мне не довелось услышать живьем…
Из современных артистов – дирижер Марис Янсонс и пианист Григорий Соколов. Они из тех «последних из могикан», кто свято служит его величеству Музыке. Ну и конечно, мой профессор Рудольф Бухбиндер, у которого я учусь non stop с первого дня знакомства по сегодняшний день.

«Глобальная проблема сегодня – отсутствие культуры»

Класс Рудольфа Бухбиндера в Базельской академии музыки (2006г.)

Бог одарил его многим, и один из этих даров - уникальная память. Он может не играть произведение десятилетиями, но когда его просят сыграть, то он исполняет «забытый» опус с такой свежестью и виртуозностью, что создается впечатление, будто он только вчера открывал ноты. В течение нынешнего года Бухбиндер исполняет в знаменитом зале Музикферайн свой юбилейный пятидесятый цикл Тридцати двух сонат Бетховена. На моей памяти нет ни одного пианиста, который бы за всю свою карьеру исполнил бы в пятидесятый раз весь этот масштабный цикл. Это физически невероятно трудно сделать. Однако я этому феномену нахожу объяснение. Вся основная работа сознания этого гениального пианиста, без его на то воли, непрерывно происходит у него в голове. Вот я с Вами сейчас беседую, и у меня ничего здесь (показывает на голову) не звучит. А когда я говорю с Бухбиндером, я всегда спрашиваю его: «Что Вы сейчас слышите?». И он, словно отключившись от какого-то канала, отвечает, что в голове его звучит, к примеру, Второй концерт Брамса или квинтет Дворжака, либо музыка из «Спартака» Хачатуряна или симфонии Бетховена. При этом он еще и пальцами все «проигрывает», ведь они у него, если внимательно присмотреться, всегда в легком движении.

- Какое ваше выступление было самым волнительным?
- Для меня все мои выступления волнительны. Конечно, большим счастьем было играть на сцене Большого зала Московской консерватории, где выступали легендарные исполнители. Это место намоленное ими. Мой дебют в Карнеги-холле в Нью-Йорке, с одной репетиции и с совершенно новым как для меня, так и для оркестра произведением «Malédiction» Ференца Листа - был настоящей проверкой на крепость нервов. Я боялась больше за оркестр, чем за себя, хотя дирижировал замечательный музыкант Константин Орбелян. Мне тогда преодолеть волнение помог образ моего профессора. В тот памятный вечер, выйдя на сцену Карнеги-холла, я представила себе, что я Бухбиндер, тысячу раз игравший «Malédiction». И это, не поверите, придало мне уверенности, сил и куража.

«Глобальная проблема сегодня – отсутствие культуры»

Исполнение «Malédiction» Ф.Листа в Карнеги-Холл в сопровождении камерного оркестра под управлением Константина Орбеляна (2012г.)

- Есть ли у вас точный распорядок дня?
- Конечно, я не настолько организована, как моя мама (известный музыковед Инесса Гульзарова), однако стараюсь успевать во всем. Ведь у меня и семья, и студенты, и рояль. Самое сложное, пока занимаюсь, добиться концентрации. Я недавно в телефон загрузила программу, которая называется «Помидорчики». Она дает двадцать минут времени, в течение которого следует концентрированно заниматься только одним делом, не вставая, не прыгая, не бегая. И по истечении срока «помидорчик» дает сигнал на четыре минуты отдыха. Однако в этих двадцати минутах возникает тысяча дел и мыслей! Кстати, я стараюсь многое не записывать, чтобы голова работала и сама запоминала все, что мне нужно сделать.

- Каковы ваши приоритеты?
- Главное в моей жизни – это моя семья. Для меня всегда важно было реализоваться в первую очередь, как женщине. Слава богу, у меня прекрасный муж и ребенок. Они - моя главная поддержка и опора. Мой муж помогает мне во всем. В период, когда я готовлюсь к выступлениям, могу спокойно оставить на него ребенка и домашнее хозяйство. Кроме того, он дает мне возможность работать над собой и у меня, благодаря Мишелю, всегда есть мое личное время, которого в семейной жизни обычно не хватает. Наша дочурка, шестилетняя Амели, уже понимает сложность маминой профессии. После недавнего концерта я спросила у нее: «Может быть, бросить рояль и заниматься только тобой?», на что она ответила: «Мама, зачем?!! У тебя же хорошо получается играть на рояле! Нет, ты лучше играй!» Несмотря на свою занятость, я стараюсь сделать ее детство интересным, как когда-то это делала моя мама. Свой первый день рождения Амели «отметила» в Тонхалле Цюриха, ползая под роялем Бухбиндера, а в два годика уже шла за ручку с Зубином Метой.

«Глобальная проблема сегодня – отсутствие культуры»

С семьей на отдыхе в Тироле (2011г.)

– А в вашей семье кто главный? Вы?
– Это хороший вопрос… в нашей семье даже дочка – сильная и независимая личность. Я в ней эти важные качества с рождения ценю и уважаю. Так что, я думаю, у нас главные все. Надо, конечно, постоянно работать над собой, чтобы не было – «кто главный». В семье это очень важно!

Интервью Зарины ХАМЗИНОЙ.
Комментарии
Вопрос: сколько будет три плюс три (ответ цифрой)