Новости Узбекистана

Лучше проинформировать, чем объяснять, лучше объяснить, чем оправдываться.

Ўзбекча Ўзбекча

Светлый сайт

→ Из журналистского блокнота: «Новогоднее сафари по-ангренски»

Из журналистского блокнота: «Новогоднее сафари по-ангренски»

Мне повезло: в 1985 году я стал корреспондентом Узбекского телеграфного агентства – республиканского отделения ТАСС. В офисе я не засиживался – командировки следовали одна за другой: получил задание, уехал, вернулся, отписался, уехал…

Из журналистского блокнота: «Новогоднее сафари по-ангренски»

Журналистика открыла для меня удивительное пространство – Узбекистан. 1425 километров – с запада на восток, 950 километров – с севера на юг. Города, кишлаки, горы, пески, карьеры, цеха, юрты… И люди. Замечательные люди.

Редакционные задания случались самые разные. Выпадали такие, что в сравнении с ними три похода к стоматологу могли показаться Диснейлендом. Но не о них речь. Вспомнилась вдруг одна удивительная командировка. Правда, удивительной она стала позже, а в начале…

«Завтра – в Ангрен, на угольный разрез. И чтобы через восемнадцать часов материал о профсоюзной жизни разреза был готов!»
Какой разрез, какая профсоюзная жизнь? Жизнь одна! А на дворе 24 декабря – Канун, так сказать. Спасибо, шеф, за прелюдию.
Никому не интересна твоя кислая физиономия, точнее – две: со мной, тоже без особого энтузиазма, отправлялся фотокорреспондент Борис Юсупов.

Ангрен – город хорошо знакомый. Пришли в горком, к секретарю по идеологии Василе Акбаровой. Чудесный человек. Друг. Напоила горячим чаем. Позвонила в контору угольного разреза. Через полчаса за нами прислали машину. На интервью и фотосъемку ушло три часа. Заночевали в гостинице, утром собирались отбыть в Ташкент. Но утром в номер принесли телефонограмму; сотовых телефонов, понятно, в ту пору не было, поэтому из редакции позвонили в горком. Телефонограмма гласила: «ТАСС убедительно просит прислать фотоматериал о необычной встрече Нового года на периферии. Вам необходимо привезти данный материал из Ангрена». Здрасти-напасти! Необычная встреча Нового года в Ангрене! А где ее взять?

Васила прочитала телефонограмму, задумалась. Я грыз какое-то печенье. Боря смотрел в окно. За окном серость. С начала декабря на город не упала ни одна снежинка, хотя горы были уже засыпаны снегом.
– Так, – сказала Васила деловито, – сейчас все придумаем и организуем. Могу устроить субботник, и горожане посадят сто елок!
Я скривился. Боря смотрел в окно.
– Хорошо, – продолжала Васила. – Завезем с гор десять самосвалов со снегом, устроим горки и детей на санках.
Печенье стало совсем противным. Боря смотрел в окно.
- Ладно, - не унималась милая Васила, понимая всю важность момента.

Но тут Боря Юсупов заорал: «Есть сюжет!» - и, подхватив кофр с аппаратурой, вылетел из кабинета. Вернулся счастливый. Есть сюжет! Оказывается, в Ангрене в ту пору гастролировал какой-то московский зооцирк. Боря увидел, как на площади выгуливали слона.
– Со слоноводом я договорился, – частил фотокорреспондент с горящими глазами. – Надо три бутылки водки: одну ему, две слону. Завтра в десять утра он приведет слона! Нужны Дед Мороз и Снегурочка!
– Сделаем! – Сказала Васила. – В клубе они есть.

В десять утра слоновод, как обещал, привел на площадь слона. Слон был огромный. За ним по асфальту волочилась длинная толстая цепь, прикованная к задней ноге. Возле площади находился универмаг; на втором его этаже, на открытой площадке была пивная, где с утра собралось немало посетителей. Слон направился в ту сторону.

Мы – слоновод, Боря и я – пощли за ним. Остановившись, слон задрал хобот – ровно к перилам пивной. Там восторженно зашумели, и публика мигом выстроилась вереницей – от барной стойки к этим самым перилам. По рукам пошли кружки. Слон время от времени отправлял полный хобот себе в рот и пил пиво. Делал он это с видимым удовольствием.
– Алкоголик? – поинтересовался я на всякий случай.
– Не беспокойтесь, – сказал слоновод, – он не напьется. Когда очень холодно, мы его обычно водкой отогреваем: четыре бутылки на ведро воды. Он привычный.

Вокруг площади собралась огромная толпа. Гаишники перекрыли движение. На зеленом «москвиче» подъехали Дед Мороз и Снегурочка. Борина идея сесть на слона сразу не понравилась артисту клуба и он снял ватную бороду. Он наотрез отказался работать без дублера и забился в дальний угол машины. И тогда Боря Юсупов обратил ко мне полные слез глаза. Его взгляд мне страшно не понравился.
– Даже не думай об этом, – процедил я сквозь зубы.
– Ну, пожалуйста! Такой сюжет!
Черт бы их всех побрал: и редакцию с ее заморочками, и Борьку с его сюжетами и жалостливой физиономией…
– Да вы не бойтесь, - успокоил слоновий вожатый, – он в цирке детей на себе катал. Главное, сахаром его кормите, – он сладкое любит. Рафинаду купите, и все будет в порядке.

Я ничего не успел сказать, а Боря уже летел из универмага с двумя пачками сахара.
Долг есть долг, ничего не поделаешь. Да и как отступить, когда вокруг столько народу ждут от тебя подвига – будь он неладен. Враз повеселевший здоровяк из клуба нацепил на меня бороду, нахлобучил колпак, три раза завернул в необъятный красный халат с блестками.
– Вы ножку ему на хобот поставьте, - инструктировал слоновод, – он вас сам на спину поднимет.
«Давай, корреспондент, давай, клоун», – подбадривал я себя.
– А детей в цирке он когда катал, – на всякий случай поинтересовался я, ставя ногу на толстый хобот.
– Пять лет назад. Может, забыл уже…

Слон подбросил меня, как гадальную монетку. Я рухнул на его широкую спину, а когда поправил съехавший на пол-лица колпак, понял, что шея слона находится в противоположной стороне. С трудом развернувшись, я тут же наткнулся на поднятый хобот, требующий сахар. Высота была страшная, - дорожный светофор не дотягивал до моего нижнего ребра. Снегурочка с елкой в руках встала в пяти метрах перед слоном (ближе подойти отказалась). Боря впал в экстаз. Его Nikon-аппарат трещал без остановки, с удовольствием проглатывая кадр за кадром.

Хобот поднимался каждую секунду. Сахар молниеносно убывал. Ноги, растянутые на шпагат на широкой шее слона, грозили отвалиться в разные стороны. Пот заливал глаза.
– Помаши приветливо рукой! – режиссировал Боря.
«Ненавижу эту работу!» – хрипел во мне автопилот.

Двадцать бесконечно долгих минут длилась эта пытка. Сахар закончился. Слон начал мотать головой и двинулся вперед. Вожатый побледнел и крикнул:
– Слазь!

Помню, был какой-то полет и много чего-то острого… Потом выяснилось, что слон освободился от меня, как от лишнего груза, от которого более не было никакого прока, и я врезался лицом в елку, не задев, к счастью, Снегурочку.
В Агентстве я появился густо забинтованным и счастливым. В фотохронике ТАСС были в восторге от ангренской фотосессии Бори Юсупова. Все снимки получили высшую категорию качества.

В новогоднюю ночь дома я старался не смотреть на ярко украшенную елку.

Михаил ГАР
Комментарии
Миша, чудный рассказ! Давно так не смеялась! Представляю тебя верхом на слоне! Неужели не осталось ни одного снимка?
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Топ статей за 5 дней

Оперативники раскрыли многомиллионное мошенничество в «Таштеплоэнерго»

В Ташкенте житель Кашкадарьи сбил пешеходов. Есть жертвы

Певица Лола отказалась водить машину из-за камер на дорогах

С 28 марта по 11 мая в некоторых районах Ташкента ожидается отключение холодной воды

Похожие статьи
Теги
М. Гар