Новости Узбекистана

Лучше проинформировать, чем объяснять, лучше объяснить, чем оправдываться.

Ўзбекча Ўзбекча

Светлый сайт   

→ Как из казахстанского легиона поставляли боевиков в Сирию

Как из казахстанского легиона поставляли боевиков в Сирию

Как из казахстанского легиона поставляли боевиков в Сирию

В какие одежды рядится экстремизм и как распознать потенциальных террористов – об этом рассказали участникам семинара по религиоведческой грамотности в Астане.

В каком месте ты экстремист

Слушателями двухдневного тренинга стали члены регио­нальных информационно-разъяснительных групп (ИРГ) по вопросам религии. Бывший зампредседателя профильного комитета, а ныне независимый эксперт Бакытжан КУЛЕКЕЕВ отметил, что понятие экстремизма каждый интерпретирует по-разному.

– Философ может понимать большой объем знаний, сотрудник правоохранительных органов под экстремизмом понимает совершенно другое явление. Но у всех подходов есть единое начало, вытекающее из этимологии самого понятия экстремизма: приверженность к крайним взглядам и крайним мерам, – начал погружать членов ИРГ в азы религиоведения Кулекеев. – Соответственно, экстремист – это тот, кто придерживается нестандартных взглядов и принципов и практикует их в жизни. Но это понятие обобщенное и не отвечает на самый главный вопрос – как измерить степень крайности, в каком месте, как определить, что это экстремизм, а это – распространение своих убеждений или знаний.

Эксперт заметил, что не во всех странах имеется определение экстремизма. В казахстанском Законе о противодействии терроризму это понятие подразумевает организацию и (или) совершение физическим и (или) юридическим лицом действий от имени организаций, признанных экстремистскими. Выделяют политический, национальный и религиозный экстремизм.

– Неподготовленным специалистам весьма тяжело разделить эти разновидности экстремизма, тем более они пересекаются. Например, признанная экстремистской и запрещенная с 2005 года в Казахстане организация “Хизб ут-Тахрир” на Западе таковой не считается. Более того, они периодически критикуют нас за то, что мы называем их экстремистами, – якобы “Хизб ут-Тахрир” ничего насильственного не совершает. Но эта организация пропагандирует изменение политического устройства. И в подоплеке этой политической цели лежит религиозный компонент – перестроить политическую систему ряда государств именно на теологический манер, построить теократию, в том числе в Казахстане, – подчеркнул Бакытжан Кулекеев.

Грамоте и культуре не обучены

Среди причин и факторов роста экстремизма называется снижение общего уровня культуры и образования населения.

– На каком-то этапе развития эти сферы уступили свои позиции в формировании духовности. Прирост числа образовательных и культурных учреждений за годы независимости весьма скромный, в то время как количество религиозных объектов выросло почти в 35 раз, – констатировал эксперт.

По мнению бывшего учителя физики Кулекеева, именно эти факторы способствовали росту негативного поведения в обществе, в том числе религиозного радикализма.

– Есть такое мнение, что общественное сознание, нацио­нальная идентификация связаны с религиозной культурой и традициями, но мы должны ориентироваться на другие ценности – мы строим светское общество, – напомнил Бакытжан Кулекеев. – Почему мы хотим запретить госслужащим ходить на молитвы – есть соответствующие нормы, которые и так запрещают им уходить в мечеть в рабочее время, есть трудовая дисциплина.

На обеденный намаз госслужащие выходят в 12.30. Это ли не основание привлечь их к дисциплинарной ответственности?..

Есть нормы, Трудовой кодекс, по которым мы можем наказать излишне религиозных наших сограждан.

Убеждать и принуждать. Третьего не дано


С другой стороны, продолжил Кулекеев, всякая законодательная инициатива государства обуславливается реальной ситуацией в обществе.

– Два года тому назад мы утвердили Концепцию госполитики в религиозной сфере. Мы видим, что наше общество чрезмерно религиозируется. В этом видим негатив. Религиозный человек легче попадает в щупальца экстремистов, чем атеист или агностик, – подчеркнул экс-заместитель председателя комитета по делам религий.

При этом признал информационно-разъяснительную работу госорганов по повышению религиозной грамотности населения неэффективной.

– Не все социальные слои населения охвачены, иногда даже мы не знаем, как вести эту работу в той или иной среде. В 2016 году в Актюбинскую область на целый месяц прибыл десант – порядка 200 человек – из числа сотрудников госорганов, Духовного управления мусульман Казахстана (ДУМК), общественников. И даже тогда мы не дошли до многих групп населения. Лично я знаю два метода профилактики религиозного экстремизма – убеждение и принуждение. Первым занимаемся мы – ИРГ, а вторым – правоохранительные органы. А еще нужно развивать критическое мышление.

Мы воспитываем светских людей, которые всегда должны задавать вопросы: почему я должен надевать черные одеяния, не является ли это культурой другого государства, а ходили ли так наши бабушки, и я не помню, чтобы мои дедушки бороду отпускали, а усы сбривали...

Если человек научится задавать вопросы и отвечать на них, то никакому экстремизму не даст себя окрутить, – уверен Бакытжан Кулекеев.

Загляни за ширму

О том, как важно в антиэкстремистской профилактике своевременно задавать вопросы и находить на них ответы, говорила и профессор Евразийской юридической академии доктор философских наук Гульмира БИЛЯЛОВА.

– Я выступала в военной части в Боралдае. Это стратегически важная точка. Включила видео­ролик про салафитов и, спрятавшись за ширму, наблюдала за аудиторией.

Один военный отворачивается, другой разговаривает, а трое встали и ушли.

Я замполиту говорю: “Такой-то ряд, такие места – обратите внимание, кто сидит”. – “Нет, у нас всё хорошо, они такие хорошие специалисты”, – отвечает тот. – “Проблемы будут не у меня, а у вас в части, время покажет. Я не говорю, что они сделают, но есть опасность”.

Поэтому всегда наблюдайте за аудиторией, давайте задания, заставляйте думать, отвечать на вопросы, – призвала членов ИРГ эксперт.

Профессор привела и другой пример.
– Как-то я проезжала в одном казахстанском городе мимо вывески “Легион”. В здание заходили накачанные ребята. Раз проехала, второй. Спрашиваю у коллег из управления по делам религий: “А вы знаете, что такое легион?”. – “Нет, не знаем”.

Говорю им, что легион – это военизированное подразделение римской армии. Спрашиваю, почему дали такое название, и призываю включить аналитику.

Попросила коллег проверить, что там за вывеской. Проверили. Из этого города потом несколько человек в Сирию уехали, – рассказала Билялова.

Профессор подчеркнула, что экстремизм и терроризм надевают разные маски, и необходимо уметь видеть за ними истинное лицо этого зла.

Назгуль Абжекенова, Караван
Комментарии
Вопрос: сколько будет три плюс три (ответ цифрой)
Топ статей за 5 дней

Хоким Ташкента пообещал в шесть секунд сделать журналистов геями за критику его заводов (аудио)

На следующей неделе ташкентцам пообещали первый снег

Стало известно, при каких обстоятельствах была сделана запись высказываний Джахонгира Артикходжаева

Имя "волка одиночки" Сайфулло Саипова вновь на первых страницах американских газет

expo
Похожие статьи